"Не меньше, чем пятьсот". Истории от Марка Дворецкого

Время публикации: 02.06.2012 12:33 | Последнее обновление: 20.11.2016 00:29

Фрагмент беседы в прямом эфире из Батуми.

Е.СУРОВ: Марк Израилевич, известны ли вам имена нечестных шахматистов?

М.ДВОРЕЦКИЙ: Разумеется.

Е.СУРОВ: Назовите их.

М.ДВОРЕЦКИЙ: А зачем? Нет, можно припомнить, например, знаменитый турнир, в котором два шахматиста набивали себе рейтинг. Четыре человека играли турнир, двое продавали очки и рейтинг, двое их покупали. Ну, это турнир знаменитый, даже не требуется называть фамилий, их все знают. Таких историй было довольно много. Но, кстати, их не так много и даже мало среди ведущих шахматистов. В частности, сейчас обсуждается концовка турнира претендентов в Будапеште – Бронштейн, Болеславский, роль Вайнштейна в этой истории. Но, во-первых, здесь речь идет не столько о нечестных шахматистах, сколько о попытке организовать это силами извне.

Е.СУРОВ: Сколько о проблемах той системы, в которой это происходило.

М.ДВОРЕЦКИЙ: Да-да, очень много от системы зависело. В общем, среди сильных шахматистов это встречается редко. А среди не сильных – я могу массу забавных историй рассказать. Дело не в том, чтобы кого-то разоблачать. Тем более, что в шахматной среде шахматисты, которые совершали нечестные поступки, хорошо известны. Но не все.

Е.СУРОВ: А вы знаете, в чем дело? Они, с одной стороны, хорошо известны, а с другой – доказать стопроцентно невозможно. Поэтому возникают такие ситуации, когда люди якобы знают... Это как у нас сейчас: все знают, что «Единая Россия» не набирала столько процентов, сколько ей приписали, но доказать это документально получается невозможно.

М.ДВОРЕЦКИЙ: В этом случае, как я понимаю, доказать-то легко, другой вопрос, что эти доказательства не принимаются к рассмотрению. То есть это немножко другая ситуация. Доказательства тут как раз есть в больших количествах.

Е.СУРОВ: Да, это правда. В шахматах сложнее, тут действительно нельзя проводить параллели. Если человек позвонил другому вечером и попросил «сплавить» ему очко, и никто этого не слышал, то... Что здесь можно поделать?

М.ДВОРЕЦКИЙ: Да. С другой стороны... Хорошо, назову одно имя, история которого давно обсуждалась. К власти в шахматной федерации России в начале 90-х намечался Каспаровым известный деятель Андрей Макаров. И почему-то перед этим он решил повысить свою шахматную квалификацию и выполнить норму то ли мастера, то ли международного мастера, я уже забыл. Были два турнира. И дело даже не в том, что эти турниры не игрались, а в том, что по правилам для присвоения нормы надо было представить партии. И когда были представлены партии, специалисты, разбирающиеся в шахматах, посмотрели их, и выяснилось, что эти партии уже игрались раньше. То есть более ясного доказательства представить трудно. Тем не менее, никаких последствий это не имело. Заявка подавалась в ФИДЕ, всё было утверждено. Хотя тут – куда уж яснее доказательства?

Е.СУРОВ: Клеток-то всего 64... Может быть всё что угодно.

М.ДВОРЕЦКИЙ: Нет, повторение ходов в испанской – действительно много раз встречалось. В дебюте всё может быть. Но вероятность повторения целых партий от начала до конца просто не существует. Это очевидно.

Е.СУРОВ: Но вы схитрили, Марк Израилевич. Потому что имя Андрея Макарова было известно, и никакой Америки вы здесь не открыли.

М.ДВОРЕЦКИЙ: Это верно. Но та байка, которую я сейчас расскажу она менее известна. По-моему, она описывалась, но без имен, у Бори Гулько. Я эту историю знаю в деталях, она очень смешная. О том, как один кандидат в мастера одесский пытался выполнить норму мастера.

Е.СУРОВ: «Кандидат в мастера Одесский» - тут надо пояснить...

М.ДВОРЕЦКИЙ: Нет, это не Илья Одесский, а именно кандидат в мастера из Одессы. Человек со связями, обеспеченный. Проводился чемпионат общества «Буревестник» под Одессой. И кандидат в мастера решил выполнить норму мастера. Он обеспечил себе хорошую тренерску поддержку: тогда служил в армии сильный мастер Константин Лернер, и он его освободил от службы для того, чтобы тот ему помогал весь турнир. Но обычной помощи было недостаточно, и они разработали систему маяков, по которым Костя должен был подсказывать ход. Один раз Костя подсказал ход, тот долго думал, зачем он ему, и не сделал. Оказалось, что ход очень сильный. После этого решили, что он должен выполнять советы беспрекословно. В следующем туре Лернер предложил ему отдать пешку. Он не мог понять, зачем, но отдал. Ничего за это не получил. Но это ладно. После всех приключений на старте он решил, что так просто норму не выполнить – надо очко покупать. В итоге ему не хватало только одного – сделать ничью с Гулько. Предлагались деньги, оказывалось давление, но Гулько категорически отказывался. Пришлось играть. Партия получилась сложная, у Гулько было чуть ли не на фигуру меньше, но опасная атака. Когда партия была отложена, Гулько предложили 300 рублей за ничью. Гулько опять же отказался. По легенде, тот шахматист поехал в Одессу к Альбурту, расставил фигуры и говорит: «Посмотри, что же это такое? У меня фигура лишняя, я ему 300 рублей даю, а он не хочет!» На что Лева посмотрел на позицию и задумчиво произнес: «Эта позиция стоит не меньше, чем 500». Партия доигрывалась, тот шахматист проиграл, норму не выполнил. Но это, в общем-то, оказалось благом для него, потому что шахматы он оставил, уехал не то в США, не то в Канаду, стал успешным адвокатом, и жизнь его идет гораздо лучше, чем могла быть. […]

Могу другой анекдот рассказать. На финише одного турнира Свешников играл с мастером или даже кандидатом, а сейчас он, по-моему, гроссмейстер – Бейм. Сейчас он живет в Австрии. И вот, Свешников разыграл черными Челябинский вариант (тогда это была редкая система). Бейм очень нервничал и всё время выбегал из зала. В один из моментов, когда он убежал, Свешников взял с собой судью и побежал следом за ним. Выяснилось, что тот в комнате, в которой жил Лернер. Дверь была заперта, они начали стучать, там какое-то оживление. Потом дверь открылась, вошли. Лернер лежит на кровати, Бейм сидит у стола, на столе доска, фигуры на которой смешаны в кучу. Свешников подбежал и показал, что рядом с доской стоят еще фигуры, которые уже были разменяны в их партии.

Е.СУРОВ: Браво!

М.ДВОРЕЦКИЙ: Для судьи этого аргумента оказалось достаточно, чтобы он присудил Бейму поражение. Но, опять же, меня там не было – я рассказал так, как мне рассказывали. Поэтому за стопроцентную точность я не могу ручаться, но, во всяком случае, история забавная.


  


Смотрите также...