История об истории

Время публикации: 12.02.2012 02:24 | Последнее обновление: 12.02.2012 12:09

Поздней осенью 1990-го года в югославском тогда еще городе Нови-Cад проводилась 29-я Всемирная шахматная олимпиада. Параллельно там же прошло немало знаковых мероприятий, в числе которых конгресс ФИДЕ и три сильных опен-турнира. В первом и третьем мне довелось принять участие.

На первый турнир я выехал из Москвы, но на прямой поезд достать билет не сумел. Повезло еще, что удалось попасть в купе прицепного вагона Москва - Вена. Повезло и в том смысле, что попутчиком моим оказался убеленный сединами ветеран - отец известного в прошлом московского шахматного организатора Зарубина. Старик всю жизнь отработал на ЗИЛе и был соратником легендарного «красного директора» И.А. Лихачева. Ехал помогать своей пенсией семье сына, которая уже перебралась в Австрию.

В пограничном Чопе пришлось попрощаться со словоохотливым попутчиком, и дальнейший путь я проделал на перекладных, что стоило двух бессонных ночей. Поезд привез меня в Нови-Сад; вокруг безбрежная тьма. Не имея ни малейшего понятия, куда следует идти, я заночевал в зале ожидания на вокзале. Порядки там были строгие: на самом видном месте висела табличка «Пушение забранено», а при попытке задремать, служитель зала лупил кулаком в плечо - «не пуши» мол, как я понял.

Утром явился я на ближний к вокзалу рынок и начал орать, что ищу «комнату для пушения». Люди от меня почему-то шарахались. Так и не определившись на ночлег, отправился регистрироваться на турнир.

Партию первого тура играл долго и даже выиграл, но по ее окончании выяснил две неприятные для себя вещи: «пушение» по-сербски означает - курение (один из немногих недостатков, мне не присущий), а жить мне опять негде. Посоветовали, правда, обратиться к организаторам Олимпиады, старт которой должен был состояться через пару-тройку дней.

- Тридцать долларов и Вы в шоколаде, - таков был ответ.

- Черт побери, да для меня такая сумма - целое состояние. Нет, никогда в жизни! А впрочем, лучше жизнь, чем «никогда». Согласен, - уныло промолвил я и, спустя несколько минут, очутился в шикарном двухместном номере с двумя ванными комнатами в придачу.

На следующий день, принеся благодетелям тридцать долларов, услышал неожиданное:

- Ладно, парень ты хороший. Считай, что этот ночлег - наш тебе подарок.

Я, естественно, «затаил добро». А знакомые ребята пригласили жить в большую квартиру, где я познакомился с Зигурдсом Ланкой - тогдашним тренером весьма юного еще Широва и моим соратником по «староиндийским дебрям». Он, правда, меня слегка замучил, без устали демонстрируя все прелести за черных варианта: 1.d4 Kf6 2.c4 g6 3.Kc3 Cg7 4.e4 d6 5.Kf3 0-0  6.Ce2 e5 7.de de 8.Ф:d8 Л:d8 9.Cg5 Лf8(!!)

- Я здесь выиграл черными все партии, кроме одной, да и Широв применяет успешно, - с гордостью говорил Зигурдс.

Тем временем стартовала Олимпиада, и участники трех прибалтийских команд, желавшие выступить впервые под флагами своих республик, столкнулись с неприятным сюрпризом - их попросту не допустили к участию. Сработала «рука Москвы», которую президент ФИДЕ Ф.Кампоманес всегда безмерно уважал. А выступить прибалты могли неплохо. Латвийская сборная например: Широв, Таль, Багиров, Кеньгис, Шабалов. Помитинговав для порядка, участники этих команд разбрелись кто куда: многие включились в опены, кто-то искал истину сами знаете в чем, часть вернулась домой, ну а горячо почитаемый югославами Таль стал гостем Олимпиады.

Багиров и Широв приходили к нам. Алексей даже бутылочку вина подарил, которую мы с Ланкой благополучно за здоровье будущего корифея и опустошили.

Игра в первом по порядку опене для меня как-то не задалась, и выручала торговля книгами. Однажды к моему импровизированному киоску подошел немолодой, приятный на вид югослав. Он приобрел у меня новый энциклопедический словарь «Шахматы» и несколько книг по шахматной композиции. Мы разговорились и выяснилось, что передо мной легендарный Мато Дамянович, знаменитый тем, что первым из иностранцев на турнире в СССР (Сочи, 1964 г.) выполнил норму международного гроссмейстера, ну и еще одной нашумевшей историей,  в которой, пусть и косвенно, принимал участие.

В 1967-м году на межзональном турнире в Сусе (том самом, в разгар которого выбыл явный лидер - американец Роберт Фишер) участвовали Корчной и Гуфельд. Первый - как один из  фаворитов соревнования, а второй - в качестве секунданта гроссмейстера Ефима Геллера. Юмористическая сценка на пляже общеизвестна, но некий зловещий оттенок приобрела после 1974 года, когда Виктор Корчной остался на Западе. Вот отрывок из книги «Эдуард Гуфельд», М.,1985. Автор - журналист В. Теплицкий:

«Гуфельд злопамятен. На межзональном турнире в Сусе он вместе с югославом М. Дамяновичем, тоже известным остряком, подшучивал над одним гроссмейстером. А тот, не в силах отплатить той же монетой, старался  поменьше встречаться с шутниками. В один из дней пришло сообщение, что на очередном конгрессе ФИДЕ (в Венеции) Гуфельду присвоили звание гроссмейстера. Утром он стоял радостный на пляже у отеля. И вот идет этот гроссмейстер. Увидел Эдуарда. Желваки на скулах так и заиграли: что нового можно ожидать от него на сей раз?

- Привет коллега, - крикнул Гуфельд.

Несколько растерявшись от такого приветствия и поняв, что Гуфельду присвоили высокое гроссмейстерское звание, он, поравнявшись с Гуфельдом, ехидно заметил:

- Дамянович тебе коллега…

Эта остроумная «перепасовка» обошла в свое время многие шахматные издания, но история имела и продолжение. Примерно через  полгода состоялся турнир в Амстердаме, и надо же: Дамянович нанес поражение тому гроссмейстеру. Гуфельд немедленно дал в Амстердам телеграмму: «Дамянович тебе коллега».

Конечно, ни Гуфельда, ни журналиста Вадима Теплицкого это девяностопроцентное вранье не красит. Дамянович и Корчной встречались за доской два раза и оба в 1969-м году. На турнире в Пальма-де-Мальорке, в последнем 17-м туре случилась короткая ничья (та самая «амстердамская победа»), а в Сараево Корчной Дамяновича обыграл, с блеском выиграв турнир. Правда лишь то, что Корчной недолюбливал Гуфельда и ровней себе никогда не считал.

И вот, уже там, в 1990-м году, в Нови-Саде, я спросил Дамяновича: а он-то при чем в той давнишней истории?

- Мы с Корчным часто играли в карты в одной компании. Бридж - игра командная, а Корчной - отъявленный индивидуалист и регулярно тянул одеяло на себя. Поэтому их пара постоянно проигрывала нашей, и как следствие - выплеснувшийся негатив, - поведал Дамянович.

Ровно год назад, 12 февраля 2011-го умер за шахматной доской гроссмейстер Мато Дамянович; в сентябре 2002-го ушел из жизни Эдуард Гуфельд. Оба были рыцарями шахмат и, пусть только поэтому, заслуживают доброй памяти.

Здравствующему и поныне Виктору Львовичу Корчному - многая лета!


  


Смотрите также...

  •  Казалося, ну, ниже
    Нельзя сидеть в дыре,
    Ан глядь: уж мы в Париже

  • Завтра в конференц-зале телецентра «Останкино» в 18.30 состоится финальный поединок и матч за третье место первого чемпионата Москвы среди любительских шахматных клубов и коллективов. Начиная с ноября прошлого года, двенадцать команд боролись за выход в суперфинал соревнований. И теперь четыре лучшие определят победителя.

  • «Улеглась моя былая рана» -
    Уж Грищук не ранит «нечто» нам:
    Он едва «уполз» от Ароняна
    Из позиции, пропертой в хлам!

    Одержал моральную победу,
    Россиянам луч надежды дал…
    Может быть, и я в Казань поеду
    Поболеть за Сашу – на финал!

  • Итак, мы имеем то, что имеем.

    Лично у меня ощущение человека, невольно ступившего в нечистоты. Я, конечно, немедленно позвонил в клуб «На Петроградской», переговорил лично с Андреем Егоровым и его помощником господином Никитиным и получил подтверждение, что тот - последний пост - единственно оригинальный.

  • Я невидимой цепью
    Был прикован к «Chess-news».
    Есть предел раболепью -
    Скоро рухнет союз!

    Здесь Сутовский с Сосонко,
    Суров, Сидоров (зам) -
    Шутят умно и тонко…
    Да и Свешников сам.

  • Есть женщины в русских селеньях - оне
    В районе полтинника (кои и хуже).
    Опять китаянки верхом на коне,
    А наши  застряли в немыслимой луже.

  • Сегодня стало известно, что формат традиционного фестиваля "Москва опен" в следующем году претерпит изменения. Главными станут круговые турниры с участием приглашенных молодых гроссмейстеров - по десять человек в мужском и женском соревновании.

  • Вольное переложение одноименной комедии Карела Чапека
    (по следам конфликта Макропулоса с Данаиловым)

    Есть у Макропулоса средство:
    Единожды его испить -
    И триста лет ничьи лепить
    Гроссмейстер сможет без последствий.

  • Имею обыкновение читать комментарии, появляющиеся на сайте. Значительная часть из них наводит на определенные мысли. 

    И вот, не будучи сотрудником сайта, а являясь, скорее, «вольноопределяющимся», хотелось бы четко и беспристрастно донести до народа истину, коей она мне видится.

  • Замечу, и не для проформы,
    Что есть секрет хорошей формы,
    И я им точно овладел.

    Чтоб не остаться не у дел,
    Так сразу раскрывать не стану -
    Пожалуй, нужно «застолбить».
    Иначе Карлсена прибить
    Сумеет Вася не спеша,
    А мне навару  -  ни шиша.