Сильвио Данаилов: "Мы должны решить: шахматы - это музей или шоу"

Время публикации: 20.01.2012 21:31 | Последнее обновление: 21.01.2012 13:52

Сильвио Данаилов в прямом эфире Chess-News комментирует партии шестого тура Вейк-ан-Зее и отвечает на вопросы на разные темы.

Запись прямого эфира: 20.01.2012, 17.30. Данаилов появляется с 29-й минуты.


Е.СУРОВ: До начала турнира Ян Тимман дал интервью, в котором, в частности, ратовал за то, чтобы отменить 30-секундные добавки к каждому ходу. Он против этого. Он считает, что каждый игрок должен распоряжаться своим временем, как захочет. И в связи с этим даже вспоминал вас, поскольку вы тоже считаете, что шахматисты должны быть в цейтноте как можно чаще, потому что это может быть зрелищно.

С.ДАНАИЛОВ: Я считаю, что добавки – это искусственно. У тебя есть два часа – распределяй их, как хочешь. Но это должен быть спорт. А здесь, с добавками, мы не наблюдаем никакого спортивного элемента. Многие хотят сделать шахматы музейными: без каких-либо ошибок, чтобы было всё правильно, красиво, чтобы партии были абсолютно корректными. Но это нонсенс. Какой в этом смысл? Если ты хочешь, чтобы шахматы были спортом, то в спорте люди ошибаются. В спорте есть напряжение. А здесь какое напряжение? Все знают дебют до двадцатого хода, затем знают, как маневрировать позиционно туда-сюда, и единственный спортивный элемент, который есть – это цейтнот. Но отнимают и его… Я это называю «музейные шахматы». Ты идешь в музей и смотришь: вот господин Ананд сидит, думает, вот господин Петросян… Могу сказать, что однажды в Мадриде сестра моей жены пришла смотреть красивый турнир с этими самыми «музейными» шахматами. Там не было софийских правил. По-моему Ильескас играл с Веселином и продумал над одним ходом полчаса. Она сидела в ужасе: как это, никто ничего не двигает?! Она никогда не вернется на шахматный турнир.

Е.СУРОВ: А вы считаете, что нужно бороться именно за такого зрителя, который не шахматист, не понимает позицию, но хочет, чтобы было какое-то действие, движение?

С.ДАНАИЛОВ: Нет, мы должны бороться за разную аудиторию. Мы не можем ограничиться искусственной аудиторией, где только большие знатоки, коих тысяча в мире. Футбол, Формула-1, баскетбол – все борются за любого зрителя, чтобы привлечь его внимание. Чтобы тот пришел и купил билет. Мы не можем быть элитным спортом, который только пять человек будут понимать. Если ты хочешь, чтобы тебя смотрела эта тысяча человек в мире – хорошо, но тогда не проси деньги. Играй бесплатно. В музее. Тогда не будет спонсоров, не будет рекламы, маркетинга. Ты просто красиво играешь в шахматы и бесплатно.

Е.СУРОВ: Тем не менее, смотрите, даже при той системе, которая есть сейчас, все больше возникает интересных турниров, призы растут. Приз в матче на первенство мира еще больше вырос.

С.ДАНАИЛОВ: Где эти турниры? Я не вижу. Матч – это не то. Деньги, которые появлялись на матче, скажем, Топалов – Ананд или Ананд – Гельфанд – это просто отдельные люди имели отдельный интерес. Но рыночная стоимость матча… Попробуй предложи спонсору матч Ананд – Гельфанд. Мы все знаем, что у Гельфанда есть друг, довольно богатый человек, который заплатил. Это случай. Так же, как в Болгарии очень любят шахматы, любят Топалова, и болгарские спонсоры сказали: давайте, сделаем этот матч. Но мы помним, что призовой фонд матча Крамник – Ананд в Бонне был совсем маленьким. И при том заплатил господин Реш – человек, который любит шахматы и был фанатом Крамника. Если бы этого человека не было – кто бы заплатил? У Каспарова, со всем его именем, пиаром, три матча провалились – из-за отсутствия спонсоров. Так что это не рыночная стоимость матча Ананд – Гельфанд. Это удача. А ты поставь на рынке этот матч и тогда будем смотреть. Цена будет намного меньше. Потому что рыночная стоимость вычисляется из того, сколько людей придет заплатить за билет на этот матч. Сколько? Вот на матче Ананд – Крамник люди попытались сделать систему платной. Очень красиво, с комментариями, с тысячей видеокамер… Было смешно: сто человек заплатили в интернете. Сто. То есть зритель говорит: я не хочу платить, а хочу смотреть шахматы бесплатно. Так что это заблуждение. И заблуждение, когда Кирсан дает деньги. Это не значит, что матч стоит миллионы. Просто Кирсан дает деньги, потому что он любит шахматы и у него есть возможности. А рыночная стоимость не имеет никакого отношения к меценатству.

Е.СУРОВ: То есть ваша точка зрения: чтобы находить деньги на турниры, на матчи, нужно шахматам придать как можно больше спортивного элемента? Сделать их спортом в общем понимании этого слова?

С.ДАНАИЛОВ: Нет, надо много вещей делать. Имидж, дресс-код… Я всегда говорил, что надо одеваться красиво, чтобы люди тебя уважали. Надо сделать шоу. Сейчас мы – культура. Музейные шахматы. А музей рассчитывает только на меценатов, в музее нет денег. Или мы – спорт, зрелище, шоу-бизнес. Если мы шоу-бизнес, тогда надо предложить людям шоу. Если мы не шоу-бизнес, тогда не хоти деньги.

Е.СУРОВ: В шоу-бизнесе есть место, по-вашему, качественным партиям – чтобы у шахматиста было достаточно времени на обдумывание хода в сложной позиции?

С.ДАНАИЛОВ: Есть место и нет места. Почему, потому что я был на десяти турнирах в Монако, где были сыграны просто гениальные партии вслепую и в быстрые шахматы. То есть если у тебя есть пять часов, это не значит, что ты придумаешь что-то особенное. В матче Стаунтон – Цукерторт кто-то один из них (не помню, кто) думал шесть часов над одним ходом. Ну и что? Более гениальным кто-то стал? Если тебе дали пять или десять часов – это не гарантия, что партия будет идеальная. Может быть, какая-то будет очень корректная, без ошибок и довольно скучная. Я не считаю, что время – это большой фактор.

Е.СУРОВ: Против этого аргумента ничего не скажешь. Действительно, имей шахматист два-три-четыре часа – это еще не гарантия того, что партия будет качественной.

С.ДАНАИЛОВ: Конечно. Я даже думаю наоборот: когда человек имеет больше времени на раздумья, он делает больше глупостей. Потому что, когда время есть, шахматист нерешителен. Если бы у него было мало времени, он должен был бы делать ход. А так…

Е.СУРОВ: Все глупости делаются с серьезным лицом.

С.ДАНАИЛОВ: Да, да, да. В общем, я не считаю длинный контроль гарантией качества. Ведь что мы сегодня имеем: практически у всех блестяще подготовленный с компьютером дебют до двадцатого хода; дальше все тоже умеют играть, маневрировать, эндшпиль знают хорошо. Вот, например, мы сейчас смотрим на партию Гири – Камский. Гири пошел Nd5 – ход, который показывал компьютер. Я думаю, если Гири дать пять секунд, он пойдет точно так же.

Е.СУРОВ: Но это в этой позиции. А есть все-таки гораздо более сложные позиции.

С.ДАНАИЛОВ: Согласен. Но опять-таки, я думаю, что красивых, замечательных партий в шахматной истории сыграно уже достаточно. Больше уже вряд ли будет. Ну, может, раз в год какая-то партия. И сейчас мы должны решить, что мы будем делать: музей, культуру, историю, где нет денег, или шоу, где будем пытаться заработать деньги. 

Е.СУРОВ: Слушайте, но вы же говорите то же самое, что говорит Илюмжинов. То есть вы с ним полностью на одной позиции в этом смысле.

С.ДАНАИЛОВ: Разница все-таки есть. Илюмжинов, конечно, очень много сделал для шахматистов, молодец. Дал очень много денег. Я в шахматах прошел весь путь: игрок, потом тренер, потом менеджер, потом промоутер, потом организатор, потом всё.

Е.СУРОВ: «Потом всё» - это хорошо сказано.

С.ДАНАИЛОВ: Да, весь путь. Имею в виду профессиональный путь. А у него больше экстравагантные идеи. Я более профессионально смотрю на вещи – с точки зрения игрока, организатора, тренера… Вообще всю структуру лучше знаю.

Е.СУРОВ: Между прочим, идея трехочковой системы – тоже весьма экстравагантная.

С.ДАНАИЛОВ: Я считаю, что правильная. Раньше все были против софийских правил, сейчас всем кажется, что всё нормально с этим. Думаю, что к трехочковой системе мы рано или поздно перейдем. Если в футболе и других видах спорта она есть, то почему у нас не может быть? Не понимаю. Особенно если будут большие призовые фонды, то это будет больше мотивировать игроков, и игра станет зрелищнее.

Е.СУРОВ: Имеются в виду, видимо, призы за какой-то результат? Потому что если игроки получают большие стартовые деньги (только за участие), то тут, конечно, мотивации особой не будет просматриваться.

С.ДАНАИЛОВ: Да, но я считаю, что потихоньку эта система с большими гонорарами идет вниз и дальше будет больше призов. То есть ты играешь, выигрываешь и получаешь большой приз. У турниров сейчас кризис: у Линареса, у нашего M-tel Masters, у китайского Наньцзиня… Везде кризис. Поэтому надо придумывать новые пути.

Е.СУРОВ: Какие у вас ближайшие идеи как у президента ЕШС? Дресс-код уже принят, да?

С.ДАНАИЛОВ: Да. Софийские правила тоже приняты.

Е.СУРОВ: Еще что ждет нас?

С.ДАНАИЛОВ: Сейчас мы будем пытаться развивать маркетинг и пытаться лучше продавать шахматы. Мы пока их не продаем и вообще находимся на любительском уровне в пиаре, маркетинге. И ФИДЕ, и Европейский союз – не профессиональные организации, а политические. Мы должны их сделать профессиональными.

Е.СУРОВ: А вот кстати о профессиональных организациях. Есть такая организация – Ассоциация шахматных профессионалов, которую не так давно возглавил Эмиль Сутовский. Что вы думаете о ней вообще?

С.ДАНАИЛОВ: Это хорошо, конечно, что есть такая организация. Она раньше была, потом…

Е.СУРОВ: Исчезла куда-то и сейчас опять возродилась.

С.ДАНАИЛОВ: Да, и сейчас они сделали интересное предложение Европейскому союзу, и мы его приняли. Это насчет взноса игроков.

Е.СУРОВ: Да, вы имеете в виду 50-процентный взнос на чемпионате Европы и 5-процентная скидка на гостиницу.

С.ДАНАИЛОВ: Да, я думаю, что это будет хорошо и для них, и для нас. Я им желаю успеха. Я считаю, что такая организация должна быть. Это профсоюз, на самом деле, да? Больше людей работают в шахматах – я всех приветствую.

Е.СУРОВ: Сильвио, но смотрите, что происходит. Что касается вот этой 5-процентной скидки. Для обычного игрока, имеющего желание ехать на чемпионат Европы, эта 5-процентная скидка мало что значит. Основной пункт регламента, который его не устраивает – это обязанность жить в этой гостинице, на которую вы даете 5-процентную скидку.

С.ДАНАИЛОВ: Нет обязанности.

Е.СУРОВ: Как нет обязанности?

С.ДАНАИЛОВ: Если нет такой скидки, тогда он может где угодно жить.

Е.СУРОВ: И тогда платить штраф.

С.ДАНАИЛОВ: Нет, это не штраф. Нет-нет-нет-нет… Есть определенный турнирный взнос. Это не штраф. Это есть у всех. Куда бы ты не заселился, ты платишь этот турнирный взнос. Это не мы придумали, это уже много лет существует.

Е.СУРОВ: А, то есть вы называете это просто не штрафом, а турнирным взносом?

С.ДАНАИЛОВ: Нет, это не штраф, это турнирный взнос, это везде так. Он включает трансфер из аэропорта в гостиницу и обратно.

Е.СУРОВ: И это платят все? Включая тех, кто живет в гостинице «Novotel»?

С.ДАНАИЛОВ: Абсолютно все.

Е.СУРОВ: То есть нет в регламенте такого пункта, что если человек отказывается жить в гостинице «Novotel», а хочет жить еще где-то, то он должен платить дополнительные деньги?

С.ДАНАИЛОВ: Нет.

Е.СУРОВ: Нет такого?

С.ДАНАИЛОВ: Нет.

(Слышен голос)

Е.СУРОВ: А вы подойдите, скажите в микрофон.

С.ДАНАИЛОВ: Это наш исполнительный директор Болгарской шахматной федерации, он может вам рассказать.

Е.СУРОВ: Очень приятно. Простите, как вас представить?

Н.ВЕЛЧЕВ: Велчев Николай.

Е.СУРОВ: Николай Велчев рядом со мной и хочет что-то по этому поводу добавить.

Н.ВЕЛЧЕВ: Извините, что я в ваш разговор вмешался, но это не какой-то штраф, это обычный взнос, и он включает трансфер из аэропорта Софии в Пловдив. Это 140 километров в одну сторону. Так что не надо думать, что есть какой-то штраф для тех, кто живут в [не]официальных отелях.

Е.СУРОВ: Да, но не я это придумал – это всегда было до этого.

Н.ВЕЛЧЕВ: У нас этого не будет.

Е.СУРОВ: У вас не будет.

Н.ВЕЛЧЕВ: И для членов АШП мы сделали дополнительную скидку: они уплачивают взнос в размере только пятьдесят процентов. 50 евро. И он включает, как я уже сказал, трансфер, который стоит не дешевле – для одного человека – свыше ста евро. И они имеют 5-процентную скидку на официальный отель, который стоит дешевле. Здесь цены примерно 80-85 евро на одноместный номер, а у нас «Novotel», пятизвездочная гостиница, очень фешенебельная – только 74 евро. Самая низкая цена за последний год.

Е.СУРОВ: Я прошу прощения, может быть, вы более осведомлены, но если зайти на сайт гостиницы – там указано, что это четырехзвездочная гостиница.

Н.ВЕЛЧЕВ: Есть и четырехзвездочные, есть и трехзвездочные. Но официальная гостиница – «Novotel», в которой будет и игровой зал.

Е.СУРОВ: Нет, «Novotel» - это пять звезд?

Н.ВЕЛЧЕВ: Абсолютно. Всегда первый отель Болгарии – пятизвездочный. Он уже сорок лет пять звезд. Это абсолютно и бесспорно. Так бесспорно, как Москва – столица России.

Е.СУРОВ: Хорошо, спасибо.

Н.ВЕЛЧЕВ: Болгария – очень гостеприимная страна.

(У микрофона снова Сильвио Данаилов)

Е.СУРОВ: А вы не считаете, что матч на первенство мира – даже не этот конкретный матч, который сейчас будет, а вообще вся система, завершающаяся матчем на первенство мира – это уже не соответствует велению времени сейчас? Нужно ли определять чемпиона мира в матче, раз в два года?

С.ДАНАИЛОВ: Я считаю, что нужно. Пока. Если не придумаем что-то лучше. Потому что все-таки шахматы имеют большую историю. И надо сохранять традиции. Матч на первенство мира – особенное событие. Хотя, турнир тоже может быть успешен. Скажем, в Сан-Луисе, когда Веселин стал чемпионом – там была очень большая реклама. Но все-таки все помнят эти матчи – Ботвинник-Смыслов, Фишер-Спасский, Каспаров-Карпов… Я думаю, не надо менять что-то до тех пор, пока не придумаешь что-то новое. Как видите, легко нашлись деньги для матча Гельфанда с Анандом. Пока это традиция, это богатство. Веление времени – тоже такая вещь, субъективная. Считаю, что пока надо сохранить матч. Пока лучшего не придумано. Мне всегда, кстати, нокаут нравился. Но проблема нокаута в том, что все-таки шахматы – не как футбол. В футболе ты, забив где-то два гола, можешь за один день стать суперзвездой. А в шахматах для этого нужно работать годами. И вы видели, что происходило в нокаут-чемпионатах…

Е.СУРОВ: Человек мог выиграть один турнир, больше ничего не выиграть, но войти в историю как чемпион мира.

С.ДАНАИЛОВ: Да. У нас были чемпионами и Касымджанов, и Халифман, но никто их никогда реально не считал за чемпионов. Они выиграли один турнир – замечательно, повезло…

Е.СУРОВ: Сложилось.

С.ДАНАИЛОВ: Сложилось. Потом в Линаресе стал последним – «-2» или «-3». Или у человека никогда не было 2700. Какой ты чемпион? Тебя шахматный мир не принимает, твое имя никто не знает. Если ты потом доказываешь и продолжаешь выигрывать турниры – это одно дело. Но если ты потом всё проваливаешь и доказываешь, что это было совершенно случайно – шахматы теряют. Поэтому я думаю, что Илюмжинов и ФИДЕ поняли этот момент и отменили нокауты. А вообще эти чемпионаты были интересными, динамичными и по-спортивному справедливыми. Каждый начинает с нуля, играй, и если ты лучший – выиграй.

Е.СУРОВ: Просто, может быть, не надо называть это чемпионатом мира. Ну вот есть такой турнир – Кубок мира.

С.ДАНАИЛОВ: Кубок мира – это да. И я не знаю, почему всё так сложно – я считаю, что идеальный вариант такой: победитель Кубка мира играет матч с чемпионом мира.

Е.СУРОВ: Есть проблема, которую мы как раз видим сейчас. Ананд – чемпион мира, и последний год, если не больше, он просто не играет в шахматы. Он ждет матча на первенство мира, а в турнирах он отбывает номер (будем называть вещи своими именами).

С.ДАНАИЛОВ: Да.

Е.СУРОВ: И как решить эту проблему? Вот вы предлагаете: победитель Кубка играет с чемпионом мира. Это значит, что есть чемпион, который будет два года ждать победителя Кубка и так же отбывать номер в турнирах.

С.ДАНАИЛОВ: Но он отбывает номер потому, что его организаторы, во-первых, приглашают, во-вторых – не штрафуют. Вот ты организатор и говоришь, что он отбывает номер. Не приглашай его! И никакой проблемы. А то, что он отбывает номер – ему правила это позволяют. Это легально. Если у тебя нет софийских правил, если у тебя нет штрафа – он будет отбывать номер, и это будет его право. Это не зависит от него, а зависит от организаторов и от жестких, профессиональных правил.

Е.СУРОВ: Но если уж объективно смотреть, то софийские правила не могут избавить от ничьих, если у игроков есть желание их сделать.

С.ДАНАИЛОВ: Нет, конечно. Софийские правила – не панацея от всех проблем в мире. Но они могут и улучшиться. У меня давно есть идея, как улучшить их.

Е.СУРОВ: Каким образом, скажите?

С.ДАНАИЛОВ: Очень просто. Любимый прием игроков – убегают на ничью повторением ходов. Я считаю, что просто надо отменить это повторение. Допустим, игроки зовут судью и показывают ему троекратное повторение. Он говорит «нет», и партия продолжается.

Е.СУРОВ: И они двадцать пять раз еще повторяют ту же самую позицию.

С.ДАНАИЛОВ: Два нуля. Уходи. В вольной борьбе за пассивность тебя штрафуют очками, потом выгоняют. Не хочешь – пожалуйста, 0-0. На следующий день будешь хотеть.

Е.СУРОВ: И вы это предложение как-то будете продвигать?

С.ДАНАИЛОВ:  Я думаю, что мы должны повысить роль арбитра. У нас очень большая проблема: нет полемики. Вот отнимите у футбола судейские ошибки и полемики – футбол станет скучной игрой. Отними вот эти крики: «арбитр – дурак, он ничего не понимает, здесь был офсайд»…

Е.СУРОВ: Нет, ну подождите. Известно, что лучший арбитр – тот, кто не заметен на поле. И которого не знают, как зовут.

С.ДАНАИЛОВ: Да. Но как можно не замечать человека, который, предположим, удалил кого-то с поля или не дал офсайд, когда надо было дать? Или знаменитый матч Англия – Германия 1966 года. В Азербайджане есть памятник судье того матча. Соль футбола – в полемике. Вот почему функционеры никак не хотят ввести камеры? Потому что понимают, что от этого потеряется зрелище. А у нас: допустим, есть софийские правила. Кто-то начинает повторять ходы, зовут арбитра, тот говорит «нет» и партия продолжается. Кто-то проигрывает, встает и говорит: «Вот этот судья – дурак, он не понимает ничего в шахматах», и так далее. Это для нас для всех хорошо будет. Ошибки – это хорошо. Это полемика, это пиар, это медиа. Но меня никто не понимает. Они считают, что всё нужно делать суперправильно, суперкорректно. Но тогда ты не можешь продать свой продукт и не получаешь деньги. Очень просто.
 

Разговор полностью слушайте в аудиозаписи.


  



Смотрите также...