No English! No Remi!

Время публикации: 24.11.2011 22:39 | Последнее обновление: 04.05.2012 18:08

Четверть века назад на одном из турниров в Югославии встретились Сэмми Решевский и Драголюб Велимирович. Получив по дебюту примерно равную позицию, американский гроссмейстер склонился к сопернику – Велимирович немного туг на ухо: «I offer you a draw».

Драго не владел английским (он немного говорил по-немецки), но понял, конечно, смысл сказанного. «No», - без раздумий отверг он предложение ветерана.

Десяток ходов спустя американец повторил предложение, на этот раз в другой форме: «Do you play to win?»

Реакция Драголюба была не менее решительной: «No, no». Удовлетворенный, Решевский тут же остановил часы и протянул руку сопернику.

«No! No! No!», - закричал Велимирович и со стуком включил часы. – No English! No Remi!»


Прочел опросник о ничейной проблеме на Талевском Мемориале да и на других крупных турнирах последнего времени. В чем дело? Действительно возросла техника защиты? Или притупился меч? А как обстояло дело в старое время? Был ли тогда процент ничьих в больших турнирах ниже? Или шахматы не были такими жесткими?

Расскажу о собственном опыте, связанном с соревнованиями более чем тридцатилетней давности. Турнир «Интерполис» в голландском Тилбурге по традиции собирал очень сильный состав. В 1980 году, помимо чемпиона мира Карпова, в нем играли Михаил Таль, Борис Спасский, Лайош Портиш, Бент Ларсен, Ульф Андерссон, Любош Кавалек, Властимил Горт, Ян Тимман, Роберт Хюбнер, Золтан Рибли и я.

Не могу сказать, что все ничьи были такими бескровными, но факт был налицо: после десяти туров в моей графе были только половинки.

Вспоминаю, как Спасский, делая девятнадцатый ход, спросил: «Ты в курсе, что в это время играется большой теннисный турнир? Когда еще представится возможность увидеть Илие Настазе...» (Спасский - Сосонко, Тилбург 1980).

Через полчаса мы с остальными  зрителями делали  маятниковые движения головой, наблюдая за игрой замечательного румынского теннисиста. 

Когда я играл с Талем, в Тилбург приехал Макс Эйве. Мне передали, что когда Профессору сказали – Сосонко в этом турнире играет вполне пристойно, да и сегодня стоит хорошо, Эйве заметил: «Во всяком случае, доcтаточно хорошо, чтобы предложить ничью...» Интуиция не подвела Профессора и на этот раз. 

В последнем туре предстояла встреча с Золтаном Рибли. У меня были белые. Хотя в глубине души я понимал, что навряд ли  удасться избежать судьбы, готовился к партии по-настоящему и даже лег спать раньше обычного. 

Часа в пол-четвертого я проснулся от настойчивого стука в дверь. На пороге стоял один из организаторов. Он не раз вместе с участниками турнира засиживался в баре допоздна и благоразумно оставался ночевать в гостинице. Заспанный, осыпал его градом упреков. Вместо извинений он вручил мне записку. Записка была от Рибли. Ссылаясь на неожиданные личные обстоятельства (невеселые), Золтан писал, что вынужден срочно вылететь в Будапешт и просит извинения, что не может завтра играть партию.

На следующий день, однако, все формальности были соблюдены, часы включены, и я двинул вперед по обыкновению ферзевую пешку. Фоторепортеры были уже в курсе, и в местной газете на следующей день я увидел фотографию с подписью «Победный ход Сосонко».

В итоге я разделил в турнире четвертое место с Борисом Спасским, пропустив только Карпова, Портиша и Тиммана. 

Выдержку, как видите, надо сохранять при любых обстоятельствах.


Другой случай из турнира ИБМ в Амстердаме в том же 1980 году, где играли Анатолий Карпов, Бент Ларсен, Властимил Горт, Ян Тимман, Золтан Рибли, Сергей Долматов, Джон ван дер Виль и автор этих строк.  

Я сделал двенадцать ничьих кряду (турнир проводился в два круга). Переигрывая эти партии сейчас, вижу, что и они далеко не все были бесцветными. В партии с Карповым (черными) мне удалось применить важную новинку в Каро-Канне и без труда уравнять игру. Но как бы то ни было: после двенадцати туров в моей графе значились только ничьи.

Каких только эпитетов я не удостоился от пишущей братии. Самой мягкой была запомнившаяся шапка центральной газеты: «Сосонко работает вагоновожатым!» (Слово «remise» по-голландски означает ничью и кольцо трамвая). 

На финише мне удалось выиграть две партии и занять третье место после Карпова и Тиммана, которого называли «Best of the West»: Ян имел тогда второй рейтинг в мире.

От тех же журналистов, несколькими днями раньше уничтожавших меня, я удостоился эпитетов «мудрый», «прозорливый», один отметил «замечательную выдержку», другой назвал «опытным турнирным волком».

Впрочем, представителей этого цеха я строго не сужу, затем, что к ним принадлежу.

Уверен: ежели Талевский Мемориал игрался бы не по «софийским» правилам, процент ничьих был бы еще больше.

Но представителей цеха, к которому сам принадлежал когда-то, я сужу еще меньше. Повторюсь: равновесие заложено в фундаменте нашей игры, и чем выше класс, тем труднее доказать обратное.


Поскребя по сусекам, нашел фотографию тех времен.


Спасский, Сосонко. На заднем плане Золтан Рибли.


  


Смотрите также...

  • Я невидимой цепью
    Был прикован к «Chess-news».
    Есть предел раболепью -
    Скоро рухнет союз!

    Здесь Сутовский с Сосонко,
    Суров, Сидоров (зам) -
    Шутят умно и тонко…
    Да и Свешников сам.

  • «Улеглась моя былая рана» -
    Уж Грищук не ранит «нечто» нам:
    Он едва «уполз» от Ароняна
    Из позиции, пропертой в хлам!

    Одержал моральную победу,
    Россиянам луч надежды дал…
    Может быть, и я в Казань поеду
    Поболеть за Сашу – на финал!

  •  Казалося, ну, ниже
    Нельзя сидеть в дыре,
    Ан глядь: уж мы в Париже

  • Есть женщины в русских селеньях - оне
    В районе полтинника (кои и хуже).
    Опять китаянки верхом на коне,
    А наши  застряли в немыслимой луже.

  • Замечу, и не для проформы,
    Что есть секрет хорошей формы,
    И я им точно овладел.

    Чтоб не остаться не у дел,
    Так сразу раскрывать не стану -
    Пожалуй, нужно «застолбить».
    Иначе Карлсена прибить
    Сумеет Вася не спеша,
    А мне навару  -  ни шиша.

  • Завтра в конференц-зале телецентра «Останкино» в 18.30 состоится финальный поединок и матч за третье место первого чемпионата Москвы среди любительских шахматных клубов и коллективов. Начиная с ноября прошлого года, двенадцать команд боролись за выход в суперфинал соревнований. И теперь четыре лучшие определят победителя.

  • Сегодня стало известно, что формат традиционного фестиваля "Москва опен" в следующем году претерпит изменения. Главными станут круговые турниры с участием приглашенных молодых гроссмейстеров - по десять человек в мужском и женском соревновании.

  • Имею обыкновение читать комментарии, появляющиеся на сайте. Значительная часть из них наводит на определенные мысли. 

    И вот, не будучи сотрудником сайта, а являясь, скорее, «вольноопределяющимся», хотелось бы четко и беспристрастно донести до народа истину, коей она мне видится.

  • Вольное переложение одноименной комедии Карела Чапека
    (по следам конфликта Макропулоса с Данаиловым)

    Есть у Макропулоса средство:
    Единожды его испить -
    И триста лет ничьи лепить
    Гроссмейстер сможет без последствий.

  • Илья Левитов о Владимире Крамнике: "Если человек не чувствует в себе потребности играть за сборную, когда его зовут, я считаю, искусственно не надо заманивать. ... Мы не знаем его мотивации играть в шахматы. У кого-то флаг, у кого-то еще что-то. Может быть, он просто профессионал: садится и каждую партию играет как последнюю..."