Поправки в Конституцию

Время публикации: 19.11.2011 01:29 | Последнее обновление: 19.11.2011 01:51

18 сентября – день, примечательный не только интеллектуальными противостояниями третьего тура Мемориала Таля. Это еще и день рождения замечательного кинорежиссера, актера и сценариста Эльдара Рязанова. Фразы из его фильмов уже давно плотно вошли в нашу жизнь. Поэтому сегодня репортаж – в стиле «Рязанов Cinema».

Первым свое место за доской привычно занимает Ян Непомнящий. Вероятно, впечатление обманчивое, но кажется, что его абсолютно не тревожат вспышки фотоаппаратов и телекамер. Он садится за доску за пять минут до начала и спокойно настраивается на игру. «Ну, правильно! Так и должно быть! Потому что правда всегда на нашей стороне!».

Следующими на сцену из комнаты отдыха появляются Владимир Крамник

и Борис Гельфанд.

У Крамника отношение к любителям шахмат и масс-медиа дискретное: или ноль, или единица. Ноль – то есть делайте, что хотите, снимайте сколько хотите и шепчитесь в первых радах на здоровье, но это только тогда, когда Владимир – в числе лидеров. В противном случае включается отношение единица: съемки по его просьбе сокращаются с десяти минут до пяти, а обитателям первых рядов в зрительном зале «влетает» за каждый шорох. Этакий критерий уверенности Крамника в своих силах.

Сейчас в силе отношение ноль, а это значит, что гроссмейстер настроен побороться за самые высокие места.

Свое боевитое настроение Владимир уверенно преобразовал в большое дебютное преимущество в партии с Карлсеном. По меньшей мере странно, с какой скоростью Магнус делал ходы, приведшие его к позиции, близкой к проигранной. Впрочем, он постоянно, с самого начала, предельно внимательно следил за партией Накамура - Свидлер.

Что он ожидал увидеть с таким нетерпением? Дебютный почерк своего бывшего наставника? Или это просто молчаливая солидарность с англоязычным коллегой? Так и не удалось разгадать.

«Ну, это я могу понять: первый научил второго, второй – третьего. Но этот-то мерзавец – он ведь не просто повторяет, он выводы делает!»

Как бы то ни было, а позиция норвежца стала потрескивать по швам. Казалось, Крамник вот-вот найдет решающий ход, или серию ходов, или, в крайнем случае, неожиданно сведет все к выигранному эндшпилю. Но вот тут-то и начало твориться безобразие. Причем безобразие это какое-то именное, запатентованное №1 по рейтингу в мире. Только ему удается сделать так, что внешне безнадежные позиции начинают каким-то чудесным образом держаться!

Так и здесь, расставив все свои фигуры по восьмой горизонтали, Магнус невозмутимо продолжил игру.

«Этот тип поднял руку на самое святое, что у нас есть - на Конституцию!», - подумал Крамник и схватился за голову. Такая позиция не должна держаться, так – не бывает!

Один ход, вроде – хороший, следующий – тоже неплохой. Но почему-то оптимизм медленно таял… А потом вдруг стало ясно, что ничего вообще не ясно. Никому. То ли у белых преимущество, то ли у черных. Только компьютер, потрескивая от напряжения, несмело давал какие-то оценки. А уж люди… Люди совсем перегрелись, и, покорившись судьбе, поплыли по течению вместе с гроссмейстерами.

Причалили часа через полтора, к ничейным берегам. Если честно, все очень порадовались такому результату, потому что это означало, что впереди – преинтереснейшая пресс-конференция с участием обоих гроссмейстеров. А если еще учесть, что свежи были воспоминания о прошлогодней…

Ожидания не были обмануты. «Докладчики сделали доклад, коротенько так, минут на сорок…». Варианты и впечатления лились бурной рекой, шахматисты, как ни пытались, никак не могли скрыть своего возбуждения, смешанного с удивлением, шахматной переоценкой и легким замешательством. Как будто только что стали свидетелями искусного фокуса, объяснить который не могли.

« А чего это ты от меня удирал? Привычка: ты догоняешь я удираю. А ты почему догонял?»

А пока большая часть обитателей Дома Пашкова совместно с Карлсеном и Крамником плутала по джунглям послепартиевых вариантов, довели свои поединки до победы Свидлер и Аронян.

Если с Петра еще успели взять слово, что он поделится впечатлениями, то Левон при виде огромной толпы и образовавшейся очереди к микрофону, весело помахал рукой и, бросив «ну я тогда, пожалуй, пошел», быстрым шагом отправился домой к подруге, которая специально прилетела в Москву, чтобы его поддержать. Помогло!

Как и Свидлеру – с женой. Петр сегодня еще более усугубил свой до неприличия положительный счет с Накамурой. Похоже, российский гроссмейстер даже сам слабо верил, что удастся продолжить победную серию.

Поэтому с большим удовольствием и неизменным остроумием рассказал о хитросплетениях с Хикару.

« Вы хорошо поработали своими серыми клеточками головного мозга. Не такие уж они у меня серые, как вы думаете!»

О том, что  сегодня была сыграна еще одна партия Ананд – Непомнящий, мы к тому моменту успели уже и забыть. Индийский чемпион мира либо пока не может поймать свою игру, либо бережно хранит в закромах подготовленные к майскому матчу новинки. Иначе сложно объяснить уже третью бескровную ничью. Непомнящий искренне пытался «вытащить» соперника в большую игру, но тот предпочел уклониться, отказавшись за это от дебютного перевеса.

Оставался единственный поединок, Гельфанд – Карякин.

Борис, не изменяя своему стилю, вновь перегнул палку в погоне за инициативу и оказался в эндшпиле без пешки.

Сергей ее реализовывал, реализовывал, реализовывал… Комментаторы в прямой трансляции на седьмом часу игры уже стали терять последнее терпенье. Но – реализовал. Ценная победа Карякина, позволившая ему присоединиться к лидерам.

Таким был день третий, тревожным и хулиганским. Но «лично я, за все, что здесь сегодня было, - никакой ответственности не несу!»


  


Смотрите также...

  •  Казалося, ну, ниже
    Нельзя сидеть в дыре,
    Ан глядь: уж мы в Париже

  • — Хотим Петра! И еще хриплый голос: — Хотим царем Ивана… На голос кинулись люди, и он затих, и громче закричали в толпе: «Петра, Петра!»

    Неимоверное количество болельщиков у Петра Свидлера. Последний тур, являвшийся для него лишь формальностью с точки зрения турнирного положения, и завершившийся первым на всей дистанции поражением, ничего не изменил.

  • У Лукоморья, братцы, скучно…
    И зритель смотрит равнодушно,
    Как исполнителей квартет
    Танцует скорбный менуэт.

    Там Гельфанд с Камским ходят кругом,
    Завороженные  друг другом…
    Борис силен, вооружен,
    Но он не лезет на рожон.

  • Сегодня в здании Дома Пашкова находятся целых два знаменитых Сергея Карякина. Один несколько минут назад закончил играть с Хикару Накамурой, а второй – в качестве приглашенного гостя рассказал о тонкостях такого вида спорта, как пятиборье. Второй Сергей Карякин – чемпион мира в этой дисциплине.

  •  

    Непомнящему

    Он  выиграл, не глядя, фотосессию,
    А значит, форма прежняя придет.
    Ян заиграет вдохновенно, весело,
    И «Кельвин Кляйн» не подведет!

  • Восьмой и предпоследний тур Мемориала Таля началася с уникального для нашего вида спорта события!

  • Замечу, и не для проформы,
    Что есть секрет хорошей формы,
    И я им точно овладел.

    Чтоб не остаться не у дел,
    Так сразу раскрывать не стану -
    Пожалуй, нужно «застолбить».
    Иначе Карлсена прибить
    Сумеет Вася не спеша,
    А мне навару  -  ни шиша.

  • Е.СУРОВ: Левон Аронян в пресс-центре Мемориала Таля, мы на Chess-News. Левон, сегодня у вас была сложная партия с Накамурой. Я не слушал трансляцию, но мне сказали, что ходили споры: кто-то говорил, что качество вы пожертвовали, а кто-то говорил – зевнули. Как на самом деле было?

  • Отчего так в России Советы  шумят?
    И без них вроде все, да и всё понимают;
    Чуть не смену в гостиной шахклуба сидят -
    Бесконечно себя повторяют.

    Я приник к монитору и зрелищу рад!
    Может это лишь все, что я в жизни узнаю.
    Стрелы критики в стан РШФ не летят,
    Почему - хорошо понимаю.

  • Четвертый и пятый туры Мемориала Таля продолжили традицию "ни партии без борьбы!". Шахматный зритель, наконец, подтянулся к месту действа в достаточном количестве (пусть и во многом из-за праздников). Дом Пашкова ожил. Игра с удвоенной энергией стала изобретать свои "вечнозеленые".