Сергей Шипов: "В финал выйдет один россиянин, один украинец"

Понедельник, 12.09.2011 02:24
Аудио: 

You may need: Adobe Flash Player.

Е.СУРОВ: Это Chess-News, дамы и господа, меня зовут Евгений Суров, вместе со мной на связи из Ханты-Мансийска комментатор проходящего там Кубка мира – с самого первого дня комментирует, насколько я понимаю – Сергей Шипов. Знаменитый комментатор, гроссмейстер. Приветствую Сергей.

С.ШИПОВ: Здравствуйте, Евгений.

Е.СУРОВ: Скажите, вам не надоело еще там, в Ханты-Мансийске заниматься комментированием?

С.ШИПОВ: Мы рецидивисты, не первый год отбываем этот срок. Поэтому я уже знаю примерно, сколько времени до конца, и готов морально и физически отбыть весь срок.

Е.СУРОВ: Со стороны кажется, что чем дальше, тем всё это дело более захватывающе происходит. Как там на месте событий – такое же ощущение?

С.ШИПОВ: Нет, наоборот. По-моему, как раз где-то второй-третий-четвертый круги были более захватывающими. А сейчас как-то академично всё идет. Причем вылетать начинают те, кто вроде бы и должен вылетать. Последние матчи оставили такое ощущение. Вылетели Жеребух, Поткин, Навара, Полгар, а шахматисты, чей авторитет повыше – они и остаются. Сейчас в полуфинале уже одни киты остались. Мне кажется, последняя тенденция немножко успокоила ситуацию.

Е.СУРОВ: А кстати, не кажется ли вам странным, что в Кубке мира, в соревновании, в котором, как считалось, всегда есть место для сюрпризов, в четверке сильнейших оказались, в общем-то, все гранды?

С.ШИПОВ: Ну да, я ждал одного все-таки необычного человека, и он должен был там оказаться. Просто Давид Навара вместо импульсивного хода Кре5, который он сделал правой рукой за одну секунду, имея полчаса времени, имел не один путь к победе. И вместо Грищука там должен был, по идее, оказаться Навара – просто по игре, по тому, как развивались серьезные партии. Но вот судьба решила, что этого быть не должно. Ей видней.

Е.СУРОВ: И тем не менее, даже если бы Навара вышел в полуфинал, все-таки не такой уж это был бы и сюрприз, я бы так сказал. Шахматист достаточно известный, достаточно сильный. Конечно, его игра не всегда стабильна, но…

С.ШИПОВ: Нет, все-таки несопоставим уровень успехов, авторитета. Думаю, что это вызвало бы все-таки достаточно серьезный резонанс, особенно с учетом того шлейфа событий, который тянется за ним здесь. Нет, если просто посмотреть на результаты – с Грищуком нет никакого сравнения. Хотя, с другой стороны, действительно созрел уже. На 2700 давно держится и выступает достаточно уверенно. Другое дело, что нестабильно. Нет в нем такой вот элитной стабильности. Может проиграть матч Лазничке, и может после этого обыгрывать одного за другим сильных гроссмейстеров. Ему сейчас 26 лет, и как раз сейчас самое время его таланту проявиться. Вот если бы он выиграл у Грищука, то как знать – может быть вообще в претенденты вышел бы. И это, конечно, в корне изменило бы отношение к нему, потому что все-таки у нас спорт, и здесь любят силу, в первую очередь, его величество результат. Вот проиграл Навара – сейчас все скажут, что так и должно было быть. Если бы выиграл – говорили бы другое: вот, наконец, он прорвался туда, куда и должен был прорываться. Так что тут от результата пляшут.

Е.СУРОВ: Раз уж заговорили о Наваре… Мне так и хочется начать фразой, которой ведущий пресс-конференций постоянно начинал эту тему: «Сейчас весь мир следит за событиями вокруг партии Моисеенко – Навара». Но я не буду этого говорить. А все-таки вы там были на месте событий, наверняка все это видели и наверняка даже общались с шахматистами. Я сразу скажу: к Моисеенко здесь никаких претензий быть не может. Насколько я понимаю, Навара наверняка задел фигуру, сделал это, безусловно, неумышленно. Я говорю «безусловно», потому что, во-первых, на видео это хорошо видно, во-вторых, оба гроссмейстера это признают. И Моисеенко – понятно, в пылу борьбы, нервы, цейтнот, пятый час игры (или шестой)… И понятно, что он машинально обратил внимание соперника на то, что тот задел фигуру. Но, правда, потом, поняв, что тот сделал это неумышленно, продолжил игру. Но дело-то не в этом. Что было дальше? Организаторы, на мой взгляд, раздули эту историю просто до невероятных каких-то пределов…

С.ШИПОВ: Сама история, по-моему, невероятная. Я что-то не припомню, чтобы в столь важном матче, когда на кону стоит столько, чтобы кто-то делал такой широкий, благородный жест. Если, Евгений, у вас есть альтернативные примеры – пожалуйста, приведите. А я такого не помню. Вот мы здесь, в Ханты-Мансийске живущие – а я не только с Моисеенко и Наварой, но и с другими шахматистами общаюсь, - все сходимся, что Давид просто совершил нечто из ряда вон выходящее.

Е.СУРОВ: Ага. И вот тут я с удовольствием ловлю вас, Сергей, на слове «Давид». Потому что приз-то получил не только Давид, а приз получил еще и Александр Моисеенко. Что же совершил Александр из ряда вон выходящего?

С.ШИПОВ: Может быть, его событие не из ряда вон выходящее, но он участвовал именно в этом, из ряда вон выходящем. И, на мой взгляд, то, что он не стал настаивать на правиле «тронул – ходи», абсолютно правильно. И выделять здесь одного героя, вручать приз только одному человеку, а Моисеенко отправлять домой – мне кажется, неправильно. Их поступки, разумеется, несопоставимы по своему масштабу, но оба поступили, по-моему, достаточно благородно и грамотно. А уровень благородства наверняка разный. Но я считаю, что поступили абсолютно правильно. Не надо тут «надо было одному вручить кубок 70 сантиметров, другому достаточно 35-сантиметровый»… Мне кажется, это хороший повод обратить внимание на честную игру в шахматах. Я не вижу здесь ничего предосудительного.

Е.СУРОВ: Ну, я-то позвал вас на эфир не для того, чтобы спорить об этом случае. Мне-то было интересно – вот так всё гладко и прошло, да? Не можете сейчас что-то рассказать такое, о чем мы не знаем?

С.ШИПОВ: Евгений, я же прекрасно понимаю, что вам нужно. Вам нужно получить доказательство того, что всё не так гладко, что Моисеенко не такой хороший человек, как кажется, может быть, из Москвы. Нет, он замечательный человек, поступил очень справедливо и грамотно. Другое дело, что сверхэстеты считают, что, может быть, он вообще должен был отказаться от ничьей и срочно подписать бланк с результатом 0-1. Но это уже… Кстати, Навара на его месте мог бы поступить так, но это уже переходит всякие границы здравого смысла. Потому что это спорт: человек сидит, борется за ничью, и вдруг ему ничью предлагают. Он, естественно, двумя руками цепляет его руку от радости. Но потом уже начинает размышлять, а как это выглядит со стороны. Но в спорте на «ленточке», на финише о таком не думают, конечно. Кроме Навары – никто не думает.

Е.СУРОВ: Но на самом деле, вы меня неправильно поняли. Я еще раз говорю, что у меня к Моисеенко нет никаких претензий. Я-то имел в виду… Ээ…

С.ШИПОВ: Жень, каждый имеет право расценивать этот эпизод по-своему.

Е.СУРОВ: А кстати, вы на месте Моисеенко согласились бы на ничью, если бы в такой позиции вам предложили?

С.ШИПОВ: Я не уверен, что я смог бы просто подумать о том, что тут надо делать. Я даже не могу себе представить свое состояние в тот момент. Естественно, что когда вылетаешь из Кубка мира, а мне это состояние знакомо дважды, причем это были чемпионаты мира, что повесомее Кубков… И вообще нервное напряжение на этих турнирах несопоставимо с обычными турнирами. И поэтому там в конце партии просто пребываешь в полумертвом состоянии. Не знаю, не знаю, Евгений. Я думаю, что подавляющее большинство шахматистов отреагировало бы так же, как Моисеенко. Ясно, что после партии, осознав всё, можно какие-то разные мысли допускать. Но, по-моему, он поступил так, как и должен был.

Е.СУРОВ: Теперь скажите как комментатор: что вообще интересного в ходе турнира происходит? Вы кроме шахматной доски что-нибудь видите там?

С.ШИПОВ: Собственно, как и все зрители, я вижу экран монитора. Я не вижу игроков вживую. Более того, я за первые две недели вообще не поднимался в игровой зал, который находится прямо рядом, в десяти метрах. Не было такого желания и возможности. И вот спустя две недели я зашел, посмотрел, как они там играют. Но к тому времени зал уже изрядно опустел, и там стало действительно очень хорошо. Там сейчас просторно, Петр Свидлер может мерить шагами зал. А для первого круга там было тесновато. Для второго уже зал был ничего. А для первого – просто откровенно маловат. Но тут уж ничего не поделаешь, такой уж построили Дворец шахмат. Все равно для Ханты-Мансийска это совершенно роскошное здание. Я не знаю, где еще в России есть такая альтернатива. А я комментирую всё практически виртуально. С другой стороны, я и из Москвы все свои онлайны и комментарии тоже пишу, глядя в тот же самый монитор. Здесь я просто физически рядом с игроками. Иногда встречаюсь. Вот выхожу я из своей комментаторской, встречаю Юдит Полгар… Встречаю того же Давида. С Давидом мы просто живем в одной гостинице, еще и за обедом встречаемся. Он тут, конечно, общается с народом.

Все, что я говорю там, в репортажах – вот это и есть мое настроение. Мне кажется, я там достаточно естественно это делаю. Если вас интересует что-то конкретное, тогда поконкретнее вопрос поставьте.

Е.СУРОВ: Вот вы встречаете ту же Юдит Полгар или еще кого-то – что-нибудь интересное можете вспомнить из того, что говорят вам шахматисты?

С.ШИПОВ: Нет, ну какие-то впечатления о партиях бывают, но, наверное, это их впечатления. Я все-таки придерживаюсь того правила, что приватный разговор – это приватный разговор. Если они говорят для меня как для шахматиста и, не побоюсь этого слова, коллеги – это одно. Но вот я не стану рассказывать… Может быть, о том, как Юдит Полгар эмоционально реагировала после сражения с Домингесом. Она долго не могла прийти в себя – всё этот пат вспоминала. Ну, уже все знают про этот пат, мимо которого прошел Домингес. Когда у белых король на а2, пешка на b3, а у черных слон на d3, ладья на b1 и король бил на b4 эту несчастную белую ладью – вот такой пат был возможен. Но мимо него Домингес прошел. Естественно, он должен был ничью сделать сто тысяч раз…

Е.СУРОВ: Но он прошел не только мимо пата, но и мимо троекратного повторения.

С.ШИПОВ: Да. А это я видел своими глазами: он сделал ход и потом посмотрел на бланк... Но после этого уже заиграно. В Интернете наши наивные любители шахмат писали: как так, давайте проведем расследование, зафиксируем троекратное… Но по правилам шахмат, конечно, надо записывать ход, не сделать его и звать судью. А он сначала сделал ход, записал и после этого стал смотреть по сторонам. Но ладно. Такие эпизоды, конечно, зрелищны для шахмат. В принципе, матч Домингес – Полгар – один из самых зрелищных на этом турнире.

Е.СУРОВ: Да, безусловно. И, кстати, не в последнюю очередь благодаря вашим комментариям.

С.ШИПОВ: Я, конечно, немножко увлекся. Потому что ясно, что не все болеют за Юдит Полгар…

Е.СУРОВ: А кстати, к вам претензии. Я сам слышал, к вам есть претензии.

С.ШИПОВ: А я знаю. Знаю прекрасно. Но я по-мужски не могу не болеть за единственную женщину в этом турнире. Я не могу, чтобы женщину в моем присутствии обижали мужчины. Вот из-за этого я болею за нее и всегда буду болеть.

Е.СУРОВ: Я вас поддерживаю, правда, в четвертьфинале я считаю, что вы ей просто изменили.

С.ШИПОВ: В четвертьфинале?

Е.СУРОВ: Да.

С.ШИПОВ: Ну, если от моей поддержки зависит ее успех, то тогда да, я изменил. Просто мне не кажется, что сила моего ментального вмешательства настолько велика. С другой стороны, соперник сейчас был тот, которому я тоже очень симпатизирую. По-нашему, по-российски. Ну что тут… Петр Свидлер – просто родной человек. Я думаю, что Юдит так часто обижала Петра в прошлом, что вот небольшой маленький реванш произошел. Наверное, в этом есть тоже высшая справедливость.

Е.СУРОВ: Как-то я включил трансляцию, услышал вместе с Сергеем Шиповым некий женский голос, потом узнал, что голос принадлежит Анне Шаревич. И я придумал афоризм, которым сразу поделился с коллегой: «слушать Анну Шаревич – это то же самое, что смотреть Сергея Шипова».

С.ШИПОВ: Нет, ну я думаю, что Анна Шаревич и говорит неплохо. Она на английском канале ведет. По-моему, это колоссальный труд.

Е.СУРОВ: А вы в разных комнатах сидите?

С.ШИПОВ: В смежных. Рядом буквально сидит, через открытую дверь. Но вот по-русски-то феерить, на самом деле, каждый из нас может. Кто из нас не феерил когда-нибудь по-русски – будучи в хорошем настроении, и так далее. Но вот на английском, что называется, «зажигать» и как-то поддерживать интерес к событию – вдвойне тяжелее. И столько дней подряд. Я не завидую ни Анне, ни Косте. Конечно, Анна Шаревич визуально сразу бросается в глаза, ее внешность броская. Может быть, как радиокомментатор она еще не достигла такого блеска, как визуально. Но она учится, старается. Очень ответственно относится. Кстати, не стеснялась спрашивать какие-то советы у меня как у более опытного человека. Сейчас она втянулась и, по-моему, чувствует себя прекрасно. А к нам, в «русскую» кабинку, она просто ходит отдыхать душой, от этого постоянного напряжения – выражать мысли на английском. Правда, когда она переходит на русский язык, у нее английские слова регулярно просачиваются. Даже когда в обычной жизни разговариваем, иногда языки смешиваются, что тут поделать. Это уже такой крест тяжкий.

Е.СУРОВ: Да, а в последнее время вместе с вами частенько Александр Халифман находится. Он до конца там будет?

С.ШИПОВ: Нет, к сожалению, он сказал, что завтра улетает. Просто появился на два-три дня. Он здесь практически свой ханты-мансиец. Он же капитан команды «Югра», поэтому он приезжает, его здесь как родного встречают. Он здесь сыграл в турнире по быстрым шахматам и пару дней посидел со мной, покомментировал. Мне кажется, это нормально, если как-то варьируется состав комментаторов. Вот с Яном Непомнящим я пару дней сидел. На самом деле, он просто коротал время, наблюдая, как его друг Владимир Поткин бьется с Грищуком. Потом, после поражения Володи он улетел.

Е.СУРОВ: Ну хорошо, вот остались у нас два полуфинала. Я не спрашиваю, за кого будете болеть (Юдит Полгар уже нет). Но какие-то прогнозы дадите? Может быть, не конкретные прогнозы о победителе, но что ожидаете от полуфиналов?

С.ШИПОВ: Я ожидаю, что в финал выйдет один россиянин, один украинец.

Е.СУРОВ: Это вы политкорректность просто проявляете. Давайте уж прямо!

С.ШИПОВ: Никакой политкорректности. Исключительно правда-матка и прямо в лицо. Наиболее вероятно, конечно, что выйдут Пономарев – Грищук. Но и противоположный вариант тоже достаточно реален. Но вариант Свидлер – Иванчук мне кажется менее вероятным. Проценты я не готов выставить. Просто Пономарев – такой стойкий боец… Он у Петра Свидлера и десять лет назад выиграл, и сейчас может выиграть. У него хватка, как у бульдога. Есть в нем что-то от того самого Чероки из Джека Лондона. А Грищук – Иванчук… Это такая пара… У Грищука немножко покрепче нервная система, хотя играет он в этом турнире пока не ахти. Но забавно, что даже с этой игрой, которая не ахти, и которая вызывает вопросы, все равно добирается до полуфинала. Это просто впечатляет. Если он еще начнет играть в свою силу, тогда Василию Михалычу придется совсем трудно.

Е.СУРОВ: Ну что ж, Сергей Шипов предсказал российско-украинский финал – скорей всего Грищук – Пономарев. Спасибо вам, Сергей. Держитесь там. Вы, судя по всему, неплохо себя чувствуете, соответственно и у нас есть надежда, что мы услышим интересные комментарии еще несколько дней.

С.ШИПОВ: Постараюсь. Спасибо.


Фото - chess.ugrasport.com


  


Смотрите также...