Давид Навара: "Соскучился по шахматам, хочу играть!"

Время публикации: 05.06.2020 01:12 | Последнее обновление: 30.06.2020 18:33

Согласился на wild card
Онлайн-шахматы - это зрелищно?
Новая книга: "хорошая, но большая"
От матча в Праге отказался
Игровая форма - "качели"

Скучаю по настоящим турнирам
"Пока хватает..."
О турнире претендентов
Блиц

Е.СУРОВ: 20:06 московское время, прямой эфир Chess-News. Вместе со мной Давид Навара, которого вы не только слышите, но и видите. Давид, здравствуйте!

Д.НАВАРА: Добрый вечер!

- Сразу к вам вопрос: назовите шахматиста, фамилия которого только одной буквой отличается от вашей.

- Непросто… Если с двойной «р», то, наверное, испанец какой-нибудь. … Нет, не знаю.

- Сарана. Алексей Сарана, которому вы на днях уступили в финале онлайн-чемпионата Европы. Расскажите, как это было. Как вообще для вас прошёл чемпионат? Какие ощущение от него и от онлайн-шахмат вообще?

- Я к онлайн-шахматам относился немного скептически, поскольку всё-таки предпочитаю играть вживую. Изначально не собирался участвовать в чемпионате Европы, но потом мне пришло предложение – предложили wild card в финал из шестнадцати человек. Была идея, что двенадцать из них выйдут из сильнейшей рейтинговой группы, а четыре гроссмейстера получают wild card, взамен чего они обещают сыграть в сеансах с победителями в каких-то рейтинговых категориях. Я сразу сказал, что идея с wild card, на мой взгляд, не самая удачная – она, конечно, даёт большой перевес. Но когда мне предложили, решил согласиться, тем более что других интересных предложений, по сути, не было. Если сравнить с другими шахматистами с похожим рейтингом, то я думаю, что у меня не больше предложений, чем у них. Поэтому решил согласиться. Иначе не сыграл бы, поскольку всё-таки я с некоторым недоверием относился к турнирам онлайн и понимал, что шанс выйти в финал или занять какое-то высокое место не так уж велик.

В итоге сыграл в этом финале из шестнадцати шахматистов и занял второе место. А wild card в итоге получили всего двое – Аниш Гири и я. Другие отказались, но деталей я не знаю.

- Давид, вот я сейчас смотрю на скриншот с этого турнира – как вы играли. Естественно, когда шла игра, ваши головы на экране были не так статичны, как на фото, но я, например, ничего не нахожу в этом зрелищного.

Вот говорят: онлайн-шахматы – это зрелищно. Что в этом зрелищного, я не могу понять? Вы что-нибудь находите в этом зрелищного?

- Как раз у меня иногда было слишком много зрелищного. Скажем, во второй партии первого матча я допустил грубую ошибку и сделал вот так [хватается за голову]. Только потом понял, что меня видят, что это не очень разумно – делать так, пока соперник думает над ходом.

- То есть вы фактически выдали ему свои эмоции, чего бы вы не сделали в нормальной игре, да?

- Я не знаю, следил ли он за моим лицом. Сам я на лица не смотрел во время игры. Полагаю, что и без этого он нашёл бы ответ, поскольку ход был несложным, а соперник – сильный гроссмейстер.

- Всё-таки: чем принципиально отличается игра онлайн от… я уж не говорю – классических шахмат, но хотя бы от быстрых лицом к лицу?

- Мне приятнее играть лицом к лицу, но пока это не рекомендуется. Быть может, где-то уже и можно, но надо быть осторожным, крупных турниров пока нет. С одной стороны, онлайн удобнее, не надо никуда ехать, можно играть из дома, с другой стороны – есть опасность, надо принимать античитерские меры, и спорно, насколько они эффективны. Думаю, что в финале в этом отношении всё было в порядке. Несколько арбитров следили за игроками, также следил господин Риган со своей программой. А на групповом этапе было очень много человек, уследить за ними было труднее. Насколько мне известно, поймали многих читеров, и это хорошо. Хотя, конечно, нет уверенности, что поймали всех, и даже нет уверенности, что все, кого поймали, нарушали правила. Но, по-моему, организаторы очень старались.

- У вас самого какие-нибудь подозрения возникали в ходе турнира?

- Нет. То есть когда я наблюдал за группой «Е», то возникали. Но в одном случае я понял, что был точно не прав, в другом, может, я и был прав, но на выход в финальный турнир это, к счастью, не повлияло. В самом финале подозрений не было. Я же играл честно, а раз человек, играющий честно, занимает второе место, то, думаю, всё более-менее нормально.

- Как проходила борьба на решающей стадии?

- В полуфинале я сыграл свой лучший матч из четырёх, а в финале – худший. Но Алексей Сарана сыграл очень сильно. Он обыграл Аниша Гири и меня, хотя, повторюсь, моя игра в финале была далека от оптимальной. С другой стороны, это зависит и от того, как играет твой соперник. Скажем, в чемпионате Чехии по блицу я в первом туре проиграл, поскольку отключился интернет, и потом я получал соперников с рейтингом значительно ниже. С ними я допускал мало ошибок, поскольку они играли сами не лучшим образом. Когда твой соперник допускает много ошибок, легче самому не ошибаться, и наоборот.

- Могу я вас попросить показать интересные фрагменты своих партий из чемпионата?

[Давид показывает и комментирует. Смотрите видео]

- Давид, предложу вам сейчас на три минуты отвлечься от шахмат и сыграть со мной блиц, но не шахматный, а словесный.

- Попытаюсь, но опасаюсь, что реакция у меня будет не очень быстрой.

- Перед эфиром я неожиданно получил от вас фотографию. Расскажите, что это за фото?

- Просто недавно я закончил работу над своей книгой. Отчасти это перевод моих чешских книг, кое-что я изменил. Книга называется «My chess world», она очень большая, страниц 600. Там 64 мои партии, причём далеко не только победы. По-моему, 46 побед, пара ничьих, остальные поражения. Думаю, что книга хорошая, но слишком уж большая. Может быть, если бы я снова стал писать её, уже что-то сделал бы по-другому.

- Давид, я уже многих об этом спрашивал, а вот вас ещё не спрашивал. Ваше отношение к тому, что происходило на турнире претендентов? И сумели бы вы на месте участника этого турнира играть в тех условиях, что были в Екатеринбурге? Хотя я поясню, что полной картины мы не знаем, потому что на месте событий не было ни одного журналиста, который бы достоверно рассказал, какие именно условия там были. Но по комментариям игроков, по видео, что мы видели, мы можем делать какие-то выводы.

- В основном я уже написал на Chess-News [в комментариях], что об этом думаю. Сначала я думал, что всё будет нормально – в России более-менее безопасно. Но примерно дней за пять до турнира я начал понимать, что турнир очень уж длинный, и пока он идёт, что-то может измениться. Конечно, не подозревал, что начнутся такие действия и с такой скоростью, что каждый день государства начнут закрывать границы и так далее. Я этого не ожидал и признаю, что ошибся.

Но думаю, раз уж турнир начался, то потом организаторы поступали хорошо, за исключением церемонии открытия – это было, по-моему, очень глупо. В остальных случаях поступали, по-моему, разумно, и раз уж так получилось, то прервали турнир в единственно возможный момент. После другого тура было бы нельзя это сделать.

В общем, сначала я был за проведение турнира, потом начал сомневаться, когда уже было поздновато что-то менять. Многие недооценивали степень опасности, даже политики, у которых есть советчики. Для них предвидеть – это часть работы, а для меня – нет.

Что касается того, как сыграл бы – не знаю. В таких сильных турнирах я чаще всего играю не очень хорошо. Наверное, необычные условия повлияли бы на меня, но с уверенностью не могу сказать. В моей жизни был один период, когда бабушка тяжело болела, родители разводились, в личной жизни тоже не было ничего хорошего, но всё-таки я показывал тогда очень сильную игру. Значит, нельзя ничего утверждать. Начиная турнир, никогда не знаешь, каким он получится.

- Вы можете вспомнить турнир с самыми неудобными условиями для игры?

- Могу вспомнить, но не хочу рассказывать об этом.

- Что ж, осторожный шахматист Давид Навара.

Тогда спрошу о традиционном матче в Праге, который проходил в июне все последние годы, по-моему 18 лет. Судя по всему, в этом году мероприятие отменилось?

- Кажется, отменилось. Но я всё равно ещё раньше заявил, что играть не хочу. Просто у меня было столько поражений подряд, что это уже на меня давило, было неприятно.

- Вот так вот? То есть вы фактически отказались от матча?

- Да, я об этом говорил и раньше, но теперь заявил настолько громко, что организатор понял, что мне действительно хочется взять тайм-аут. Думаю, что Павел Матоха собирался провести матч без моего участия. Наверное, теперь не получится. Хотя в Чехии, скорей всего, через пару недель уже начнутся какие-то небольшие турниры. У нас, к счастью, положение более-менее хорошее.

- Снимаются ограничения, жизнь потихоньку приходит в норму, да?

- Да. Конечно, нет никакой гарантии, что проблем больше не будет, но ограничения постепенно снимаются.

- Чехия – одна из первых стран, которая закрыла границу. Это случилось за пару дней до открытия турнира претендентов – я это хорошо запомнил, поскольку следил за всем этим.

- Я собирался тогда ехать на бундеслигу, хоть и колебался. По-моему, тогда в Германии, согласно данным, было меньше одного больного на десять тысяч здоровых, значит, риск был не так уж велик, если поехать на два дня. Но лигу просто прервали. Правильно сделали, поскольку многие государства тогда уже ввели свои ограничения – не только Чехия, но и Польша, Словакия…

- Как вы психологически перенесли карантин? Сильно намучились?

- Сначала даже хорошо, сумел отдохнуть. Просто до того я играл слишком много, как всегда, и мне нужен был отдых. Потом работал над устранением ошибок в книге, что тоже было полезно, поскольку раньше я не занимался этим в надлежащей мере. Причём одна книга уже была напечатана, а другая готовится, но в этой второй книге я просто маленький соавтор.

Позже эта обстановка начала на меня уже давить, не хватало социального контакта. У меня с этим и без того бывают проблемы, но теперь думаю, что всё в порядке.

- Соскучились по настоящим шахматам?

- Да, конечно. С одной стороны, хорошо, что я смог отдохнуть пару недель, с другой – конечно, соскучился, хочется играть.

- А если бы вам сейчас предложили сыграть матч с каким-нибудь очень сильным соперником, как с Дин Лижэнем в прошлом году – не отказались бы?

- Сыграл бы, наверное. Хотя в случае с Дин Лижэнем в результате поединка сомнений не было бы. Он очень силён, очень мало проигрывает.

- Может быть, всё дело в том, что вы в себе недостаточно уверены? Вы часто говорите такие вещи, как «результат матча предрешён» или «результат логичен». А почему? Я думаю, из четырёх партий всегда можно как-то склонить ход матча в свою сторону?

- Да, но в последнее время мы играли не по четыре классические партии, а по восемь или больше быстрых. А чем больше партий, тем меньше шансов, что матч закончится сюрпризом. Я не говорил, что результат предрешён, но в этих матчах я постоянно плохо играю. В то же время есть турниры, где я почти постоянно играю хорошо. Как и те, где играю плохо. Не знаю, в чём тут дело. Но вы правы – мне иногда не хватает самоуверенности, особенно это сказывается, когда я встречаюсь с очень сильными соперниками. У меня и подход к таким турнирам всегда был неправильный – я слишком пренебрегал подготовкой. В турнирах рангом пониже можно готовиться и на месте, уже во время соревнования, но в очень сильных турнирах так почти никогда делать нельзя. Даже очень яркие игроки, типа Рихарда Раппорта или Владислава Артемьева, без надлежащей подготовки чаще всего не занимают в супертурнирах высокие места, соответствующие их таланту.

- Давид, вы наверняка слушали или читали наш большой разговор с Генной Сосонко, состоявшийся в разгар карантина. В числа прочего Генна предсказал, что в результате всей этой неожиданной и беспрецедентной истории шахматисты с течением времени станут слабее, потеряют форму и не восстановят её. Потому что восстановить сложнее, чем потерять. Вот вы как ощущаете – за это время вы стали слабее или, наоборот, сильнее?

- Моя игровая форма – это вообще «качели». Думаю, в первое время я точно стал слабее, поскольку занимался работой над книгой, а это не совсем шахматы – там уделяешь внимание формулировкам, и мне было совсем не до дебютной теории.

- Это вы скорее сделали заявку на шахматного журналиста…

- Да, на недолгое время. В общем, полагаю, я потерял форму, хотя, честно говоря, и до карантина мои выступления были не очень убедительными. В Гибралтаре завоевал высокий приз, но мне крупно повезло в последнем туре, мог проиграть. Потом в Праге выступил тоже не очень хорошо. Уже тогда мне казалось, что потерял форму. А вот теперь в чемпионате Европы вновь сыграл хорошо. Посмотрим, как будет дальше. Трудно судить по одному турниру, но что делать, если других турниров нет.

- В чате спрашивают: «Какие прочитанные шахматные книги вы считаете самыми лучшими и полезными для шахматного развития?»

- В Чехии есть такая книга, очень интересная – что-то вроде «Психологический путеводитель по шахматной партии». Её автор силы мастера, грамотный и умный человек, хорошо написал. Рассмотрел вопросы шахматной психологии.

- Но это на чешском языке, да?

- Да, перевода нет. Если же говорить о других книгах, то, конечно, «Международный турнир гроссмейстеров в Цюрихе 1953» - блестящая книга. На меня сильно повлияли книги Марка Израилевича Дворецкого. Сначала меня с ними познакомили мои тренеры – ММ Пржбыл и ГМ Янса. Потом я сам стал изучать эти книги, особенно его «Учебник эндшпиля» заметно помог мне поднять уровень игры в окончаниях.

- И вопрос от того же пользователя: «Какой формат игры вам больше нравится – классика, рапид или блиц?»

- Мне все нравятся, но в блице очень многое зависит от формы. Когда форма есть, могу играть хорошие партии, а когда нет – не стоит смотреть мои партии вообще. Но классику считаю более серьёзной. В настоящее время быстрые шахматы завоёвывают популярность, и это понятно, поскольку там ничьих меньше, а ошибок не так много, как в блице.

- Я уже вас спрашивал, «не скучаете ли». А не скучаете просто по нормальным, классическим, длинным шахматам? Чтобы прийти, посидеть, подумать хорошенько над ходом. А в самом турнире – побыть в каком-то месте, погулять после партии, пообщаться… Вот по такому режиму не скучаете?

- Скучаю, да. Ещё и потому, что не так уж приятно быть всё время дома. Всегда приятно возвращаться домой с турнира, я с нетерпением этого ждал, бежал с чемаданами. А когда дома – с нетерпением ждал турниров, с большим удовольствием приезжал и начинал играть. Я люблю чередовать эти два этапа. Так что, конечно, скучаю.

Особенно приятно играть в лигах, поскольку в большинстве лиг у нас очень приятный коллектив, люблю общаться с друзьями, шутить, ну и играть в шахматы.

- Скажем, если вам сейчас предложить на выбор турнир, в какой поехать, вы бы выбрали клубный турнир, какую-нибудь лигу?

- Трудно сказать. Но коллектив важен для меня. В нашем чешском клубе коллектив очень хороший, у нас приятная атмосфера. Еврокубок хорош в этом плане – там много людей, много знакомых.

- Пожалуй, последний вопрос от меня. Вы сами кого-нибудь тренируете? И если нет, то не планируете в ближайшее время серьёзно этим заняться?

- Отчасти тренирую одного ученика. Насколько серьёзно – это другой вопрос. У него до того было больше тренеров, я не был основным. Теперь он готовится к аттестату зрелости, для шахмат у него не так уж много времени, но посмотрим, что будет дальше. Сейчас очень трудно предсказывать будущее. Немного тренирую, но это не моё предназначение. Просто лучше чувствую себя как игрок. Даже в рамках тренировок думаю, что полезнее всего, когда мы играем тренировочные партии и анализируем их.

- Просто я слышал, что в последние несколько месяцев у подавляющего большинства шахматистов, если только ваше имя не Карлсен, не Гири, и ещё с десяток таких можно назвать, большие финансовые проблемы. И меньше проблем у тех, кто продолжает регулярно тренировать.

- Да, вы правы. Но я, как уже говорил [в блице], предпочитаю откладывать деньги для худших времён. Вот они и наступили. Конечно, у меня денег не так много, как у сильнейших шахматистов, но что-то удалось скопить, чтобы сейчас не особенно волноваться. Понятно, что это временно. Если кризис продолжится, уже придётся думать, что изменить. Заработков сейчас почти нет. Но пока можно заниматься только шахматами. Надеюсь, что положение постепенно выправится.

- Большое спасибо, я всегда рад с вами пообщаться. Надеюсь, что будут ещё поводы более серьёзные, чем онлайн-турнир какой-нибудь, а впрочем, можно и без повода.

- Спасибо вам тоже, до свидания!

- Большое спасибо всем, кто слушал. Я напомню, для того чтобы наши трансляции продолжались и мы могли говорить о чём угодно и как угодно, поддержите нас хотя бы лайками и подписками, ещё лучше – донатами.


  


Смотрите также...

  • Е.СУРОВ: Давид Навара вместе со мной, я Евгений Суров, это Chess-News. Давид, ну что, расстроены, что столь короткий матч завершился досрочно?

  • Е.СУРОВ: Это Chess-News, мы в поселке Новханы, что близко к Баку, на фестивале «Баку-опен». Вместе со мной – рейтинг-фаворит фестиваля Шахрияр Мамедъяров, который, впрочем, пока что держится в тени.

    Ш.МАМЕДЪЯРОВ: Да. Как ни странно, турнир сложился не самым удачным образом.

  • Длительность: 2 мин. 38 сек.

    Е.СУРОВ: Шахрияр Мамедъяров, победитель турнира по блицу в Сочи. Сложно было победить?

    Ш.МАМЕДЪЯРОВ: Вы знаете, после первого дня я думал, что все будет не так сложно, потому что играл интересно. Думаю, что сегодня я играл лучше, чем вчера, как ни странно.

    Е.СУРОВ: Правда?

  • Е.СУРОВ: Московское время 14 часов ровно. У нас неожиданный выход в эфир: прямо из Пекина на связи Веселин Топалов собственной персоной. Веселин, приветствую.

    В.ТОПАЛОВ: Привет.

    Е.СУРОВ: Не думал я, что придется поздравлять по окончании этого турнира, но оказалось, что вы выиграли просто всю серию Гран-При. Это здорово, по-моему?

  • Е.СУРОВ: Мы на открытии «Аэрофлота», которое уже закончилось. Алиса Галлямова, которая будет играть в «Аэрофлоте», рядом со мной. Алиса, вы теперь перешли на быстрые шахматы и блиц?

    А.ГАЛЛЯМОВА: Пока на быстрые. Во-первых, это отнимает не столько энергии, не так много дней, поэтому это интересно. Я решила приехать поиграть, увидеть знакомых, пообщаться. 

  • Е.СУРОВ: Владимир Крамник здесь, в Ханты-Мансийске, как и все остальные гроссмейстеры. Скажите, Владимир, сейчас многие шахматисты пользуются Твиттером, Фейсбуком, и благодаря этому мы кое-что знаем о них: как они готовились к турниру, где они были (один тут, другой там), кто когда приехал. А о вас мы не знаем ничего. Вы можете, не раскрывая больших секретов, все же рассказать, когда вы приехали, как и где готовились к турниру?

  • Е.СУРОВ: Шахрияр, поздравляю вас с победой! Удалось после Олимпиады отдохнуть, восстановиться?

    Ш.МАМЕДЪЯРОВ: После Олимпиады было, конечно, немножко тяжело. Такого результата от нашей сборной мало кто ожидал. И нам тем более было неприятно, что мы играли на родине, и хотели сыграть хорошо. И в какой-то момент я решил немного отдохнуть от шахмат и просто подготовиться психологически к следующему турниру. Но думаю, что мне до сих пор не удалось сделать этого...

  • Е.СУРОВ: Мы снова на Мемориале Таля, я Евгений Суров, рядом со мной, наконец-то, Алексей Широв. С победой вас!

    А.ШИРОВ: Спасибо.

    Е.СУРОВ: Ваши ощущения. Простите за такой банальный вопрос, но первая победа в турнире…

  • Е.СУРОВ: Владимир Крамник, матч окончен. Когда только стало известно, что матч состоится, вы говорили о том, что вы его прежде всего рассматриваете как тренировку к турниру претендентов. Но так получилось, что турнир теперь уже будет относительно нескоро - через год. Что вы сейчас думаете о матче именно как об этапе подготовки к чему-то?

  • Е.СУРОВ: Это Chess-News, я Евгений Суров, мы на «Аэрофлоте», вместе со мной победитель еще не «Аэрофлота», а «Moscow open» Борис Грачев. Борис, не слишком ли – два таких сильных турнира подряд играть?