Прочла и говорю

Время публикации: 16.05.2018 00:17 | Последнее обновление: 16.05.2018 00:17

Перечитала "Мёртвые души" Н.В. Гоголя. В школе это произведение меня не впечатлило, прочла для галочки. Но это было лет 17-18 назад (!). А теперь просто получала удовольствие и местами смеялась. Чичиков - первостатейный аферист: что в строительстве (!), что в таможне (!), что в махинациях с гос. помощью (!).

А в России за почти двести лет мало что изменилось, хотя подозреваю, что все три эти сферы - одни из самых нечистоплотных в любые времена и в любой стране.

Жаль, что Гоголь не завершил это произведение.

Кому интересна общественная жизнь в РФ, перечитайте, не пожалеете!

Кстати, Гоголь тоже служил чиновником, но карьера на госслужбе, видимо, у него не задалась. Зато собрал компромат.

Анекдот в тему (даже не помню откуда я его взяла): "Вы много грешили, ваша участь решена: следующую жизнь вы проведёте в России без права выезда".

На всякий случай: я люблю Россию, и если бы хотела уехать, давно бы нашла возможность.


* * *

Так ли важно официально выйти замуж? Смотря за кого... И так ли страшно жениться?! Смотря на ком...
Говорят: "Обещать - не значит жениться". Но это ерунда, интереснее другое: жениться как Остап Бендер на мадам Грицацуевой.

Ильф, Петров: "12 стульев".

– Скоро только кошки родятся, – наставительно заметил Остап. – Я женюсь на ней.
– На ком?!
– На мадам Грицацуевой.
– Зачем же?
– Чтобы спокойно, без шума, покопаться в стуле.
– Но ведь вы себя связываете на всю жизнь!
– Чего не сделаешь для блага концессии!
– На всю жизнь…
Ипполит Матвеевич в крайнем удивлении взмахнул руками. Пасторское бритое лицо его ощерилось. Показались не чищенные со дня отъезда из города N голубые зубы.
– На всю жизнь! – прошептал Ипполит Матвеевич. – Это большая жертва.
– Жизнь! – сказал Остап. – Жертва! Что вы знаете о жизни и о жертвах? Или вы думаете, что если вас выселили из вашего особняка, вы знаете жизнь?! И если у вас реквизировали поддельную китайскую вазу, то это жертва? Жизнь, господа присяжные заседатели, это сложная штука, но, господа присяжные заседатели, эта сложная штука открывается просто, как ящик. Надо только уметь его открыть. Кто не может открыть, тот пропадает.

(...)

Под утро он ввалился в номер, разулся, поставил малиновую обувь на ночной столик и стал поглаживать глянцевитую кожу, с нежной страстью приговаривая:
– Мои маленькие друзья.
– Где вы были? – спросил Ипполит Матвеевич спросонья.
– У вдовы, – глухо ответил Остап.
– Ну?
Ипполит Матвеевич оперся на локоть.
– И вы женитесь на ней?
Глаза Остапа заискрились.
– Теперь я должен жениться, как честный человек.
Ипполит Матвеевич сконфуженно хрюкнул.
– Знойная женщина, – сказал Остап, – мечта поэта. Провинциальная непосредственность. В центре таких субтропиков давно уже нет, но на периферии, на местах – еще встречаются.
– Когда же свадьба?
– Послезавтра. Завтра нельзя, 1-е мая – все закрыто.
– Как же будет с нашим делом? Вы женитесь… Может быть, придется ехать в Москву…
– Ну, чего вы беспокоитесь? Заседание продолжается.
– А жена?
– Жена? Бриллиантовая вдовушка? Последний вопрос. Внезапный отъезд по вызову из центра. Небольшой доклад в Малом Совнаркоме. Прощальная слеза и цыпленок на дорогу. Поедем с комфортом. Спите. Завтра у нас свободный день.


* * *

А.И. Куприн - "Яма" (1909-1915 гг) - о жизни проституток. Классика.

Меня в книге больше всего поразил персонаж по имени Семён Яковлевич Горизонт, наглядный пример, почему девушка или женщина должна смотреть в оба и не верить словам и не поддаваться эмоциям.

Выдержки:

В купе второго класса, даже при открытом окне, стояла страшная духота и было жарко. Запах серного дыма першил в горле. Качка и жара совсем утомили пассажиров, кроме одного, веселого, энергичного, подвижного еврея, прекрасно одетого, услужливого, общительного и разговорчивого. Он ехал с молодой женщиной, и сразу было видно, особенно по ней, что они молодожены: так часто ее лицо вспыхивало неожиданной краской при каждой, самой маленькой нежности мужа. А когда она подымала свои ресницы, чтобы взглянуть на него, то глаза ее сияли, как звезды, и становились влажными. И лицо ее было так прекрасно, как бывают только прекрасны лица у молодых влюбленных еврейских девушек, - все нежно-розовое, с розовыми губами, прелестно-невинно очерченными, и с глазами такими черными, что на них нельзя было различить зрачка от райка...

...

Жена ухаживала за Горизонтом с трогательным, наивным вниманием: вытирала ему лицо платком, обмахивала его веером, поминутно поправляла ему галстук.

...

Все рассказы Горизонта о его коммивояжерстве были просто наглым и бойким лганьем. Все эти образчики портновских материалов, подтяжки Глуар и пуговицы Гелиос, искусственные зубы и вставные глаза служили только щитом, прикрывавшим его настоящую деятельность, а именно торговлю женским телом. Правда, когда-то лет десять тому назад, он разъезжал по России представителем сомнительных вин от какой-то неизвестной фирмы, и эта деятельность сообщила его языку ту развязную непринужденность, которой вообще отличаются коммивояжеры.

Эта же прежняя деятельность натолкнула его на настоящую профессию. Как-то, едучи в Ростов-на-Дону, он сумел влюбить в себя молоденькую швейку. Эта девушка еще не успела попасть в официальные списки полиции, но на любовь и на свое тело глядела без всяких возвышенных предрассудков. Горизонт, тогда еще совсем зеленый юноша, влюбчивый и легкомысленный, потащил швейку за собою в свои скитания, полные приключений и неожиданностей. Спустя полгода она страшно надоела ему. Она, точно тяжелая обуза, точно мельничный жернов, повисла на шее у этого человека энергии, движения и натиска. К тому же вечные сцены ревности, недоверие, постоянный контроль и слезы... неизбежные последствия долговременной совместной жизни... Тогда он стал исподволь поколачивать свою подругу. В первый раз она изумилась, а со второго раза притихла, стала покорной. Известно, что "женщины любви" никогда не знают середины в любовных отношениях. Они или истеричные лгуньи, обманщицы, притворщицы, с холодно-развращенным умом и извилистой темной душой, или же безгранично самоотверженные, слепо преданные, глупые, наивные животные, которые не знают меры ни в уступках, ни в потере личного достоинства. Швейка принадлежала ко второй категории, и скоро Горизонту удалось без большого труда, убедить ее выходить на улицу торговать собой. И с того же вечера, когда любовница подчинилась ему и принесла домой первые заработанные пять рублей, Горизонт почувствовал к ней безграничное отвращение. Замечательно, что, сколько Горизонт после этого ни встречал женщин, а прошло их через его руки несколько сотен, - это чувство отвращения и мужского презрения к ним никогда не покидало его. Он всячески издевался над бедной женщиной и истязал ее нравственно, выискивая самые больные места. Она только молчала, вздыхала, плакала и, становясь перед ним на колени, целовала его руки. И эта бессловесная покорность еще более раздражала Горизонта. Он гнал ее от себя. Она не уходила. Он выталкивал ее на улицу, а она через час или два возвращалась назад, дрожащая от холода, в измокшей шляпе, в загнутых полях которой, как в желобах, плескалась дождевая вода. Наконец какой-то темный приятель подал Семену Яковлевичу жесткий и коварный совет, положивший след на всю остальную его жизнедеятельность, - продать любовницу в публичный дом.

По правде сказать, пускаясь в это предприятие, Горизонт в душе почти не верил в его успех. Но, против ожидания, дело скроилось как нельзя лучше. Хозяйка заведения (это было в Харькове) с охотой пошла навстречу его предложению. Она давно и хорошо знала Семена Яковлевича, который забавно играл на рояле, прекрасно танцевал и смешил своими выходками весь зал, а главное, умел с необыкновенной беззастенчивой ловкостью "выставить из монет" любую кутящую компанию. Оставалось только уговорить подругу жизни, и это оказалось самым трудным. Она ни за что не хотела отлипнуть от своего возлюбленного, грозила самоубийством, клялась, что выжжет ему глаза серной кислотой, обещала поехать и пожаловаться полицеймейстеру, - а она действительно знала за Семеном Яковлевичем несколько грязных делишек, пахнувших уголовщиной. Тогда Горизонт переменил тактику. Он сделался вдруг нежным, внимательным другом, неутомимым любовником. Потом внезапно он впал в черную меланхолию. На беспокойные расспросы женщины он только отмалчивался, проговорился сначала как будто случайно, намекнул вскользь на какую-то жизненную ошибку, а потом принялся врать отчаянно и вдохновенно. Он говорил о том, что за ним следит полиция, что ему не миновать тюрьмы, а может быть, даже каторги и виселицы, что ему нужно скрыться на несколько месяцев за границу. А главное, на что он особенно сильно упирал, было какое-то громадное фантастическое дело, в котором ему предстояло заработать несколько сот тысяч рублей. Швейка поверила и затревожилась той бескорыстной, женской, почти святой тревогой, в которой у каждой женщины так много чего-то материнского. Теперь очень нетрудно было убедить ее в том, что ехать с ней вместе Горизонту представляет большую опасность для него и что лучше ей остаться здесь и переждать время, пока дела у любовника не сложатся благоприятно. После этого уговорить ее скрыться, как в самом надежном убежище, в публичном доме, где она могла жить в полной безопасности от полиции и сыщиков, было пустым делом. Однажды утром Горизонт велел одеться ей получше, завить волосы, попудриться, положить немного румян на щеки и повез ее в притон, к своей знакомой. Девушка там произвела благоприятное впечатление, и в тот же день ее паспорт был сменен в полиции на так называемый желтый билет. Расставшись с нею после долгих объятий и слез, Горизонт зашел в комнату хозяйки и получил плату - пятьдесят рублей (хотя он запрашивал двести). Но он и не особенно сокрушался о малой цене; главное было то, что он нашел, наконец, сам себя, свое призвание и положил краеугольный камень своему будущему благополучию.

Конечно, проданная им женщина так и оставалась навсегда в цепких руках публичного дома. Горизонт настолько основательно забыл ее, что уже через год не мог даже вспомнить ее лица. Но почем знать... может быть, сам перед собою притворялся?

Теперь он был одним из самых главных спекулянтов женским телом на всем юге России - он имел дела с Константинополем и с Аргентиной, он переправлял целыми партиями девушек из публичных домов Одессы в Киев, киевских перевозил в Харьков, а харьковских - в Одессу. Он же рассовывал по разным второстепенным губернским городам и по уездным, которые побогаче, товар, забракованный или слишком примелькавшийся в больших городах. У него завязалась громаднейшая клиентура, и в числе своих потребителей Горизонт мог бы насчитать немало людей с выдающимся общественным положением: вице-губернаторы, жандармские полковники, видные адвокаты, известные доктора, богатые помещики, кутящие купцы. Весь темный мир: хозяек публичных домов, кокоток-одиночек, своден, содержательниц домов свиданий, сутенеров, выходных актрис и хористок - был ему знаком, как астроному звездное небо. Его изумительная память, которая позволяла ему благоразумно избегать записных книжек, держала в уме тысячи имен, фамилий, прозвищ, адресов, характеристик. Он в совершенстве знал вкусы всех своих высокопоставленных потребителей: одни из них любили необыкновенно причудливый разврат, другие платили бешеные деньги за невинных девушек, третьим надо было выискивать малолетних. Ему приходилось удовлетворять и садические и мазохические наклонности своих клиентов, а иногда обслуживать и совсем противоестественные половые извращения, хотя, надо сказать, что за последнее он брался только в редких случаях, суливших большую несомненную прибыль. Раза два-три ему приходилось отсиживать в тюрьме, но эти высидки шли ему впрок: он не только не терял хищнического нахрапа и упругой энергии в делах, но с каждым годом становился смелее, изобретательнее и предприимчивее. С годами к его наглой стремительности присоединилась огромная житейская деловая мудрость.

Раз пятнадцать за это время он успел жениться и всегда изловчался брать порядочное приданое. Завладев деньгами жены, он в один прекрасный день вдруг исчезал бесследно, а если бывала возможность, то выгодно продавал жену в тайный дом разврата или в шикарное публичное заведение. Случалось, что его разыскивали через полицию родители обманутой жертвы. Но в то время, когда повсюду наводили справки о нем, как о Шперлинге, он уже разъезжал из города в город под фамилией Розенблюма. Во время своей деятельности, вопреки своей завидной памяти, он переменил столько фамилий, что не только позабыл, в каком году он был Натанаэльзоном, а в каком Бакаляром, но даже его собственная фамилия ему начинала казаться одним из псевдонимов.

Замечательно, что он не находил в своей профессии ничего преступного или предосудительного. Он относился к ней так же, как если бы торговал селедками, известкой, мукой, говядиной или лесом. По-своему он был набожен. Если позволяло время, с усердием посещал по пятницам синагогу. Судный день, пасха и кущи неизменно и благоговейно справлялись им всюду, куда бы ни забрасывала его судьба. В Одессе у него оставались старушка мать и горбатая сестра, и он неуклонно высылал им то большие, то маленькие суммы денег, не регулярно, но довольно часто, почти из всех городов: от Курска до Одессы и от Варшавы до Самары. У него уже скопились порядочные денежные сбережения в Лионском Кредите, и он постепенно увеличивал их, никогда не затрогивая процентов. Но жадности или скупости почти совсем был чужд. Его скорее влекли к себе в деле острота, риск и профессиональное самолюбие. К женщинам он был совершенно равнодушен, хотя понимал их и умел ценить, и был в этом отношении похож на хорошего повара, который при тонком понимании дела страдает хроническим отсутствием аппетита. Чтобы уговорить, прельстить женщину, заставить ее сделать все, что он хочет, ему не требовалось никаких усилий: они сами шли на его зов и становились в его руках беспрекословными, послушными и податливыми. В его обращении с ними выработался какой-то твердый, непоколебимый, самоуверенный апломб, которому они так же подчинялись, как инстинктивно подчиняется строптивая лошадь голосу, взгляду и поглаживанию опытного наездника.


  


Комментарии

Гоголь и Куприн - отличный

Счет: 6

Гоголь и Куприн - отличный знак!
Впереди - ''ГУЛАГ Архипелаг''...

Боже, какой примитив! Если

Счет: 2

Боже, какой примитив!
Если будет "Архипелаг ГУЛАГ", то мамзеля сия будет на стороне вертухаев.

"Очень, оч-чень приятно

Счет: 6

"Очень, оч-чень приятно видеть таких молодых людей, как вы, которые, держась за руки, идут к достижению вечных идеалов. Очень, оч-чень приятно."
Будь я великим поэтом, наверное, даже стихами бы сказал:
С утра Россию не понять,
И разума аршин короткий
Ему мешает трезвым стать -
В России можно только водки!
Тюрьма - особая стезя,
Она неласкова к влюблённым,
К ней на экскурсию - нельзя,
А только быть приговорённым...
Благодаря шокирующему впечатлению от уважаемой Марины, читающей Гоголя, в секунду дописал восьмистишие, первой строфе которого уже лет 20 :)

Смотрите также...

  • Встречаются Илюмжинов и Полсон.
    – О! Боже мой, Боже мой, кого я вижу, какой человек! Очень рад вас видеть.
    – И я очень рад.
    – И я очень рад вас видеть.
    – И я очень рад.
    – И я вас…
    – И я вас…
    – И я…
    – И я…
    – Очень рад.
    – Очень рад.
    – Вы надолго к нам?

  • Фрагмент беседы в прямом эфире

    З.СТУРУА: Марк Израилевич, дорогой, вы же в Третьяковскую галерею ходили каждый день. Где вам интереснее было – там или здесь [в Батуми]? Все пишут, что там были какие-то подоплеки, тонкая подготовка, «верхушка айсберга» - вот эти фразы летают кругом...

    М.ДВОРЕЦКИЙ: Нет, мне там было, конечно, гораздо интереснее.

  • Е.СУРОВ: Вы слушаете Chess-News, меня зовут Евгений Суров, и вместе со мной на связи великолепная Юдит Полгар, бронзовый призер недавнего чемпионата Европы. Здравствуйте, Юдит.

    Ю.ПОЛГАР: Здравствуйте.

  • Запись прямого эфира: 22.11.2014, 22.45
    Длительность: 15 мин.

    Е.СУРОВ: Дамы и господа, недолго пришлось ждать. С Анной Музычук мы уже поговорили, и теперь на связи – чемпион Украины, победитель мужского турнира Юрий Кузубов. Юрий?

    Ю.КУЗУБОВ: Добрый вечер, Евгений!

  • Кирсан Илюмжинов дал очередное откровенное интервью - на этот раз газете "Собеседник". Говоря об идее ввести шахматы во всех школах мира и России, президент ФИДЕ заметил, что нынешний президент России в прежние годы поддерживал эту идею. "Думаю встретиться с Путиным и получить одобрение своего проекта. Может быть, попрошу его сыграть со мной".

  • Запись прямого эфира: 15.03.2016, 16.30.
    Длительность - 16 минут.

    Е.СУРОВ: 16.27 московское время, прямой эфир Chess-News, и у нас из Телеграфа Мария Манакова.

    М.МАНАКОВА: Да, я здесь.

    Е.СУРОВ: Здравствуйте! Так что сегодня там интересного происходит?

  • ГМА или АШП - как ни называли это сообщество профессиональных шахматистов и кто бы им ни руководил, - оно десятилетия остается сборищем импотентов, не способных стать организацией ни в одном значении этого слова.

    Это сообщество – аппендикс в теле ФИДЕ, которому позволено существовать лишь до тех пор, пока он не беспокоит среду своего обитания. А как только… - так сразу будет удален хирургическим путем. ФИДЕ перитонита не допустит.

  • Запись с пресс-конференции.

    Корр: Вопрос к обоим игрокам. Как вы можете оценить свое выступление в этом турнире? Что удалось, что не удалось? Ваши комментарии по турниру в целом.

  • Е.КЛИМЕЦ: Здравствуйте! Это Chess-News. Как мне правильно напомнил Дмитрий Кокарев, начинали мы этот турнир разговором с ним, и вот сейчас заключительное интервью, уже в ранге победителя первого этапа Кубка России, - тоже с Дмитрием Кокаревым. По традиции, расскажите немножко, как этот турнир для вас проходил. Ведь все было непросто. Когда, в какой момент почувствовали, что можете выиграть?

  • В двенадцатый раз в Украине подвели итоги конкурса "Шаховий Гетьман" - выбрали лучшего шахматиста и лучшую шахматистку страны 2016 года. Голосовать могли только украинские гроссмейстеры. Каждый эксперт назвал по пять имён; за 1-е место номинант получал 10 баллов, за 2-е – 7, за 3-е – 5, за 4-е – 3, за 5-е – 1.

    И вот что в итоге получилось: