Памяти Уильяма Ломбарди

Четверг, 19.10.2017 14:27

Несколько последних лет нанесли сокрушительный урон американским шахматам. Ушли из жизни Роберт Бирн, Ларри Эванс, Уолтер Браун, Артур Бисгайер. И вот теперь Уильям (Билл) Ломбарди (1937 - 2017)...

15 сентября автор этих строк получил e-mail от капитана национальной сборной Джона Дональдсона. Джон писал, что у него есть несколько книг для меня, и было бы хорошо, если бы я заехал за ними и заодно посмотрел на участников проходившего в те дни Мемориала Имре Кёнига - турнира по быстрым шахматам с участием Сэма Шенкленда, Даниэля Народицкого, Конрада Холта и Паримарджана Неги. В самом конце была приписка: "Слышал ли ты, что Уильям Ломбарди посетил Mechanics' (старейший шахматный клуб страны, директором которого Джон является долгие годы - Я.З.) в среду и четверг? Есть вероятность, что он придёт на Мемориал в предстоящие выходные".

Уговаривать не пришлось: мне очень хотелось посмотреть на известных шахматистов, но ещё больше хотелось пообщаться с Ломбарди, легендарным американским гроссмейстером, с которым я до этого никогда не встречался.

Попасть в клуб из моего городка в Сан-Франциско очень легко: десять минут на машине до станции, затем 45 минут на комфортабельном поезде системы BART (Bay Area Rapid Transit), и вот в воскресенье, 17-го сентября я оказался в самом центре знаменитого города-космополита. Шахматный клуб расположен в двух минутах ходьбы от станции Montgomery.

Я быстро взлетел по ступенькам на четвёртый этаж и увидел вот такую картину:

Гроссмейстеры напряжённо думали над ходами, судья, как полагается, что-то записывал, зрители же полностью отсутствовали.

Джон Дональдсон сидел в своём директорском кабинете и что-то выискивал на компьютере.

Плодовитый автор, Джон вместе с Джереми Силманом (не менее плодовитым шахматным писателем) сейчас работает над большим проектом, посвящённым Фишеру. Результатом станут два увесистых тома и несколько дисков.

"Пойдём, - сказал Джон, - познакомлю тебя с Биллом".

Меня охватило какое-то невероятное чувство прикосновения к чему-то великому и недоступному: неужели, неужели сейчас я увижу того, кто вырос вместе с Фишером, кому доверял свои шахматные секреты строптивый гений, того, кто неоднократно сражался в рядах американской гвардии на Олимпиадах и сидел напротив невероятного количества шахматных звёзд?! Да не просто сидел, но и многократно их побеждал...

Ломбарди был единственным посетителем кафетерия. Когда мы подошли, 79-летний гроссмейстер старательно накалывал пластиковой вилкой листик капусты.

"Билл, - начал Джон, - это Яков Зусманович, обладатель крупнейшей в мире коллекции шахматных биографий. Он приехал из России, но занимается историей американских шахмат. Вам есть о чём поговорить".

Передо мной сидел знаменитый американский гроссмейстер, чьи фотографии и публикации я многократно на протяжении многих лет видел в книгах и журналах. По ним я помнил крепкого телосложения, высокого человека, старательно причёсанного, с чётким пробором, уверенного в себе, способного не только выслушать оппонента, но и твёрдо и решительно донести до него свои мысли и убеждения.

Когда-то вот так же рядом с ним сидели Фишер, Макс Эйве, полковник Эдмондсон, Фред Крамер, адвокат Пол Маршалл...

Наслышанный про финансовые проблемы Ломбарди, про идиотскую эпопею с выселением из квартиры в Манхэттене, видевший его "свирепое" выражение лица на обложке биографической книги, я, откровенно говоря, ожидал увидеть озлобленного на судьбу старика, жалующегося на здоровье (он ужасно плохо видел и, как оказалось, испытывал проблемы с сердцем).

Ничего этого не было! Меня встретил собеседник с доброй, слегка задорной улыбкой.

Несмотря на скитания последнего года и некоторые, скажем так, странности в поведении (об этом чуть позже), Ломбарди ни в коем случае нельзя было назвать бездомным: одежда его была чистой (даже галстук!), a характерного для бездомных запаха пота и немытого тела не было и в помине. Он был причёсан; правда, в отличие от молодых лет, пробор был с другой стороны.

Меня поразила его великолепная речь: интеллигентная и выдержанная, неторопливая и удивительно дружелюбная. Сразу было видно, что передо мной сидит исключительно образованный человек, привыкший вести долгие дискуссии с людьми разных взглядов и наклонностей.

Мы проговорили почти целый час. О чём? О Фишере, естественно, о Файне и Решевском, о Денкере и Горвице, о братьях Бирн - Роберте и рано ушедшем Дональде, о Россолимо и Раймонде Вайнштейне, об Эвансе и Бисгайере, Сэйди и Брауне...

Коснулись мы и печальной темы, а именно - истории любви и трагической гибели пасынка Смыслова Владимира Селиманова (Ломбарди называл его Владом). Тем, кто читал материал Генны Сосонко "Над Канадой небо синее", известно, что в августе 1957 года в Торонто, во время юношеского чемпионата мира, Селиманов вступил в романтические отношения с местной русскоговорящей девушкой. Ломбарди несколько раз повторил: "Владу не следовало возвращаться в СССР". Мне кажется, Ломбарди всё ещё корил себя за то, что он с друзьями не смог уговорить, убедить Селиманова стать невозвращенцем. Я спросил: "Не показалось ли Вам, гроссмейстер, что Владимир Селиманов любил свою страну, верил её идеологии?" - "О, нет, он всё хорошо понимал и наговорил моему другу Эдварду Холодному очень много негативных вещей об СССР, но слишком уверовал в возможности Василия Смыслова, тогдашнего чемпиона мира", - ответил Ломбарди. Он очень удивился, что эта трагическая история хорошо известна и вызывает интерес.

- Неужели это ещё кого-то волнует?

- Конечно, особенно после того, как Вы коснулись этой истории в своей книге, анализируя партию c Селимановым.

- Русские читают мою книгу? Я считаю эту книгу одной из лучших в шахматной литературе. Она многому учит.

- Не знаю насчёт России, но в Израиле эта книга есть. Kнига Ваша действительно получилась превосходной. Трудно достать. Mне, например, её достал хорошо знакомый Вам Д-р Тони Сэйди, у которого оказался лишний экземпляр.

- Да, я её сам издал и сам продаю.

Я поинтересовался, видел ли он возлюбленную Селиманова, несколько раз появлявшуюся в турнирном зале. Нет, не видел (или забыл). Я рассказал Ломбарди, что ищу эту женщину с 2011 года и кое в чём преуспел. Увы, забыл спросить о судьбе Эдварда Холодного, переводившего слова Селиманова на английский. Вот уж кто бы мог всё сразу прояснить. Теперь и не спросишь...

Под конец нашей беседы появилась хозяйка заведения и, обращаясь к Ломбарди, сказала, что его обед стоит рядом с микроволновкой, и ему надо будет самому разогреть, так как она уходит. Мне стало грустно: это несправедливо, когда почти 80-летний старик должен сам о себе заботиться. Увы, Ломбарди развёлся со своей голландской женой ещё в 1992 году: она вернулась в Европу вместе с сыном Раймондом, которого Ломбарди с тех пор видел всего пару раз.

Наговорившись, мы решили пройти в турнирный зал. Ломбарди стал собираться: надел широкополую шляпу, начал складывать баночки с соком в матерчатую сумочку, пытался найти палку.

Из кармана его пиджака предательски вылезла небольшая бутылка виски Jack Daniels. В этот момент я попросил его сделать фотографию. Он согласился без малейших колебаний.

"Были ли мои фотографии в советских газетах?" - спросил вдруг Ломбарди. "Конечно!" - ответил я: как выглядел молодой Ломбарди, я знал ещё живя в СССР.


Уильям Ломбарди, победитель Олимпиады Сэм Шенкленд (только что уступил Народицкому) и тренер чемпионов Джон Дональдсон наблюдают за партией Неги – Холт

В зале он постоял несколько минут, наблюдая, как Неги раз за разом упускает возможность поставить мат королю Холта, потом сел на стул и стал что-то искать в сумке.

Я давно знал о его проблемах с финансами и жильём, поэтому предложил пожить у меня какое-то время. Он сказал, что был бы рад, но уже обещал нескольким своим калифорнийским друзьям провести ближайший месяц у них. Но мой номер телефона, который я заранее записал на листке бумаги, взял.

Чуть позже я узнал, что Ломбарди действительно жил то в Силиконовой Долине, то в Районе Залива. Иногда поздним вечером вдруг собирал свои пожитки и уходил на улицу, никому и ничего не объясняя...

Джон Дональдсон: "Я в полном шоке. Мы обедали 23 сентября в Санта-Кларе. Он вскользь упомянул, что в марте, ещё будучи в Нью-Йорке, попал в больницу с подозрением на инфаркт. Но не согласился с диагнозом и выписался. В конце жизни у него не было постоянного жилья. Он ушёл из церкви, но продолжал молиться. У него не было контакта с сыном на протяжении тридцати лет (согласно сыну, они встречались дважды за последние четверть века - Я.З.). Трудная жизнь. Спасибо всем, кто помогал моему старому другу. R.I.P.".  

В пятницу 13 октября Ломбарди был у друзей в городке Мартинес. Совсем рядом, всего в пятнадцати милях от моего дома.

Его сердце остановилось, когда он принимал душ.


Продолжение следует...


  


Комментарии

Дорогой Яков! Ваше

Счет: 11

Дорогой Яков! Ваше трогательное эссе напомнило мне лучшие работы Генны Сосонко. Читаю и комок в горле: «...В конце жизни у него не было постоянного жилья... поздним вечером вдруг собирал свои пожитки и уходил на улицу, никому и ничего не объясняя... не согласился с диагнозом и выписался...Он ушёл из церкви, но продолжал молиться...» Не сломался под ударами судьбы, не озлобился и не опустился. Красивый достойный старик Уильям Ломбарди! Матерчатая сумочка для баночек с соком и Jack Daniels в кармане пиджака — это так по-русски. И он не позвонил...Мне очень жаль! Gens una sumus.

фото дало ещё 33% информации

Счет: -11

фото дало ещё 33% информации о человеке, теперь для полной картины не хватает голоса и всё станет ясно. С бутылкой виски много печальных историй связано, увы, не очень лицеприятных. я бы её, эту бутылку виски Ломбарди поставил в один ряд с шортами Ковалёва и ботинками Шипова в уходящем 2017 году.((

Это одна из лучших, сильных,

Счет: 11

Это одна из лучших, сильных, навсегда запоминающихся публикаций, прочитанных мной за последние годы не только на chess-news, но по всем каналам СМИ. Спасибо, Яков!

Трагичная история Селиманова

Счет: 5

Трагичная история Селиманова в СССР тщательно замалчивалась. Безумная страна была совершенно, конечно.

История Ломбарди тоже трагичная, в какой-то мере. Тебя играют в широко известном фильме (Pawn Sacrifice, 2014), сам при этом заканчиваешь жизнь в нищете. 

жизнь у него была нормальная

Счет: -1

жизнь у него была нормальная и без нищеты. а бутылка виски помешала сделать свою жизнь ещё лучше.

Михаил, все дело в том, что

Счет: 4

Михаил, все дело в том, что деньги у Ломбарди были. Мне сразу несколько человек, знавших его, сказали об этом. Он ведь работал на государственной работе. Там неплохо платили, да и пенсия была. Он долго жил в одной и той же квартире, туда он привез жену, там жил и его сын. Его рент был очень низкий, для Манхэттэна - сущие пустяки. Хозяин дома не может повышать рент, как ему вздумается, так как есть ограничения. Но появился новый владелец, крайне агрессивный по отношению к жильцам. Проблему можно было решить, пойдя на компромисс. Социальные службы покрыли бы долг Ломбарди. Но Ломбарди совершенно справедливо посчитал, что увеличение стоимости рента незаконно, уволил своего юриста... И поехало, и покатилось. Увы, после всего этого суд встал на сторону корпорации, купившей дом у прежнего владельца.
Самый надежный выход из такой ситуации - покупка собственного жилья. Может, не в Манхэттэне, а в ближайших районах Нью Джерси и Коннектикуте. Хотя, он родился и почти всю жизнь прожил в Бронкся и Манхэттене. Мог подумать о собственном жилье еще в 1960-ые или 1970-е. Утверждать ничего не могу, но дело, похоже, не в деньгах...

Бронкс и Манхэттен - разный

Счет: 1

Бронкс и Манхэттен - разный социальный статус, разный уровень жизни, наверняка различные цены на жилье. Селиться в Борнксе - малопрестижно и порой опасно, а для Манхэттена нужны деньги поболе тех, какие имел гроссмейстер...

Да, абсолютно верно. Но это

Счет: 3

Да, абсолютно верно. Но это сейчас. В те годы можно было купить.

Если кто-то разбирается в квартирных вопросах, знает английский, то ему надо прочитать статью, опубликованную в New York Times 14 марта 2016 года: An End to a Chess Grandmaster’s Eviction Battle Could Be Near. Эта статья есть в Интернете.
Кстати, поселился Ломбарди в жилищном комплексе Stuyvesant Town чтобы помочь полу-парализованному тренеру (тренером его можно назвать условно, так как для Фишера, братьев Бирн, Раймонда Вайнштейна, Ломбарди и других он был как отец) Джеку Коллинзу. И помогал, живя рядом, почти 25 лет, до самой смерти последнего. Это ли не порядочность, это ли высокая мораль?
Мне трудно вспомнить какое-либо негaтивное мнение о Ломбарди. Хотя, Алексей Широв написал о скандале в Филадельфии в 1990 (или 1991) между Ломбарди и Юдасиным.

Вспомнил, что это был никак

Счет: 5

Вспомнил, что это был никак не 1990 год, потому что Леонид Юдасин играл в межзональном, и турниры совпадали по датам. Наверное, 1991. Короче говоря, Ломбарди опоздал на партию и, не говоря ни слова, перевёл часы (они тогда ещё были механическими) в начальное положение! Юдасин удивился и перевёл их обратно, на то время, что Ломбарди опоздал. Подбежал Гойчберг и влепил Юдасину ноль! Само собой, начался скандал, в результате которого им поставили ничью! Партия как таковая в итоге закончилась даже не начавшись.

Интересно, а как досточтимый

Счет: -5

Интересно, а как досточтимый Яков объясняет (для самого себя) такую разительную перемену в жизни простых американцев: еще в 1960-е годы они могли позволить себе иметь собственное жилье, а после наплыва в страну коммунистических посланцев - председателей "фондов мира", "библиотекарей", "фондов защиты прав человека" и т.п. - уже не могут?

Также очень хотелось бы узнать, у каких именно "друзей" находился гроссмейстер Уильям Ломбарди в тот момент, когда он был подвергнут ритуальному умерщвлению. Дело-то уголовное. И произошла эта трагедия в непосредственной близости ("всего в 15 милях") от места проживания автора статьи.

А кто-нибудь из шахматистов

Счет: 4

А кто-нибудь из шахматистов умирает своей смертью, или всех умерщвляют?

Зависит от того, что считать

Счет: -5

Зависит от того, что считать "своей смертью", дорогой конек. Вот, например, Юрий Елисеев - цвел юноша вечор, а нынче - поскользнулся, упал и... умер, или Иван Букавшин - выпил апельсинового сока, упал и... тоже умер. В каждом конкретном случае это была "своя смерть" или "не своя"?

Трагедия же Уильяма Ломбарди еще более подозрительная. Здесь я очень рассчитываю на сотрудничество со следствием досточтимого Якова.

человек в таком возрасте с

Счет: -6

человек в таком возрасте с бутылкой виски - покойник. сплошь и рядом, в любой стране. хочешь жить, умей вертеться.)) а из алкоголика какой вертелка? тем более в таком возрасте. и шахматные способности в подобных случаях тоже резко снижаются. здесь от международного гроссмейстера остаётся только название. смотреть на спившегося человека - занятие для дураков.

//смотреть на спившегося

Счет: 2

//смотреть на спившегося человека - занятие для дураков//

Как-то не укладывается тезис о "бомже-алкоголике" в общую картину, нарисованную досточтимым Яковом: доброжелательный, светлый человек, обаятельный собеседник, спокойный и внимательный к людям, опрятный и даже щеголеватый, чистый и благоухающий, с баночками сока в авоське - разве такими мы привыкли видеть спившихся шахшпилеров? Нет, что-то здесь не так. Поищите другую версию, ув. часопис.

восхищаюсь Вашим ухищрениям,

Счет: 0

восхищаюсь Вашим ухищрениям, уважаемый WPC. )))) как всё таки Вы ловко заметили, что здесь что-то не срастается, не укладывается в общую картину рассказа. фото не нужно было показывать, здесь я согласен с Вами, уважаемый WPC.))))

Прошу прощения, мне бы

Счет: -1

Прошу прощения, мне бы хотелось высказаться о превосходной, профессионально, умно и талантливо написанной статье Г.Б. Сосонко на смерть С.Н. Николаева, но по какой-то причине формат публикаций Геннадия Борисовича не предусматривает плодотворных дискуссий вокруг них. Это желание автора? Или политика редакции?

Поскольку статья Я. Зусмановича памяти гроссмейстера Ломбарди является наиболее близкой по теме, я решил написать здесь. И буду очень краток - до получения ответа на поставленные выше вопросы. Ограничусь пока вообще всего лишь одним замечанием - по поводу следующей риторической фигуры в тексте:

//Кто виноват в том, что в стране, где Сергей Николаев родился и вырос, он всегда чувствовал себя гражданином второго сорта, что он всё время боялся? Кто?
Один из рассказов Варлама Шаламова кончается словами: я не расскажу. Знаю и не расскажу.
Я тоже знаю. И тоже не расскажу.//

Тот, кто знает и не желает рассказать о виновниках подобных преступлений, принимает на себя ответственность ничуть не меньшую, чем вина тех, кто их совершил. Он становится их СОУЧАСТНИКОМ.

Смотрите также...

  • Американский гроссмейстер Уильям Ломбарди скончался минувшим утром от сердечного приступа, немного не дожив до своего 80-летия.

  • В интервью газете "Спорт-Экспресс" Борис Спасский назвал фильм Эдварда Цвика "Жертвуя пешкой" слабеньким. "Моя память всё хранит, я ещё жив. А там – игра, актерство. Какой-то заменитель! Настолько всё искусственное..."

  • Василий Васильевич Смыслов и его жена Надежда Андреевна счастливо прожили вместе 62 года и умерли в глубокой старости, если не в один день, то в тот же самый год с разницей в два месяца.

  • В сентябре прошлого года мы сообщали о принятии совместной программы ФИДЕ и АШП поддержки ветеранов. Тогда премии получили Борис Спасский, Нона Гаприндашвили, Леонард Барден, Виктор Купрейчик, Марк Цейтлин и Игорь Зайцев.

  • Группа российских депутатов, включая легендарного Анатолия Карпова, встретилась в Федеральном дворце в Берне с депутатами швейцарского парламента за шахматными досками, сообщает swissinfo.ch.

  • Ровно сорок лет назад Виктор Корчной выиграл в полуфинальном кандидатском матче у Льва Полугаевского (8.5-4.5, Еvian 1977). Теперь ему предстоял финальный матч с Борисом Спасским, победитель которого выходил на чемпиона мира Карпова.

  • Е.КЛИМЕЦ: Здравствуйте, это Chess-News. Закончил свою партию в девятом туре Теймур Раджабов, он сейчас находится рядом со мной, и мы зададим ему несколько вопросов. Вы уже рассказали на пресс-конференции о том, что в целом довольны выступлением, может, не все получилось, как в некоторых партиях. Но не будем повторяться, а спросим у вас следующее. Вы сейчас уже взрослый состоявшийся человек, состоявшийся шахматист. Но в свое время вы прошли путем шахматного вундеркинда.

  • Сгустившееся небо грозилось новой порцией тёплого душа, и я на всякий случай прихватил с собой зонтик.

    Знал, что войдя в клуб, встречу две молодые улыбки за стойкой, они поинтересуются, как у меня дела и не могут ли чем-то помочь (так случается с каждым, кто проникает за фирменное цитрусовое стекло), и уж место для моей необременительной, но неудобной для шахматного зала ноши у них точно найдётся.

  • М.ЮРЕНОК: Шахрияр, поздравляю вас с успешным завершением турнира. Вы, по крайней мере, поделите первое место. Что произошло сегодня в партии?

  • Когда думаю о Тале, в памяти все время перемешивается грустное с негрустным.