Макс. Стоп-кадр

Четверг, 20.07.2017 13:27

Каюсь! За повседневной суетой и трудовыми буднями, будь они неладны, незамеченной прошла одна печальная дата - десять лет со дня ухода нашего замечательного друга Максима Сорокина.

Прости, МАКС... Мы тебя помним!

Привожу заметки, опубликованные в своё время по этому поводу на сайте е3е5. Написаны они были на сорок дней по просьбе Серёжи Николаева. Как чувствовал... Через три месяца, так же трагически, покинул нас.

Подумал, сколько пользы они могли принести людям, сколько любви и радости подарить..!


* * *

Нет дня после ЕГО ухода, когда я не вспомнил о НЕМ и всякий раз лишь один вопрос мучает меня – а что если бы?!

Что было бы, вернись он после матчей в Элисте на школу Спасского?! Почему вдруг понадобилось менять формат этой школы после прекрасно прошедшей зимней сессии?! Как бы сложилась судьба МАКСА, не сосватай его мы с Мишей Архангельским в Аргентину «за туманом», в начале девяностых?! Зачем было так гнать в аэропорт?!

И наконец, что в этой цепи случайностей и закономерностей привело ЕГО судьбу к столь трагической развязке?!

В общении с людьми, которым доверял, ОН был простым и естественным. На прямой вопрос отвечал прямо, не юля и не уворачиваясь. Но при этом не был открыт нараспашку и не всякого пускал в свой мир. Никогда не плакал в жилетку, не распространялся о бедах. Не лез с дружбой, но и не подпускал на ближнюю дистанцию. Если что-то хотел узнать, то делал это ненавязчиво и корректно.

После Аргентины мы перешли «на ты». Оттуда ОН вернулся взрослым. Разница в возрасте не имела значения для меня, и я попросил ЕГО ради простоты называть меня Сашей или Константинычем. «Хорошо, Саш», - только и ответил ОН.

Никогда не задавал формальных вопросов о здоровье, а если спрашивал о семье и детях, я видел в его светлых глазах живой, неподдельный интерес.

Как-то я выдал банальность: «Макс, вы с Мишкой настоящие командные бойцы», а он огорошил: «Шахматы - не командный спорт», - и глянул в глаза своим выразительным взглядом. Я не нашёлся, что ответить и занялся самоанализом, но как ни копал, так и не мог понять - эпатаж это или правда?!

Вся его командная практика говорила об обратном. Последний, кто уходил из игрового зала, был ОН. Никогда не просил замены, не жаловался на усталость, не ныл, как некоторые, играл все самые ответственные матчи. Мог анализировать отложенные партии до потери пульса и помогал в подготовке всем, кто бы его ни просил.

В «Хорде» ОН играл на третьей доске, после Миши Улыбина и Сени Двойриса, впереди Сереги Рублевского, Руслана Щербакова и Сережи Шипова, - отличный был коллектив. Командные результаты Макса, в районе 70-80% очков, повергали соперников в стресс, и они шли на партию с ним как на заклание. Его победа в решающей партии полуфинала Европейского Кубка над Аршаком Петросяном в Балатонберени надолго запомнилась всем, кто её видел.

МАКС был человеком общения. Думаю, в общении ОН видел смысл своей жизни и, в частности, в общении с друзьями.

Наверное, ОН не любил одиночества, поэтому часто играл в тяжелых, малоприбыльных турнирах, лишь бы не выходить «из процесса».

Каждый раз, встречая его, я спрашивал: «Ну что, МАКС, едем в Капеллу?» Даже ГРАФ и Миша позволяли себе перерыв на год-другой от знаменитых «капельских фуршетов», а ОН говорил: «Едем», - и это место встречи изменить было нельзя.

Атмосфера тусовки, перманентного застолья, старых знакомств и новых встреч притягивали ЕГО. В эти минуты ОН сбрасывал с себя груз ответственности и забот, становился легким и естественным.

Только ОН мог найти НАС в глухой венгерской деревушке темной южной ночью в доме «на отшибе», зная только одно мадьярское слово «кёсэнэм», (спасибо).

Что творилось, как мы были рады этому ЕГО поЯВЛЕНИЮ - невозможно передать словами. ЕГО ждали из Аргентины лишь на следующий день, а ОН не мог позволить себе ни одной минуты без НАС и, не дождавшись утра, рванул из будапештского аэропорта в темноту, ночь, неизвестность. ЕГО тискали, обнимали, пожимали руки, - затем пили вино.

А потом прощались с НИМ на пустом перроне после окончания турнира, как смотрел ОН на нас, возвращавшихся домой, и как тяжело ЕМУ было расставаться на пять долгих лет.

«Макс – гений»!!! Этот восторженный крик «молодого Рубля», донесшийся из полуоткрытой двери гостиничного номера, я услышал в Питере в начале 93-го. Не знаю, что так возбудило Серёгу, вариант ли найденный Максом в отложенной позиции или что ещё, но я с ним полностью согласен. Мои дочки, Аня и Маша, которым я рассказал об этом случае, каждый раз завидев молодого красивого человека, шпыняли меня в бок и хитро улыбаясь, шептали: «Макс-гений идет, ОН всё знает»!

Да, ОН был гением, но тихим, непубличным. Никогда не лез в центр событий, не выпячивался «в кадре». Перебираю групповые фотографии - на большинстве из них ОН где-то сбоку.


ОАЭ 2000

Говорят – если человек талантлив, то талантлив во всем.

Немногие знали о ЕГО талантах. Будучи скромным, не выставлял их напоказ, слава ЕГО не щекотала. Думаю, даже не сделав свой первый шахматный ход, ОН стал бы Гроссмейстером в любом деле.

Обладая прекрасной памятью, ОН при этом был творческой личностью, находил новое в дебютах, вариантах, двигал теорию.

В Аргентине к знанию английского языка прибавил немецкий и испанский. Там же подрабатывал, давая сеансы одновременной игры вслепую.

Кстати, в связи с этой гранью его таланта, году в 99-м с ним в Челябинской шахматной школе случился казус. В рамках некоего интернетовского шоу с примерным названием «Бой Руслана с Головой» (голландской программой) ОН давал сеанс вслепую трем лучшим ученикам, которые по случаю оказались моими. И пока Руслан Щербаков громил в отдельной комнате виртуальную гидру, МАКС в зале, при большом стечении публики, разбирался с ожесточенно отбивавшимися «школярами».

Когда матч закончился вничью (1.5-1.5) и начался разбор полетов, ОН отметил упорство защитников, указал на неточности и сказал, что те могли бы сыграть успешнее. «Могли бы, - буркнул один из учеников, - играй мы взрячую». МАКС раскрыл рот от удивления... и искренне восхитился такой потрясающей ПОДСТАВОЙ.

ОН всегда уважал профессионализм, партнера, с которым играл, и никогда не демонстрировал мускулы - для него не было слабых соперников.

Через два с половиной года один из участников того действа тринадцатилетний Паша Понкратов сам давал сеанс вслепую на двенадцати досках участникам юношеского первенства Греции, и за 3 часа 40 минут разобрался с ними: 9-3 (+6, = 6).

Последнее время ОН больше был тренером, чем игроком, и я радовался, что им с Русланом не надо гробить свое здоровье, мотаясь в Индию. Появилась возможность достойно зарабатывать на Родине, тренируя наших детей.

В январе в Сатке на школе Б.В.Спасского они показали настоящий тренерский КЛАСС - создали концепцию, сделали новый набор, выпустили книжку с материалами сессии. Будущее им благоволило. Но что-то не срослось, телега громыхнула и рухнула в наезженную колею - всё вернулось к истокам, как любит говорить уважаемый Борис Васильевич.

В июньской сессии Макс, видимо, не нашел для себя места и уехал тренировать элистинских ребятишек... в последний раз.

Были ли у него недостатки?!? Да, наверно, были, но плавно переходящие в достоинства, - а кто без них? Я их называю «бесами». Они вылезают в самый неподходящий момент, когда «переберешь», например, а на следующее утро с удивлением узнаешь о себе много нового.

В этом смысле МАКС не был исключением. Единственное, что ЕГО отличало от других, так это неподдельная радость, когда ОН узнавал о своих «художествах». Но, как я представляю сейчас, ОН, видимо, слегка подыгрывал нам, демонстрируя амнезию.

Оплакивая ЕГО, мы оплакиваем себя. Это у нас ЕГО отобрали. Это нас лишили общения с НИМ. Это мы никогда не пожмем ЕМУ руку и не скажем: «Здорово, МАКС!».

А НАС У НЕГО УЖЕ НЕ ОТНЯТЬ!!!


Школа ПАНЧИ, плавно перетекающая в международный турнир... Кого тут только нет - ушедшие от нас Володя Савон, Саша Никель, Саша Панченко, Макс, Мария Григорьевна, Владимир Кириллович Кокорин, Володя Сивак... Остальные живы, слава Богу! Граф, Филип, Таня Шумякина, Лхагвасурен, Цедрахча, Миша Улыбин, Саша Зизевских, Валя Зырянов, Сашины дети...

Ты на нас смотришь с фото внимательно,
Светлых глаз удивленным взором.
Мы ЗА СЛОВО тебе ПРИЗНАТЕЛЬНЫ,
ЗА СОВЕТ, что был дан без укора.

ЗА ТЕРПЕНИЕ и ПУД СОЛИ,
Что под пиво и воблу съели,
ГОДЫ ДРУЖБЫ, СЧАСТЛИВУЮ ДОЛЮ –
Ах, как быстро они пролетели.

В этом кадре мы не случайно,
Собрались и придумали встречу,
Варианты срослись нечаянно –
Один раз, но на целую вечность.

Вспышка-блиц! – и окончена встреча.
Кто ушел, кто стоит в кадре новом...
Прав поэт был – ЕЩЕ НЕ ВЕЧЕР,
Это значит – МЫ ВСТРЕТИМСЯ СНОВА!


  


Смотрите также...