"Балерину Кремлёвского театра в VIP-зал не пустили"

Четверг, 18.05.2017 21:06
Аудио: 

You may need: Adobe Flash Player.

Запись прямого эфира: 18.05.2017
Длительность: 52 мин.

Е.СУРОВ: ...Не хочется прерывать эту красивую музыку, но у нас на связи Сергей Тернопольский из Москвы, из "Телеграфа", он следит за тем, что происходит на этапе Гран-при ФИДЕ, в шестом туре. Сергей?

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Здравствуйте, Женя. Вы спрашивали насчёт ударения в моей фамилии, а я спрашиваю насчёт ударения в аббревиатуре ФИДЕ. Я с детства привык считать, что это "ФИДÉ". Вы подчёркиваете её интернациональный характер - Internationale, а я подчёркиваю, что это шахматная организация - Echecs. Так что если я иногда буду путать и говорить ФИДÉ, то это просто…

Е.СУРОВ: Вы знаете, я когда-то давно услышал, как Карпов произносит "ФИДЕ" с ударением на первый слог. А Карпову я верю безоговорочно, он человек честный и никогда ни в чём не обманет. И я тут же понял, что надо произносить это с ударением на "и".

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Ну ладно. Но если я буду следовать привычкам своего детства, то прошу прощения!

Е.СУРОВ: Да, мы не будем ругать и штрафные санкции тоже не будем накладывать за это.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Ну и отлично.

Е.СУРОВ: Тем не менее, Гран-при – тут уже трудно ошибиться в произношении и ударении - происходит в Москве, по швейцарской системе. Скажите, там вообще что-то происходит, хоть какая-то живость? Потому что, честно говоря, добрую половину партий без тоски просто нельзя смотреть.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Да, это давний разговор. Но я просто расскажу свои впечатления. Может быть, они субъективны, хотя они и должны быть субъективными.

Во-первых, я начну с положительных вещей. Я не избалован, как вы, Женя, постоянными приглашениями и посещениями звёздных турниров, личными встречами с элитой, поэтому каждое такое посещение для меня более или менее праздник. И такие праздники случаются в последнее время довольно редко. Последний раз я был на Мемориале Таля в прошлом году, а до этого был в Гамбурге на сеансе одновременной игры, который давал Магнус Карлсен, а ещё до этого – пожалуй, в то время, когда 90% нашей аудитории ещё только были в дизайне. То есть тогда, когда нынешняя элита, может быть, ещё ходила в детский сад.

Е.СУРОВ: Красиво сказано...

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Поэтому любое посещение такого турнира для меня довольно интересно.

Второй положительный момент, который я должен отметить, с некоторым, может быть, и стыдом, - это то, что я воспользовался, так сказать, халявой и попал туда бесплатно.

Е.СУРОВ: Чего же тут стыдиться? Все мы этим грешны.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Как сказать? Вроде бы организаторы и "Агон" призывают не только к популяризации шахмат, но и их финансовой поддержке. То есть, по идее, я должен был бы девятьюстами рублями поддержать шахматы или менеджмент "Агона" – тут трудно сказать. Но в любом случае я их не поддержал, а наоборот: получил два бесплатных билета на сегодня и один – на последний тур, посетив с утра ЦДШ. Кстати, если кто вдруг интересуется, то не знаю, как сейчас, а с утра там были билеты на все оставшиеся туры. Не знаю, сколько, но, по-моему, достаточно. Поскольку количество зрителей в зале сейчас человек тридцать, и оно равно, наверное, числу обслуживающего персонала.

Е.СУРОВ: Сергей, я не знаю, сколько вам "Агон" заплатил за эту рекламу, но я надеюсь, что какую-то часть гонорара за рекламу вы перешлёте мне? Не обидите?

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Часть нуля равняется нулю, поэтому я могу без всяких сомнений его переслать.

Так, на чём мы остановились? Ах да, на халяве. Должен сказать, что адрес "Гоголевский бульвар, 14" врезался в мою память с детства, поскольку я посещал, будучи школьником, в своём городе шахматный клуб, где одной из разновидностей занятий были решения задач из журнала "64". И после того, как мы их решали, мы отправляли решения в редакцию. И наш тренер, помню как сейчас, диктовал нам этот адрес: "Москва, Гоголевский бульвар, 14". При этом он произносил "Гоголевский" с южнорусским фрикативным "г", и это тоже сидит в моих мозгах много десятилетий.

Но я не пожалел, что я туда попал – внутри очень красиво. Хотя фасад сейчас ремонтируют, но внутри всё нормально. На проходной охранник - или как его назвать – выдал мне билеты без всяких вопросов. Плюс к этому мне удалось там купить последний номер журнала "64", так что я вполне доволен.

Е.СУРОВ: Я думаю, что на всякий случай надо пояснить слушателям, почему вы так рассказываете. Ведь вы – человек немосковский, именно поэтому у вас сейчас такие впечатления.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Если вас интересует моя краткая биография, то я могу сказать, что треть своей жизни я прожил на Западной Украине, треть – в Москве и остальную треть – в Германии, где работаю до сих пор. Гражданство у меня российское, происхождение – из СССР, но тогда это не имело значения.

Е.СУРОВ: Но самое главное, что когда вы приезжаете в Москву, у вас какие-то свежие впечатления, даже отчасти туристические.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Наверное, да, поскольку я здесь бываю максимум один месяц в году, в отпуске. Ну и на конференцию иногда приезжаю, поскольку это тоже халява. Ну а что делать? Это у меня российское.

Е.СУРОВ: Насчёт конференции ничего не могу сказать, но насчёт Гран-при… Не знаю, утешу я вас этим или нет, я не большой экономист и не силён в этих вопросах, но мне кажется, что каждый товар имеет свою цену. И то, что вам удалось туда пройти на халяву, – это не ваша вина и даже не вина какого-то нашего общего менталитета. А просто, видимо, сейчас такова цена этого товара. Потому что если бы товар стоил других денег, то вам бы пришлось их заплатить.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Я думаю, да. С другой стороны, я не знаю, откуда берутся деньги на всю эту организацию – видимо, чисто спонсорские, - но я не видел ни одного из тех тридцати человек зрителей, кто реально купил бы билет за деньги. Все либо приходят с уже готовыми билетами, либо они каким-то образом связаны с обслуживающим персоналом – друзья, товарищи, либо так, как я. Возможно, кто-то и покупал билеты, но я такого не видел.

Надо сказать, что на открытии я не был, но прочитал об этом информацию, видимо, как и все наши слушатели. На открытии Илья Мерензон сказал (как всегда, это, видимо, была пиар-акция), что это – один из важнейших турниров года, за которым будут следить тысячи зрителей в зале и миллионы онлайн. Я подумал, что, как всегда, такой пиар нужно делить на десять. Но, прибыв сюда, я понял, что надо делить на сто. Не знаю, сколько людей следит за этим в интернете, но вряд ли миллионы. А в зале никаких тысяч нет, а есть десятки, причём этих десятков немного – два-три.

Честно говоря, мне нравится дизайн – такой строгий, чёрно-белый. Но остальное… Хотя я говорю, что когда видишь вблизи, буквально в двух шагах, Хикару Накамуру или Максима Вашье-Лаграва, то это очень приятно.

Е.СУРОВ: А кого вам было неприятно видеть?

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Из участников мне всех приятно видеть. Так что в этом смысле всё было нормально. Просто редко удаётся их увидеть вот так, живьём, в двух шагах.

В одном моё довольно тривиальное предсказание сбылось – это быстрая ничья Теймура с Шахом. Там было уже всё понятно, когда они пожали друг другу руки и провели беседу. Видно было, что ребята не станут обижать друг друга.

В другой дружеской паре – Саша Грищук с Петром Вениаминовичем – ситуация несколько другая. Насколько я знаю, они действительно товарищи, но обычно это никак не отражается на серьёзности их игры и на принципиальности их встречи. Но сейчас было видно, что Саша не очень здоров – глаза красноватые, видимо, он простужен, - поэтому и тут ничья была неудивительна. Хотя должен сказать, что почти все результаты до сих пор я прозевал. То есть я не присутствовал реально в зале именно в тот момент, когда они соглашались на ничью или сдавались. И вот это был один из тех странных моментов – если и когда вы это пропустили, то узнать результаты можно только, зайдя издалека и прикинув наличие королей. Если они стоят друг напротив друга, е4-е5, значит, ничья; если стоят е4-d5, значит, белые выиграли. И других способов нет. На двух экранах позиция исчезает, и надо только выйти в интернет, чтобы на других сайтах узнать результат. А у меня в Москве нет бесплатного wi-fi, поэтому вот так.

Е.СУРОВ: А что значит "у вас нет"? Наверняка там должен быть какой-то wi-fi?

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Конечно. Но какой-то несвободный, там надо было как-то регистрироваться или платить – не знаю. Но я в Москве бываю редко, поэтому у меня нет мобильного интернета. Хотя я видел, что народ сидел в смартфонах, причём чаще смотрели туда, а не на экраны, поскольку в интернете, видимо, можно было увидеть весь машинный анализ. А это, кстати, интересно – посмотреть все версии машинного анализа и хотя бы проверить себя: понимаю я позицию или не очень. Это тоже полезный опыт.

Теперь насчёт комментариев. Комментарии здесь даются только для англоязычной аудитории, что несколько странно. Сначала их вёл Женя Мирошниченко, потом стал вести Даня Дубов.

И это выглядело странно. Я захожу – сидит одинокий Мирошниченко перед экраном, как всегда вещает, предлагает варианты… И ноль слушателей! Это его озадачивало, и когда он увидел меня, то стал, по крайней мере, взглядом обращаться хотя бы ко мне. Чем озадачил меня, потому что мне уже неудобно было уходить, и я полностью прослушал его анализ дебютной части азербайджанской и российской пар. Так что вот такая история.

Приехал я пораньше на полчаса. А в лифте ехал с Шиповым и думал, что он будет здесь давать какие-то свои комментарии. Но никто не мог мне сказать, комментирует ли он что-то. Возможно, он сидит где-то в технической комнате, но без доступа туда. По крайней мере, я этот доступ не нашёл.

А вот сейчас сидели Ян Непомнящий с Накамурой, что-то разбирали, но никаких вопросов от аудитории к ним не было.

Е.СУРОВ: А они разбирали всё-таки там, где аудитория может за этим наблюдать?

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Да, конечно. Там присутствовало человек шесть, хотя могло вместиться двадцать или больше. Было довольно интересно, хотя мне уже было ясно, что где-то на двадцатом ходу Накамура был более или менее уверен, что партия должна быть выиграна. А Ян просто сказал, что он либо неправильно оценивал эту позицию, либо считал, что ничего, можно ещё играть.

Что ещё сказать? Есть VIP-зал, и поскольку я пришёл раньше, я туда зашёл, и меня никто не задержал.

А когда уже началась игра, пришла посетительница с моим вторым халявным билетом, и нас уже туда не пустили. Сказали, что это зал только для людей с чёрными браслетами, а у нас белые.

VIP-зал ничем от других не отличается, кроме того, что там продают водку "Белуга", чего мы особо и не хотели.

И вода бесплатная. Но мы с халявными билетами не успели попробовать бесплатную воду.

Е.СУРОВ: Во-первых, надо было успевать сразу, как только вы зашли. А во-вторых, вы сказали про белые браслеты…

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Они на руку наклеиваются.

Е.СУРОВ: Может быть, вам стоило прийти с белой ленточкой на груди? Тогда бы вас везде пустили?

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Может быть, тогда бы в автозак пригласили. В VIP-автозак…

Нет, здесь вот такая особенность: чёрные имеют преимущество в зрительном зале. В отличие от шахмат.

Можно фотографировать, кстати. Я боялся, что они будут играть за стеклом или как-то недоступно, как в турнире претендентов в прошлом году. Но нет, они играют только огороженные ленточками, а так всё доступно и демократично.

Ещё такая ложка дёгтя в бочку дёгтя. Я прочитал в твиттере, что сюда собирался приехать в качестве фотокорреспондента один из лучших шахматных фотокорреспондентов Давид Льяда. Он написал "Агону" письмо три месяца назад, не получил вообще никакого ответа, соответственно, его визит сорвался. И он сказал, что это довольно неприятно – быть вот так просто проигнорированным. Если бы был хотя бы какой-то ответ – пусть даже отрицательный, но хоть какой-то. То есть ребята не только не озабочены подачей информации вовремя, но даже не заморачиваются на такие элементарные вещи, как отвечать на письма профессионалов шахмат. Это мне довольно странно.

Вообще, всё это выглядит так, как будто шахматный мир это бойкотирует, честно говоря, и онлайн, и офлайн.

Е.СУРОВ: Скажите, вы всё-таки сейчас там находитесь в качестве зрителя. Может быть, к вам отнеслись как-то неуважительно именно как к зрителю? Или ещё какие-то неприятные детали?

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Нет, в этом смысле всё прекрасно, обслуживающий персонал весь молодой, исключительно вежливый, здесь всё нормально. Единственное – я получил два предупреждения, и чтобы не получить красную карточку, - за разговор в зале, - хотя, конечно, не в игровом зале, - я просто спустился по лестнице на этаж ниже, чтобы никому не мешать. А так у меня никаких претензий нет.

Е.СУРОВ: А в игровой зал можно войти в любой момент или только в начале партии?

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Это я тоже узнал позавчера. Я просто пришёл без билета, посмотреть ситуацию. И мне сказали, что можно фотографировать, только без вспышки, так что любые зрители, помимо специальных профессиональных фотокорреспондентов, могут фотографировать. Более того, я узнал опять же из твиттера, что была такая странная вещь: какой-то зритель сделал селфи на фоне Хоу Ифань, прямо там, на помосте. Я этого не видел, но мне это, конечно, было дико. Хотя она восприняла всё это довольно спокойно, всё было нормально, но мне кажется, что со стороны зрителей это уж как-то совсем странно.

Е.СУРОВ: Вы себе не можете позволить такое. Но если представить, что вдруг смогли, то с кем бы из участников вы сделали селфи?

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Да почти со всеми. Например, с Накой. Мне импонирует стиль его игры и вообще весь стиль его жизни. Я немного знаю, как он реагирует на основные события. Потом мне, конечно, нравится Максим Вашье-Лаграв, причём по двум причинам. Он в своё время раздумывал, кем ему стать: математиком или профессиональным шахматистом. Потом он всё-таки выбрал шахматы, но вот этот выбор… Я в своё время сделал противоположный выбор, но, тем не менее, чувствую с ним какую-то духовную близость, он мне симпатичен. Пётр [Свидлер] – просто мой любимчик, уже давно.

Е.СУРОВ: Я знаю, что вы любите его слушать, особенно когда он говорит на английском.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Вообще на любом языке, на котором он говорит, он говорит прекрасно. И чувствуется большая грамотность, чувствуется, что он знает и понимает, о чём говорит, а знает и понимает он много, и не только в шахматах. Человек с багажом знаний во многих областях. Так что я им восхищаюсь. Но когда его вижу, то мне как-то не очень удобно просить его сфотографироваться со мной вместе.

Фаня, конечно, вблизи выглядит ещё лучше, чем на фотографиях.

Е.СУРОВ: Скажите, что вам всё-таки показалось интереснее: следить за партиями вот так, живьём, без компьютерного анализа или же на любом мониторе с компьютерными подсказками? Возьмём в кавычки слово "подсказки", потому что иногда он выдаёт такие подсказки, что лучше бы и не смотреть.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Как вам сказать… Наверное, живьём всё-таки лучше, потому что ты видишь людей, - не только позиции, но и эмоции. Например, Пётр Свидлер 90% партий (по крайней мере, те, что я видел) проводит с закрытыми глазами. То есть практически вслепую! Конечно, это шутка, просто он так уходит в себя и начинает вспоминать. Взгляд на доску ему совершенно не нужен в этот момент, она ему, видимо, мешает. На Максима тоже интересно смотреть, особенно в критических позициях, когда кажется без компьютера, что у него довольно-таки опасная ситуация. И тут он вдруг начинает равнодушно зевать, у него на лице как будто написано: "Да ладно, я тут всё сделаю без проблем". Так что всё это интересно.

С другой стороны, если ты действительно хочешь понять смысл хода, который тебе не сразу понятен, то компьютерная подсказка неплоха. Всё-таки моя квалификация не позволяет считать на ходу гроссмейстерские ходы.

Е.СУРОВ: Я ведь не просто так спросил. Руководство "Агона" уже не раз подчёркивало, что они делают ставку на интернет-зрителя, что и будущее, и даже уже настоящее шахмат – за компьютерными технологиями, а никак не за зрителями, которых и так, в общем-то, приходит единицы на шахматы.

Но для меня важно, что вы сейчас сказали. Хоть вам тоже иногда требуется компьютерная помощь, вы всё-таки обращаете внимание на то, что вам эмоции игроков тоже важны.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Конечно, это более интересно! Потому что я потом всегда могу посмотреть видео в записи, в спокойной обстановке, проанализировать. Но как это было в жизни, особенно когда позиции нескучные, критические, - это гораздо интереснее! Например, я просто был уверен, что Накамура должен был выиграть. Тем не менее, когда он сыграл Rd1 и взял на b7, мне показалось, что это как-то совершенно нехарактерно для него – перейти в какой-то эндшпиль с лишней пешкой, открывать линию b, давать контригру этим ладьям. Я, честно говоря, ожидал от него, что он пойдёт Nd5 или Ne4 – в общем, подвинет коня поближе к королю, которому было совершенно неуютно по линии h, и там должна была быть связка слона... Но он выбрал совсем другой путь. Я ошибся, но на это было интересно смотреть.

А насчёт компьютерных технологий… Мне бы хотелось посоветовать слушателям недавно вышедшую последнюю книгу Каспарова "Deep Thinking", где он как раз обсуждает проблему искусственного интеллекта на примере шахмат. …Я не слишком растекаюсь мыслью?..

Е.СУРОВ: Нет-нет!

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Мне эта книга была интересна, потому что когда обсуждают искусственный интеллект не профессионалы, не математики или, скажем, не люди, занимающиеся теорией сознания, а на бытовом уровне, то один из вопросов, который они обсуждают, - это опасно или неопасно? Если вдруг компьютер или искусственный интеллект станет мощнее, чем естественный. А у Каспарова совсем другой подход, он говорит о том, что это должен быть синтез и симбиоз, так же, как и в других вещах. Грубо говоря, человеческий интеллект помогает усовершенствовать искусственный. И наоборот, в искусственном интеллекте человек может почерпнуть что-то, но эта деятельность должна быть, грубо говоря, синергетической, здесь должна быть положительная корреляция, а не отрицательная..

С другой стороны, вопрос компьютерных технологий и вообще искусственного интеллекта более глубокий и интересный. Возможно ли вообще когда-либо такое, чтобы искусственный интеллект заменил естественный? У меня такое впечатление – и я в этом солидарен с Роджером Пенроузом - что человеческое сознание в принципе неалгоритмизировано. Есть нечто неалгоритмизированное, что даже очень мощный компьютер никогда не сможет воспроизвести. И дело даже не в том, что шахматные программы – это на 90% процесс перебора вариантов. Там тоже есть умные алгоритмы, которые, в конце концов, должны оценить позиции, которые возникают в конце дерева перебора. И вот эта оценка позиции – главная часть алгоритма – основана на человеческом опыте, и так далее. Тем не менее, вот этот перебор позиций или этот алгоритм – он принципиально другой, чем у человека. И у меня есть сомнения, что когда-нибудь искусственный интеллект сможет породить новое знание. То, что делают, например, ведущие учёные. Вдруг их осеняет идея - и возникает теория относительности, совершенно концептуально меняющая взгляд на мир.

Е.СУРОВ: То есть вы пока не представляете, как с помощью искусственного интеллекта…

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: …можно получить новое знание. Можно, конечно, рассчитывать намного быстрее и лучше, чем человеческий мозг, можно быть, как арифмометр, можно придумывать эвристические методы обучения, программы для самообучения. Но всё это будет, грубо говоря, более быстрое и лучшее понимание уже существующего знания информации. А вот что-то новое… Когда-то была арифметика, были простые целые числа, потом пошли дробные. И вдруг ни с того, ни с сего возникли комплексные числа, на ровном месте! Не буду углубляться в детали, просто в конце концов оказалось, что это такой мощный инструмент для понимания мира, без которого совершенно невозможно понять, допустим, квантовую механику, и так далее. И вот такую принципиально новую вещь искусственный интеллект придумать не в состоянии. Хотя я могу и ошибаться. С другой стороны, за моей спиной стоит Роджер Пенроуз, у которого мощный мозг…

Е.СУРОВ: Вы поясните, кто это.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Про него я могу часами растекаться…

Е.СУРОВ: Ну хотя бы в двух словах. Вы просто его часто упоминаете. Он гроссмейстер, международный мастер – кто он?

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Нет, Роджер Пенроуз – это великий учёный, с моей точки зрения, он ещё жив, ему 85 лет, он известен многими своими вкладами в науку. Вообще он математик и физик. У него премия Вольфа, которую он получил совместно со Стивеном Хокингом (это тоже известный учёный) за гравитацию, за чёрные дыры, за вот такие вещи. А премия Вольфа считается предвестником Нобелевской премии. Однако Нобелевскую он, к сожалению, не получил и теперь уже вряд ли получит, потому что он теоретик, а премию дают за экспериментально подтверждённые новые вещи. А экспериментально подтвердить то, что он исследовал, можно только лет через сто, не раньше, поскольку это очень сложные вещи  - квантовая гравитация, всё вот это…

Так вот, он достиг всего, чего можно, в физике и математике. И уже будучи в пожилом возрасте, в районе 70 лет, он увлёкся человеческим сознанием. Его идея заключается в том, что человеческое сознание принципиально неалгоритмизировано, и причина этого в том, что нет никакой теории сознания. Есть так называемая стандартная модель в физике, в космологии. А вот стандартной модели человеческого мозга и сознания не существует, которая бы описывала теоретически все доступные нам данные. И он пытается это понять и считает, что человеческое сознание тоже носит принципиально квантовый, вероятностный характер. Но это всё детали.
У него есть брат, который тоже довольно известный, и он как раз шахматист. Он на два года младше и известен тем, что в своё время был членом клуба Чигорина за счёт того, что выиграл знаменитую партию у Михаила Таля на Олимпиаде 1960 года. А вообще он был десятикратным чемпионом Англии.

Е.СУРОВ: А членство клуба Чигорина – это для тех, кто выигрывает у чемпионов мира?

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Да-да, причём у действующих чемпионов мира. То есть если кто-то сейчас выиграет у Каспарова, то он не станет членом клуба. Или если бы он выиграл у 17-летнего Каспарова, он бы тоже им не стал. Выиграть нужно у действующего чемпиона мира. Вот он как раз выиграл у Таля в 1960 году на Олимпиаде на первой доске. Это довольно известная партия, её можно найти много где.

Их вообще три брата, но самый известный из них – Роджер Пенроуз. Младший брат – тот самый шахматист, международный мастер, сейчас почётный гроссмейстер и психолог. И старший брат – тоже математик, тоже профессор. Ещё у них есть сестра – тоже профессор, но в области генетики. Она занимается генетическими проблемами рака. Вот такая вот семья, где каждый человек знаменит. Но Роджер Пенроуз – это просто звезда в науке!

Е.СУРОВ: Вот, друзья, что значит – пришёл на шахматы математик. О чём с ним не начнёшь разговор, всё сведёт к..

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Я физик.

Е.СУРОВ: Ах, вы физик? Извините.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Да. Математиком был бы Вашье-Лаграв, если бы выбрал эту стезю.

Е.СУРОВ: Тем не менее он вам чем-то близок, какой-то научной родственностью…

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Дело в том, что в десятом классе я тоже выбирал, куда поехать: на шахматную олимпиаду или на математическую. Выбрал математическую. Математика мне как-то больше давалась, чем физика, но потом я подумал: что же это за профессия – математика? А физика мне была интересна, мне было интересно, как устроен мир, Вселенная, и так далее. Такие глобальные вопросы, которые посещали меня ещё в детском возрасте. Кто-то хочет быть космонавтом, кто-то хочет быть великим учёным, как Эйнштейн. Но жизнь складывается так, что один становится токарем, а другой – рядовым доктором наук.

Е.СУРОВ: Скажите, а шахматы вам как-то помогают понять, как устроен мир?

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Как сказать… В этом смысле нет. Но они дисциплинируют сознание каким-то образом. Я согласен с теми, кто продвигает программу "Шахматы в школе". Человек, у которого есть шахматный багаж, хотя бы до уровня первого разряда или кандидата, - всегда имеет какой-то плюс в плане стратегии, в понимании планирования.

Е.СУРОВ: Я имел в виду шахматы не в узком понимании этого слова, не 64 клетки с фигурами, а шахматный мир вообще, в том числе и тот, в котором вы сегодня присутствуете.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Не знаю. В шахматном мире есть своя специфика, но я не уверен, что он чем-то лучше, чем, скажем, мир музыкантов или мир учёных. Но принадлежать двум мирам – это всегда интересно. Потому что очень многое и в науке, и в жизни происходит на стыке двух миров. И когда ты что-то понимаешь в двух областях, это даёт преимущество над узкими профессионалами в одной области.

Но это всё неважно. Давайте вернёмся к Гран-при.

Е.СУРОВ: Давайте. Всё-таки во всём том, что вы там видите своими глазами (я хочу воспользоваться этим моментом, ведь неизвестно, когда вы будете там в следующий раз и посетите ещё раз этот турнир), – есть ли что-то, что вам приглянулось, бросилось в глаза, возмутило или порадовало? Или просто запало в душу.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Нет, ничего такого. Никакой экзотики нет. Может быть, Мемориал Таля был для меня немножко приятнее. Во-первых, он был более камерный, там было в два раза меньше участников. Во-вторых, там было больше информации, было много бесплатных буклетов о каждом шахматисте. А здесь вся та небогатая информация, которая есть, платная. Например, здесь есть постеры, фотографии каждого из участников, но они стоят немалых денег. Я приобрёл марки Гран-при каждого этапа – Арабских эмиратов, сейчас московский, потом будет швейцарский, и четвёртый будет в Испании, в Пальме-де-Майорке. Не могу сказать, что я большой филателист, я не Карпов, конечно. Но какая-то небольшая коллекция у меня есть, особенно меня интересует шахматная тематика. Скорее, собираю монеты, но здесь монет нет, зато есть марки.

Е.СУРОВ: И за сколько вы их приобрели?

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Восемьдесят рублей штука. Если кто-то хочет приобрести футболку, то она стоит 1 тысячу 400 рублей. Если кто-то хочет свитерок небольшой с надписью World Chess, то он стоит 2 с половиной тысячи. За постер надо отдать 500 – это если большой формат, А1.

Е.СУРОВ: А одежда качественная? Вы щупали, там натуральные ткани?

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Нет, не щупал. Что ж я буду щупать – я что, на рынке? Но, по-моему, я был единственный, кто приобрёл там что-то за деньги. Ну и ещё в VIP-зале кто-то там мешал коктейли.

Е.СУРОВ: Я понял – вас всё-таки мучила совесть, вы должны были за что-то заплатить, иначе вы бы не почувствовали себя человеком.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: А как же! Надо же оказать какую-то поддержку шахматам. Вот, оказал в итоге поддержку на 400 рублей.

Е.СУРОВ: Будем теперь смотреть, куда пойдут ваши деньги, как будут развиваться шахматы.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Да уж что разовьёшь на 400 рублей… Вот если я сейчас закурю под объявлением о штрафе, то этим поддержку шахматы на 3000 рублей. Не уверен, что эти деньги дойдут, куда надо, но, тем не менее, такая надпись есть.

Е.СУРОВ: Курить даже в зрительном зале там запрещено.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Я сейчас стою на лестнице, и на лестнице тоже запрещено. Кстати, я это поддерживаю. Но как здесь без курения обходится Саша Грищук, я даже не представляю. Куда ему выходить? Может, он, правда, каждый раз отстёгивает по три тысячи? Не знаю, я его здесь не видел курящим. А может, он бросил? Никто не знает, не в курсе?

Е.СУРОВ: Нет, не в курсе.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Так что здесь курящих нет, это приятно, воздух свежий, чистый. А я получил два предупреждения за разговоры.

Е.СУРОВ: За слишком шумный разговор?

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Да нет, первый раз вы мне сделали пробный телефонный звонок, я был в наушниках, мне казалось, что этого достаточно, но, видимо, я всё-таки превысил норму на несколько децибел. Так что я единственный на сегодня недисциплинированный посетитель. Остальные вроде бы все ведут себя в пределах нормы.

Е.СУРОВ: И как, может быть, написал бы в этом случае любивший играть словами Владимир Владимирович (Набоков)…

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Ой, вы меня напугали! Я уж подумал, что меня сейчас будут мочить в сортире!

Е.СУРОВ: …"Единственный посетитель" – а остальное можно зачеркнуть.

Вы сказали, что там десяток-другой человек, и я вполне могу допустить, что…

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Я сказал – человек тридцать. Но из них пять-шесть я узнал – это те, кто был и на Мемориале Таля. Такие заслуженные старички советского происхождения. Скорее всего, они тоже прошли сюда бесплатно, потому что я не представляю, как из российской пенсии выделить 900 рублей на каждый тур. Думаю, это тоже бывшие шахматисты. Может быть, даже гроссмейстеры.

Тут были Поткин, Володя Акопян…

Е.СУРОВ: А с кем Акопян здесь работает, вы не знаете?

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: С кем работает, я не знаю, но говорил он с Поткиным.

Кроме комментаторов Жени Мирошниченко и Дани Дубова, была ещё Настя Карлович. Ну это понятно, она ведёт пресс-конференции, берёт интервью.

Теймур Раджабов и Шахрияр, по-моему, за монитор не садились, отделались просто…

Е.СУРОВ: …лёгким испугом.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Да, они просто стояли на фоне чёрных агоновских щитов, она просто задавала им вопросы, они отвечали, как они сыграли партию. Это дело засняли на видео, и они удалились.

Кстати, я пропустил и анализ партии Грищук – Свидлер, потому что в это время провожал свою гостью. А гостья, кстати, балерина Кремлёвского театра – не хухры-мухры! Тем не менее даже с ней не пустили в VIP-зал.

Е.СУРОВ: Вот так! Балерину Кремлёвского театра не пустили в VIP-зал!

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Ну не было на ней чёрного браслета, что ж теперь. А без чёрного браслета будь ты хоть примой-балериной!..

Е.СУРОВ: Можно ещё процитировать: "Моя смерть едет в чёрной машине с голубым огоньком". Почему-то это мне вспомнилось.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Да, вот такая ситуация.

Е.СУРОВ: Сергей, я говорю вам спасибо от имени слушателей за ваш рассказ, а от имени "Агона" хочу вас поблагодарить за вклад в развитие мировых шахмат.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: "Агон" ожидает совсем других вкладов, на три-четыре порядка выше.

Е.СУРОВ: Но это уже не ваша проблема. Вы своё дело сделали.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Да. Но это мои проблемы как зрителя. Потому что я крайне разочарован тем, что весь чемпионский цикл отдан на откуп этой организации, из которой информацию вытянуть труднее, чем понять строение Вселенной. Например, за день до начала этого этапа на официальном сайте не было имён всех участников – были только шестнадцать из восемнадцати. Непонятно! Взять любое другое нефидешное соревнование – те же Вейк-ан-Зее или Сент-Луис, - то там всё есть. Причём обычно вся информация известна задолго до начала: кто играет, на каких условиях... Не говоря уже об онлайн-трансляции. А здесь просто надо быть хакером, чтобы эту информацию получить вовремя. И это мне не нравится, у меня информационный голод!

…Сейчас мимо меня проходят Женя Томашевский и Аниш Гири.

Е.СУРОВ: Они сыграли вничью. Пока мы говорили, случилось ещё три ничьи.

С.ТЕРНОПОЛЬСКИЙ: Ну вот, пришёл на тур и не застал ни одного окончательного рукопожатия.

Е.СУРОВ: Сергей, большое вам спасибо! Это был Сергей Тернопольский, который побывал в "Телеграфе" на Гран-при в ФИДЕ, или ФИДÉ, как он сам произносит, внёс свой скромный вклад в мировые шахматы и рассказал нам то, что он видел своими глазами.


  


Комментарии

"А Карпову я верю

Счет: -1

"А Карпову я верю безоговорочно, он человек честный и никогда ни в чём не обманет." - в мемориз.

Хорошая беседа, спасибо.

It's not 100% clear, but I

Счет: 0

It's not 100% clear, but I thought the "free" tickets were subsidized by RCF/Filatov, and Agon does in fact get money from spectators who use them.

"Это не на 100% ясно, но я

Счет: 0

"Это не на 100% ясно, но я думал, что «бесплатные» билеты субсидировались RCF / Filatov, и Agon действительно получает деньги от зрителей, которые их используют." сказал переводчик. минус поставлен до перевода, не читая.)))

Читая любые публичные

Счет: 3

Читая любые публичные выступления Мерензона, поневоле вспоминаешь про "тридцать пять тысяч одних курьеров".
Вот и Сергей заметную часть интервью посвятил всеми любимой креативной конторе.
Замечательна фраза из подзаголовка, но я бы не стал перехваливать Вселенную, У неё-то нет такого шикарненького чёрно-белого дизайника, как у АГОНа :)

Смотрите также...

  • Е.СУРОВ: 21.04 московское время, прямой эфир Chess-News. Вот мы наконец дождались – на прямой связи Легница, наш корреспондент Мария Боярд и гроссмейстер из Украины – уже второй гроссмейстер из Украины на сегодня – Александр Арещенко, который завершил свою партию. Александр, слышно ли нас?

    А.АРЕЩЕНКО: Да, добрый вечер!

    Е.СУРОВ: Добрый вечер. Правильно ли я понимаю, что ваша партия на первой доске с Романовым завершилась вничью?

  • Е.СУРОВ: Владимир Крамник здесь, в Ханты-Мансийске, как и все остальные гроссмейстеры. Скажите, Владимир, сейчас многие шахматисты пользуются Твиттером, Фейсбуком, и благодаря этому мы кое-что знаем о них: как они готовились к турниру, где они были (один тут, другой там), кто когда приехал. А о вас мы не знаем ничего. Вы можете, не раскрывая больших секретов, все же рассказать, когда вы приехали, как и где готовились к турниру?

  • Е.СУРОВ: Владимир Крамник, матч окончен. Когда только стало известно, что матч состоится, вы говорили о том, что вы его прежде всего рассматриваете как тренировку к турниру претендентов. Но так получилось, что турнир теперь уже будет относительно нескоро - через год. Что вы сейчас думаете о матче именно как об этапе подготовки к чему-то?

  • Длительность: 2 мин. 38 сек.

    Е.СУРОВ: Шахрияр Мамедъяров, победитель турнира по блицу в Сочи. Сложно было победить?

    Ш.МАМЕДЪЯРОВ: Вы знаете, после первого дня я думал, что все будет не так сложно, потому что играл интересно. Думаю, что сегодня я играл лучше, чем вчера, как ни странно.

    Е.СУРОВ: Правда?

  • Е.СУРОВ: Мы на Кубке мира, и рядом со мной главный герой не только второго круга, но и, пожалуй, пока что всего соревнования, Александр Арещенко. Он ещё даже не остыл после партии с Левоном Ароняном. Какие у вас сейчас эмоции? Чего вы хотите?

  • (по телефону)

    Е.СУРОВ: Сегодня завершилась Высшая лига. Ваши впечатления от турнира?

    И.ЛЕВИТОВ: Ну какие впечатления? Мне кажется, получился хороший турнир. Все боролись, у всех до конца сохранялась мотивация. Так что все нормально. Единственное – меня как-то семисотники разочаровали.

    Е.СУРОВ: Да, это правда.

  • И.ЛЕВИТОВ: Беспредел творится какой-то. Даже не знаю, как это комментировать. Я лично пребываю в шоке.

    Е.СУРОВ: А чего такого?

  • Е.СУРОВ: Мы снова на Мемориале Таля, я Евгений Суров, рядом со мной, наконец-то, Алексей Широв. С победой вас!

    А.ШИРОВ: Спасибо.

    Е.СУРОВ: Ваши ощущения. Простите за такой банальный вопрос, но первая победа в турнире…

  • Запись прямого эфира: 06.05.2013, 20.20

    Е.СУРОВ: 20.19 московское время, прямой эфир Chess-News, всем добрый вечер. У нас довольно-таки неожиданное включение из Легницы, с чемпионата Европы, где работает наш корреспондент Мария Боярд, и рядом с ней сейчас один из участников и фаворитов – Павел Эльянов, который выиграл сегодня и во втором туре. Приветствую и Марию, и Павла!

    П.ЭЛЬЯНОВ: Здравствуйте, Евгений!

  • Е.СУРОВ: В эфире Генна Сосонко, сейчас перерыв в матче Каспаров-Шорт. Генна, как проходит матч, в какой атмосфере? Расскажите нам, пожалуйста, передайте атмосферу.