Средневековье

Время публикации: 18.06.2016 10:46 | Последнее обновление: 18.06.2016 21:43

Я до последнего ждал, что Чехия вломит Хорватии (простите, Гарри Кимович), и будет к чему приурочить репортаж. Ведь знаю, как они там, на Староместской площади, собираются, смотрят, переживают, пражские девчонки и мальчишки. Однажды рассказывал об этом подробно, не забыли?

Но на футбольном Евро позади два тура, у Чехии ни одной победы. Тянуть дальше некуда - то самое поздно, которое лучше, чем никогда, наступило, и значит, пора рассказать о шахматном чешском фестивале. Он заслуживает того.


Который год гуляющие в окрестностях Михнова дворца, в самом сердце чудо-города, замечают эти вывески: чуть пройти и попадёшь на шахматное действо. Независимо от имён участников, событие для Чехии неординарное. Организаторы же, во главе с Павлом Матохой, стараются всякий раз завлечь зрителя чем угодно: тут и сеансы, и лекции, и живые комментарии партий, и кое-что совсем особенное, о чём речь пойдёт ниже.

Вот не знаю только, устроенная здесь же, по соседству, выставка фотографий старой Праги - случайное совпадение или не совсем.


Пражане с интересом знакомятся либо вспоминают свой город образца начала-середины прошлого века.


Берег Чертовки у Карлова моста, 1940-й год. Вот бы узнать ещё судьбу попавших в кадр людей...


Просто девушки просто получают удовольствие на прогулке. Такое тоже бывает.


Средневековый Михнов дворец, как я уже не раз отмечал, малопригоден для шахматных мероприятий. Тут всякие нюансы: и освещение, и звукоизоляция, и вай-фай, и пресловутые дверные ручки, о которых, впрочем, в этот раз, кажется, побеспокоились.

Более того, вопреки вселенской тенденции внутри помещения наблюдается технический регресс. Один только пример.


Точно на этом диване, где сейчас сидит Петер Болеслав, ровно пять лет назад ваш корреспондент брал интервью в прямом видеоэфире у Вишванатана Ананда. Теперь же мне там, по сути, делать нечего: доступный интернет с тех пор в здании бесследно исчез. Остаётся только вспомнить, что это тот самый Петер, который обыграл в сеансе того самого Ананда.

Но фестиваль Cez Chess Trophy не претендует на вселенский масштаб, а в присущей ему камерности что-то даже есть. Наверное, мало осталось шахматных турниров, проходящих в обстановке совсем не двадцать первого столетия, а этот, пражский, полагаю, самый вкусный из них.


Гостем номер один теперича стал Рихард Раппорт. Обязанности молодого, но уже успешного венгра по традиции начались с сеанса. Рихард скромно, не торопясь и совсем не артистично, в отличие от некоторых предыдущих сеансеров, наматывал круги по двум смежным залам. Руки в брюки, взгляд серьёзный, ход надёжный. Итог - какой обычно бывает в таких случаях: игравшие с гроссмейстером остались довольны.


Павел Матоха за чашкой кофе с постоянным гостем фестиваля, всегда элегантным Властимилом Гортом.


От Гельфанда до Опоченского - выбор у любителей литературы есть. Но наиболее высоко ценится - согласно соответствующим знакам на приложенных бумажках - "Мой шахматный мир" Давида Навары.


* * *

Кстати о Наваре (чуть не забыл). Это же ему играть матч с Раппортом!


Встреча ведущего чешского гроссмейстера с живущим в Праге бизнесменом Бесселом Коком произошла на следующий день после открытия. Сюда, на Стрелецкий остров зрители стали подтягиваться в ожидании необычного действа: Навара с Раппортом приготовились с завязанными глазами сыграть партию живыми людьми. Интрига? А то!


Пообещавшие ненастье синоптики опростоволосились: погода выдалась фантастическая, лучшего времяпровождения субботним днём трудно придумать.


Сергей Мовсесян сам пришёл и семью привёл. Семья большая, в объектив камеры не угодила.


С приветственным словом выступают Павел Матоха и глава района города, на территории которого всё происходит. За ними - кресла для главных героев. Сцена установлена на самом солнцепёке; организаторы через минуту спустятся в тень, а гроссмейстерам ещё сидеть и работать.


Если прикид гостя соответствует погоде, то за не изменившего своему стилю Давида стало страшновато...


После каждого озвученного хода актёры медленно шагают по клеткам огромной доски, а в случае взятия той или иной фигуры устраивают настоящие бои со смертельными исходами. Играют искусно, публика в восторге. Разумеется, в шахматные нюансы партии вдаются лишь "избранные" из присутствующих, вроде Мовсесяна. Остальные наслаждаются внешними эффектами, и чем более жестоко один воин расправляется с другим, тем громче звучат аплодисменты. А чего вы ждали от европейцев? Средневековье! Современная цивилизация уже давно решает вопросы с помощью Вежливых людей, без крови.

В один из моментов Навара не выдерживает и... демонстрирует, что солнечный удар ему не грозит: "Я делаю ход h2-h3 и прошу H2O. Будьте добры, бутылку с водой, пожалуйста..." Его позиция к тому моменту уже внушает серьёзные опасения.


Но на всё это наплевать принимающим солнечные ванны.


За время партии можно было два-три раза прокатиться на лодке или катамаране вокруг острова.

Завершилось дело в глубоком эндшпиле. Понимая безвыходность своего положения, чешский гроссмейстер намеренно ускорил развязку и поздравил соперника, когда тот поставил мат.

"Я не знаю традиций, но очень надеюсь, что я не буду подвергнут четвертованию..." - на всякий случай заметил Давид, вспомнив, что в контракте не оговорена ситуация с поражением в этой партии.


* * *


Вечер того же дня, кинотеатр Ponrepo, ещё одно историческое место. В этом зале когда-то выступали Бетховен, Рубинштейн (не Акиба, Антон), Вагнер, другие композиторы. Его величество Синематограф здесь главенствует с первой половины прошлого века. И при всём при этом первые, кого встречаю в зале - шахматная чета Роджерсов! Вот так сюрприз - Ян и Кети много колесят по миру, но увидеть их на премьере документального фильма о Шахматном поезде, признаться, не ожидал.


Марис Флабба - британский режиссёр с эстонскими корнями. Именно она сделала фильм о проекте "Шахматный поезд", который существует примерно столько же, сколько наш сайт. Но прежде чем наступит волнительный для девушки момент (настоящая премьера - даже Матоха намерен смотреть картину впервые вместе со всеми), публику разогревают показом старенького, почти столетней давности фильма "Шахматная горячка".


Казалось бы, в век ютьюба, где нынче многое можно найти, удивить таким выбором трудно. Однако активная реакция зала говорит об обратном - фильм не только видится впервые, но и имеет успех!


Чем дальше развивается сюжетная линия, тем громче хохочет публика. Когда-то в школе учили, что главный герой одной из комедий Гоголя - смех. Об этом вдруг вспоминаю, прислушиваясь к залу - вот же он, этот герой! Мало где смех звучит так выразительно, как при просмотре немого кино, а "Шахматная горячка" - кино немое. С пониманием происходящего проблем нет - русские субтитры сопровождаются английским переводом. После финального кадра зал взрывается аплодисментами. Успех!

А что же основное кино?


Марис сняла, без сомнения, добротный фильм. Не будучи специалистом в области киноискусства, я не вправе давать оценки претендующие на экспертные, но как зритель я не ушёл разочарованным. Очевидно и главное достоинство картины - краткость. Её длительность - около пятнадцати минут.

Но на реакцию хотя бы близкую к восторженной, увы, не решусь. И вот почему.


Допускаю, что Марис, не будучи никогда глубоко погружённой в настоящий шахматный мир, сделала всё от неё в этих условиях зависящее. Но образ шахматиста у неё получился слишком пресным, слишком, если угодно, художественным для документального кино.

Проще говоря, она не читала рассказов Кажгалеева, не смотрела интервью Наумкина или видеоролики Коваленко. А среди многочисленных консультантов, видимо, не нашлось кого-то, кто бы ввёл её в курс дела. Не имеет значения, насколько близко ко всему этому "делу" непосредственно Шахматный поезд - для создания картины о шахматистах эти знания просто необходимы.

А так - нормальный фильм. Не скучный. Но и без огонька.


* * *

Чего не скажешь о следующем герое репортажа.


Ещё одно представление - сеанс вслепую от "короля" жанра Тимура Гареева. Бороться с двенадцатью участниками гроссмейстер начал в десять утра, закончил - между двумя и тремя часами дня.


По сравнению с мировым рекордом, который Тимур собирается "замутить" в Праге в декабре, нынешний сеанс - лёгкая прогулка. Гареев от начала до конца совершает её на велосипеде - так, говорит, мозги лучше работают.


Всё время испытания сестра "двоеборца" переживает за брата, а зять фактически является личным оператором и фиксирует на видео все достижения сеансёра.


Результат - десять побед, две ничьи. Уж не знаю и не хочу знать, что в таком случае чувствует вынужденный произнести громко "я сдаюсь", но кажется мне, что проиграть пижону в шортах на велосипеде - не то же самое, что шахматисту-интеллигенту в костюме при галстуке. Или я слишком глубоко копаю в этом вопросе?

Тимур - общительный парень, за время его короткого пребывания в Праге мы дважды беседовали, оба раза сохранены на плёнке. В чём мы точно сошлись - это в ощущениях от города, в котором находимся: обалденно!


Фото как фото. Про такие говорят: расслабься, болван, за тебя все достопримечательности уже давно и гораздо более качественно отсняли профессионалы. Так-то оно так, но в этом кадре есть одна тонкость - он сиюмоментный. Я просто шёл по городу, любовался чем попало, а заметив этот вид, взял да и запечатлел его, без всякой специальной техники, без штатива, просто щелчком. В этом вся Прага: в любом её месте, знававшем хотя бы одну пару туристических ног, в любую минуту можно обернуться в любую сторону - и тебе хорошо.

"Красивая архитектура рождает красивые мысли", - сказал один современный архитектор. Даже если это не отражается в репортажах вашего покорного слуги, поверьте - он прав на сто процентов.


* * *

Ну что, смог я вас убедить, что матч Навара - Раппорт не единственное, чем примечателен фестиваль?


А может быть, отбросить всю политкорректность и вообще заявить, что сам по себе матч без сопутствующих мероприятий не представляет никакого интереса?


Всё же многое зависит и от шахматного содержания. Будем называть вещи своими именами: в трёх партиях из четырёх смотреть было особенно не на что. Сценарий же четвёртой оказался банален: хозяин поля, испытывая, вероятно, некоторое психологическое давление, решил рискнуть, а хладнокровный соперник его на этом поймал. 


Жаль. Ведь это был тот случай, когда ничья играла в пользу зрелищности - при равном счёте назначался тай-брейк в быстрые шахматы. Вот и началась бы веселуха для зрителей!


А так - всего лишь гроссмейстер Роберт Цвек объяснил в комментарии, где любимец публики сыграл неправильно.


В очередной раз этот красивый трофей покидает пределы Праги. В большой упаковке Раппорт захватил его на прощальный ужин.


Проездом из одного опена в другой в чешской столице очутился именитый гроссмейстер Олег Романишин, составивший компанию нам всем в этот вечер. Да ещё как составивший!


Началось со скромного выбора блюд, продолжилось беседами. Постепенно становилось очевидным: сидящий рядом с шахматным ветераном победитель матча нуждается в сочувствии.


Что переходили с английского на русский - ещё полбеды. Когда заговорили о действующих политиках П., С., Т. и т.д., Раппорт молчал.

Когда в ход пошли воспоминания о жизни в Совке, Рихарду стало совсем скучно.

Когда же зазвучало "морально устойчив" и "идеологически выдержан", венгр уже мечтал выйти вон.

Когда официантка стала тушить свет в зале, а Романишин и не подумал прервать свою двадцать вторую историю, Раппорт с Наварой давно видели сны.

К тому моменту нас за столом и во всём кафе оставалось трое.


  


Комментарии

Чехия вломит Турции и всё

Чехия вломит Турции и всё будет окей!

Спасибо за отличный репортаж!

Спасибо за отличный репортаж! Хочу только уточнить несколько моментов.
Мою книгу зовут "Мой шахматный мир". (Не беру другим их шахматные миры, а позволяю заглянуть в свой.) Увы, перевода пока нет.
В цивилизированной средневековой Чехии побежденных обычно не четвертовали, а обезглавляли. Я просто высказал надежду, что не буду казнен.
На мой взгляд, три из четырех партий матча получились содержательными. Правда, наблюдать за ними пару часов я не стал бы, но это - не мое дело.
Беседу с гм Романишиным я счел очень интересной, однако к половине одиннадцатого часа вечера я не выдержал испытание временем.

Прошу прощения за глупую

Прошу прощения за глупую ошибку в названии книги. Исправлено.

Ничего страшного, это мелочь.

Ничего страшного, это мелочь. Что касается мной упомянутого испытания временем, то дело в том, что я жаворонок и очень рано просыпаюсь. Иначе с удовольствием остался бы дольше.
При дискуссии о скучных и не очень партиях припомню свой комментарий после третьей партии: "Видно, что у меня уже долго рейтинг в районе 2700. Вот какая интересная позиция и через пару ходов я превратил ее в битую ничью!" Зрителям понравилось.

Среди книг, разложенных на

Среди книг, разложенных на прилавке, меня сразу же привлекла биографическая, посвященная международному мастеру Карелу Опоченскому (1892-1975). Она - четвертая слева после книг о Флоре, Гельфанде и Фишере.
Кстати, хотелось бы немного добавить к информации Евгения, написавшего, что "наиболее высоко ценится - согласно соответствующим знакам на приложенных бумажках - "Мой шахматный мир" Давида Навары". Дело в том, что книга о Кареле Опоченском издавалась и в так называемом "президентском" формате: всего 99 копий: твердый переплет, имитированный под кожу. Цена около $40. Но и тут Давид Навара опередил всех: есть еще одно издание книги Давида, полностью кожаное, не более десяти экземпляров. Цена - не падайте в обморок - около $400.

Но вернемся к Опоченскому.
Книга, изданная в 2011 году, называется "Karel Opocensky. Prvni cesky sachovy profesional - Карел Опоченский. Первый чешский шахматный профессионал" (Prazska sachova spolecnost). Великолепно изданная книга: твердая обложка, мелованная альбомная бумага, прекрасно написанная биография, большое количество редких, не публиковавшихся ранее фотографий, отлично прокомментированные партии... Авторы: Властимил Горт, Витезлав Хаузка, Любомир Кавалек, Павел Матоха, сменивший "индейский гребешок" на вполне современную прическу. Короче, проект полностью удался, хотя, конечно, жаль, что книга не на английском.
Опоченский был довольно сильным шахматистом, одной из ведущих фигур в чехословацких шахматах на протяжении почти 50 лет. Звание мастера получил еще в 1913 году. Он - участник 4-х шахматных Олимпиад, на одной из которых, в 1933 в Фолкстоне, показал лучший результат на своей доске (+10-0=3). В последствии стал международным арбитром, судил в 1951 и 1954 годах матчи на первенство мира. Написал несколько книг.
Опоченский неоднократно играл с Акивой Рубинштейном, Александром Алехиным, Сало Флором, Яном Фолтысом, Людеком Пахманом. Поединкам с каждым из этих шахматистов посвящена отдельная глава, партии в которой прокомментированны Гортом.
Опоченский был небольшого роста, плотненький, постоянно курил (трубку, сигару). Даже на своей последней фотографии уже очень пожилой, с палочкой и большими пигментными пятнами на лице, Опоченский прикуривает трубку.
Были у него и дети: дочь Ева и сын Иван.

Я давно знал, что Опоченский придерживался коммунистических взглядов. Не выступал он против захвата коммунистами власти почти сразу после окончания войны, не возмущался лживыми обвинениями на процессе генсека компартии Рудольфа Сланского и его сподвижников, не был слышан и его протестный голос во время Пражской Весны. Осуждать Опоченского трудно: так поступало и поступает подавляющее, но безголосое, инертное большинство. Ну, да, не Карел Трейбал, не Коттнауэр, Кавалек или Горт, точно не Людек Пахман (скорее, его брат - коммунист и этюдист Владимир)...
Но вот что я прочитал в разрывающей сердце книге вдовы умерщвленного в ГУЛАГe гроссмейстера Владимира Петрова Галины Петровой-Матисы "Звезда, погасшая до срока" (Рига: Издатель Фонд Владимира Петрова, 2013): "В Праге я еще раз встретилась с шахматистом Карелом Опоченским. Мне казалось, что он был к нам расположен. Во всяком случае в Праге он был очень внимателен и предупредителен. В Праге был похоронен мой дядя Ваня — брат моей матери, жена его была чешка. Он был очень известным летчиком. Его в Чехословакии называли «королем воздуха». В начале 30–х годов он, выполняя какой–то трюк (кажется, мертвую петлю), разбился. Были пышные похороны, на которые ездила моя мама. Хоронило государство и поставило очень красивый памятник. Мама привезла из Праги кусок крыла самолета, на котором дядя Ваня разбился, с вделанной в него фотографией дяди. Карел помог мне разыскать кладбище, и сам с нами туда поехал. Он очень тепло высказывался о Петрове. Как же он мог после ареста Володи сказать, что даром не сажают?"

"Даром не сажают". Напоминает печально знаменитое российское "у нас невиновных не сажают!" Интересно, чтобы сказали о самом Опоченском его жене и детям, окажись он в чехословацком ГУЛАГе, построенном в "братской" стране советскими товарищами?
Теперь, думаю, понятно, почему для меня кончился человек Карел Опоченский, хотя и остался шахматист с таким именем.

Еще одна свежая-пресвежая

Еще одна свежая-пресвежая ассоциация, вызванная увиденной в статье Евгения Сурова фотографией с заголовком "Павел Матоха за чашкой кофе с постоянным гостем фестиваля, всегда элегантным Властимилом Гортом".
Здесь на сайте совсем недавно вспоминали матч Сборная СССР - Сборная Мира, состоявшийся в 1970 году в Белграде. И вот, читая очередную биографическую новинку, присланную из Европы, я наткунлся на текст, который, оказавшись абсолютно неожиданным, поверг меня, честно говоря, в шок.
Издательством Chess Evolution выпускается серия "Legendary Chess Careers - Легендарные Шахматные Карьеры". Формат у серии весьма любопытный - развернутое интервью с главным персонажем, иллюстрируемое избранными партиями. Автор серии является бывший чемпион Венгрии Тибор Кароли, перу которого принадлежит значительное количество биографических книг (Карпов, Каспаров, Таль, Юдит Полгар...). В этой серии уже вышли 4 книги, посвященные Портишу, Тимману, Сейравану и Горту. Анонсированы еще две: Эухенио Торре (самое первое издание о нем) и Нона Гаприндашвили.
Хорошие книги, но ничего неожиданного я в них не нашел, ... пока не добрался в книге, посвященной Горту, до описания вышеупомянутого командного матча в Белграде.
Властимил Горт играл на четвертой доске с Львом Полугаевским. Горт победил Полугаевского со счетом 2.5:1.5 В книге Кароли комментирует единственную результативную партию из этого мини-матча, но вот какой диалог (перевод с английского мой - Я.З.) предваряет партию:

Тибор Кароли: Вы играли в матче 1970 года СССР - Остальной Мир в Белграде. Фишер сказал, что вы должны играть на четвертой доске. Не могли бы вы поделиться воспоминаниями с этого исторического шахматного события?

Властимил Горт: Если Фишер сказал, что я должен играть на четвертой доске, то так тому и быть. Мне Полугаевский как человек совсем не нравился. Я думаю, он был завязан с партией, он был сыном партии.

Тибор Кароли: Вы хотите, чтобы я это вставил в интервью?

Властимил Горт: Да, вы можете это написать: я действительно его очень не любил. Играя с ним, я сказал самому себе: ты можешь его победить один раз, выиграть матч, и это останется навсегда. И это осталось навсегда.

Тибор Кароли: Да, матч остался в шахматной истории.

Властимил Горт: Я не ненавижу русских или советских, так как многие из них порядочные люди. Я не верю Полугаевскому. Я его очень не любил.

Я всегда уважал и уважаю Горта. Он - человек Свободного мира, к тому же невозвращенец. Как и Вацлав Гавел, как и Людек Пахман, оба, увы, ныне покойные, Горт - олицетворение новой, демократической Чехии. Но в данном случае, мне кажется, он не совсем прав. Да, конечно, Полугаевский использовался в противостоянии с Корчным, работал на Карпова и т.д. по установленному советскому стандарту, но называть его партийцем, сыном партии - явное преувеличение. Не был Полугаевский никаким партийцем. Плевать он хотел на эту систему, заставлявшую жить по созданным ею уродливым правилам. Поэтому и оказался на Западе при первой же возможности. Я не уверен в том, что Петросян искренне перед смертью раскаялся за организованную им травлю Корчного, но в случае с Полугаевским я уверен - Полугаевский всегда искренне, хотя и в душе, симпатизировал Корчному. Такая была жизнь в той стране. У нас крали не только жизни, но еще и подавляли чувства и желания. Средневековье какое-то...
Жаль, что этого не понимает Горт.

Как убедительно показал в

Как убедительно показал в своих работах Рене Генон ("последний метафизик Запада"), Средневековье было периодом расцвета человеческой цивилизации, эпохой немыслимой по нынешним временам интеллектуальной свободы. А ХХ-е столетие - это как раз и есть закат, полный упадок, деградация, "темные века", что-то древне-халдейское по своим источникам "вдохновения".

Вообще, мне хотелось бы вызвать шахматных историков и библиофилов на творческую дуэль. В серии публикаций на "Шехине" я собираюсь доказать на конкретных, неопровержимых фактах, как "дважды два - четыре", что матч в Багио был сплавным, и что все, написанное о нем, есть ложь и пропаганда. Никто из вас, дорогие друзья, ничего не знает об этом матче. Все книги, выпущенные о "поединке за шахматную корону в Багио", представляют собой макулатуру, вредную как для ума, так и для сердца. В том числе, и книги непосредственных участников тех событий.

Кто из шахматистов и историков готов был бы принять участие в такой творческой дуэли?

Смотрите также...

  • За девять олимпийских дней у автора этих строк накопилось немало фотографий, предназначавшихся для сайта, то есть для вас, но по разным причинам не попавших в публикации. Устав косо смотреть на главреда, я предложил ему собрать часть из них в отдельный репортаж. Зная о его склонности к цензуре, боялся нарваться на отказ, если не на увольнение. Но - о, чудо! - начальник дал добро. Надеюсь, снимки придутся вам по вкусу, и вы узнаете о бакинском празднике ещё что-то, чего до сих пор не знали.

  • Меньше всего под облаками ожидал увидеть Его.

  • В Сочи в эти дни проводятся сразу несколько командных турниров чемпионата России: здесь и две главные мужские лиги, и соревнования женщин, и ветеранов, и юношей и девушек. Свидетелем всего действа стал наш фотокорреспондент Михаил Шолудько. Ему есть чем поделиться с вами.

  • И снова наш фотокорреспондент посетил командные первенства России в сочинской гостинице "Жемчужина". На сей раз Михаил Шолудько обнаружил в игровом зале не только знакомые лица, но и героиню сверхпопулярной нынче песни Сергея Шнурова. Рука не дрогнула, фотокамера осталась цела. И вот что в итоге получилось.

  • Мы уже рассказывали и показывали, как Таня Сачдев впервые в жизни встала на лыжи. Теперь в распоряжении Chess-News появились кадры, свидетельствующие о том, как провели выходной день еще две участницы проходящего в Подебрадах матча "поднежники" - "ветераны". Валентина Гунина и Алина Кашлинская предпочли лыжам Прагу. И это неудивительно: в чешской столице Гунина тоже побывала в первый раз.

  • Хоу Ифань прибыла в столицу Чехии, чтобы сыграть матч из четырех классических партий с Давидом Наварой в рамках традиционного июньского фестиваля Cez Chess Trophy. Поединок стартует завтра, а в минувшие выходные экс-чемпионка мира уже успела прогуляться по красивейшему городу вместе с мамой и дать сеанс одновременной игры на двадцати досках.

  • Все гостиницы, в которых жили (как жаль: пора использовать режущее слух и душу прошедшее время) участники и гости Олимпиады, расположены в большей или меньшей близости от бульвара - самой фантастической части Баку, облик которой меняется с каждым годом, месяцем, днём. И хотя темпы реконструкции в последнее время ощутимо замедлились - об этом, во всяком случае, мне поведал самый надёжный из всех существующих источников - таксист, - знаю точно: свой город не всегда узнают даже сами его жители.

  • Руслан не лукавит: при счёте 1-1, когда его партия с Томашевским перевернулась, напряжение нещадно подскочило. Места выбывших один за другим Коробова, Непомнящего, Грищука и Волокитина не остаются вакантными и гостеприимно принимают всех, кто желает стать свидетелем драмы.

  • Из самой дальней по береговой линии гостиницы до места игры автобус довозит за двадцать минут при полицейском сопровождении. Движение, как сентябрьское небо, совсем безоблачным не назовёшь, но кое-где дорогу для участников искусственно (и искусно) открывают, а где-то для кортежа выделены специальные полосы. У входов в Кристальный зал не замечено даже подобия людской пробки, что для первого игрового дня Олимпиады с двумя тысячами участниками есть более чем приятная неожиданность.