Алексей Дреев: "Шахматы - мир иллюзий"

Вторник, 31.05.2016 22:30
Аудио: 

You may need: Adobe Flash Player.

You may need: Adobe Flash Player.

You may need: Adobe Flash Player.

Запись прямого эфира: 29.05.2016
Длительность: 5 часов

Выборочная расшифровка эфира


Е.СУРОВ: Дамы и господа, к вашим услугам Алексей Дреев!

А.ДРЕЕВ: Да, я здесь.

Е.СУРОВ: Я напомню, что Алексею можно задавать вопросы в Твиттере, Вконтакте и на нашем сайте. Пишет Антон Исаев: "Алексей, мне очень понравился ваш труд про защиту Каро-Канн, и назрел такой вопрос: планируете ли вы писать еще какие-либо шахматные книги?". Довольно стандартный вопрос.

А.ДРЕЕВ: Да нет, вопрос нормальный. Планирую, но пока не могу точно сказать, что это будет. Может быть, это будет вообще не дебютная книга. Дело в том, что про дебюты стало сложно писать, поскольку все издательства, которые этим занимаются, как-то смотрят друг на друга. И если, допустим, в каком-то одном издательстве что-то появилось – какая-нибудь французская защита, - то другие уже стараются писать на другую тему. А темы-то всё-таки не бесконечны. А поскольку я не хочу писать не пойми о чём – е4-с5-h4 и что-то в таком духе, - хочется всё-таки взять какую-то серьёзную тему, которая к тому же будет ещё и знакомая, то поэтому выбор сужается. Я, конечно, могу довольно много написать, но в связи вот с этим обстоятельством пока не знаю, что это будет. Может быть, имеет смысл написать какую-то другую книгу. Но и так уже написано много хороших книг.

Е.СУРОВ: А скажи, пожалуйста, правильно ли я понял, что ты хочешь написать книгу, но пока ещё не знаешь, о чём? То есть ты ещё не решил, что ты хочешь сказать своим читателям?

А.ДРЕЕВ: Нет, почему же? Я мог бы написать книгу, но мне не хотелось бы писать дебютную книгу, потому что они всё-таки устаревают. Хотя, конечно, в книге всегда остаётся некий стержень, от него отталкиваешься и идёшь дальше. Конечно, хорошие дебютные книги нужны, с этим никто не спорит. Но всё-таки хотелось бы написать что-то в целом о шахматах, может быть, своё представление о каких-то важных вещах. Такая мысль есть, но она пока ещё очень расплывчатая. Поэтому я пока ничего планировать не буду. Но если поступят какие-то многочисленные просьбы, то я, наверное, не откажу. Мне есть чем поделиться. Но всё это очень сложно донести, потому что всё это может быть очень субъективным, какие-то вещи не всем подходят. Допустим, есть хорошие книги великих шахматистов, и люди думают, что вот сейчас они их прочитают и станут такими же. Не станут. Вот есть блестящая серия книг Каспарова "Мои великие предшественники" и тем есть много всего нейтрального. Но если прочитать избранные партии Каспарова и попытаться научиться играть так, как он, по его комментариям и пояснениям, то этого не получится, потому что этого недостаточно. Даже стиль перенять не получится, про силу игры я вообще не говорю.

Е.СУРОВ: А ты знаешь, почему люди вообще задают такие вопросы? "Какие книги рекомендуете прочесть?", "какие дебюты рекомендуете сыграть", и так далее. Таких типов вопросов очень много. Люди ведь хотят именно того, о чём ты говоришь – они хотят, чтобы их кто-то научил, грубо говоря, стать чемпионом мира. То есть прочесть книгу – и стать чемпионом мира.

А.ДРЕЕВ: Да, это иллюзия, и я понимаю, что за счёт этого книги и живут. Конечно, такие книги не могут слишком многому научить, но кое-чему научить могут. Всё-таки недооценивать влияние книг не надо. Но их всё же недостаточно. Если человек хочет чего-то в шахматах добиться, то очень многое зависит от самоанализа, от практики. Не надо думать, что книгу прочитал – и всё. Даже если ты там всё понял, то за доской ты сделаешь по-другому. Книги – это некая часть для образования, достаточно нужная, но всё-таки часть. Я – за книги, но не надо преувеличивать их значение, поскольку процесс шахматного мышления гораздо сложнее, тут, мне кажется, нужны даже какие-то медицинские исследования на эту тему. Сейчас вроде бы внедряется мысль о том, что надо заниматься не только телом, но и мозгом, его здоровьем. Институт мозга давно существует, а сейчас тема "Как сохранить здоровье мозга" вообще очень популярна, поскольку в современном мире атака на мозг идёт очень серьёзная.

Е.СУРОВ: Откуда? Откуда-то из-за океана?

А.ДРЕЕВ: Нет, почему? Просто резко увеличился объём информации, и мозг стал труднее адаптироваться ко всему этому. В шахматах происходит ровно та же вещь, потому что информации очень много, ты её получаешь, но использовать её всю – это иллюзии. Ты посмотрел в книге, как правильно сделать то-то и то-то, но когда ты приходишь, ты не можешь это сделать сам. Тут всё гораздо глубже. Тут надо понять собственное мышление и работать с ним, улучшать конкретно его, потому что у всех мышление разное. Так что тут часто бывает так, что шахматист хорошо понимает позицию, а играть не может, результатов у него нет. Зато понимание у него хорошее. Или наоборот, понимания никакого, а играет нормально, и результаты есть. Таких шахматистов очень много.

Е.СУРОВ: Мы знаем и тех, и других.

А.ДРЕЕВ: Ну, пока мы их называть не будем.

Е.СУРОВ: Просят рассказать о недавнем чемпионате Европы, в котором ты участвовал, о твоих впечатлениях и о том, чем он запомнился. А ко второй части вопроса я попозже вернусь.

А.ДРЕЕВ: Да, не всё сразу, потому что потом я могу забыть вторую часть. Ну, как вы знаете, чемпионат был проведён в необычном месте – в Косове. Это республика, которая одной частью света признаётся как государство, а другой не признаётся. Это бывшая часть Сербии, и я не знаю, как она сейчас представлена. Наверное, в каких-то организациях представлена, а в каких-то нет. По крайней мере, теперь в Европейском шахматном союзе она представлена точно, и это одна из идей организаторов. Насколько я понимаю, это была главная идея – добиться её политического признания в целом и с помощью шахмат в том числе. И в какой-то степени им это удалось. Но мы в этом процессе не участвовали, мы просто приехали играть чемпионат, из которого можно отобраться на Кубок мира, поэтому нас эта политическая часть не волновала. Меня она тоже не волновала. Хотя я знаю, что Россия не признаёт эту республику, никаких дипломатических отношений, соответственно, с ней нет, но я опускаю какие-то свои мысли на этот счёт. Просто люди должны понимать, что мы поехали туда, не имея выбора, потому что другого способа отобраться нет. Только в следующем году ещё, но хочется всё-таки иметь две попытки.

Что касается организации. Было видно, что люди старались. Не то чтобы была какая-то массовая толпа болельщиков, но простые, обычные люди относились хорошо. Видно всё-таки, что в стране не всё в порядке, чувствуется какая-то напряжённость, ощущалось, что иностранцев там в большом количестве не привыкли видеть, на нас обращали повышенное внимание на улицах и так далее. Но мы к этому быстро привыкли, потом как-то всё вошло в привычное русло. На самом деле, проблема была только одна – размещение. Мы играли в отеле, в котором был довольно приличный зал – там было всё, что нужно. То есть общественные зоны были достаточно хорошие. Конечно, на прошлом чемпионате они были лучше, но давайте будем объективны, тут они тоже были нормальными. Трансляция была, кофе и чай были, вода была. Про мелочи я не буду говорить. Но проблема в том, что номера, в которых было предложено жить участникам, совершенно непригодны для жилья. Я туда зашёл – там пять метров. Номер чистый, с этим всё нормально. Но там стоит кровать, и всё. Даже стула нет, потому что его некуда поставить! Я представил, что надо сидеть на этой кровати, лежать тоже на ней, заниматься и готовиться тоже на ней, и в ужасе оттуда убежал. Мы с такими же бедолагами, как и я, нашли какую-то гостиницу. То есть мы все понимали, что две недели в таких условиях жить невозможно. А у меня ещё и балкон не открывался, то есть жить без воздуха. Хотя так номер чистенький, но просто в буквальном смысле клетушка. Хотя шахматисты привыкли к спартанской обстановке, но тут было совсем уж как-то… Ещё и ремонт где-то шёл. Так что мы нашли что-то такое своеобразное, но недалеко от зала и более или менее решили проблему. Но я знаю, что у многих эта проблема была: у кого-то воды не было, у кого-то тот же ремонт шёл, у кого-то просто эти пять метров. Это всё, конечно, не здорово. И мне кажется, что прежде чем организовывать в таких местах турниры, надо проводить какую-то инспекцию. Я не знаю, была ли там инспекция, но надо как-то все эти моменты оговаривать. Потому что, наверное, когда приезжает человек с инспекцией, его поселяют в хорошем номере, в люксе, и ему кажется, что всё хорошо. В принципе там место красивое – речка, природа и так далее. Но надо было, наверное, поинтересоваться, как это будет у большинства, и уже тогда принимать решение. То есть я не могу сказать, что нас куда-то бросили, как десант, и мы были в какой-то опасности. Нет, всё было нормально, люди очень приветливые, хорошие, Эрнесто Инаркиев об этом написал, и всё это так и есть. Просто была действительно проблема с размещением, и это очень сильно портило впечатление от всего остального. А во всём остальном, если не касаться какой-то политики, было нормально.

Е.СУРОВ: Даниил Дубов задал в своём фейсбуке такой вопрос: "Что должно произойти, чтобы шахматисты проигнорировали турнир и не приехали на него?".

А.ДРЕЕВ: Я думаю, что он тоже имел в виду, в первую очередь, размещение.

Е.СУРОВ: Я уже ставлю перед тобой этот вопрос. Может что-то произойти такое, чтобы шахматисты как-то выразили своё отношение, свой протест?

А.ДРЕЕВ: Да нет, всё равно, конечно, поедут. Хотя сюда очень многие не приехали. Я должен сказать, что этот чемпионат, безусловно, самый слабый за последние годы в шахматном плане. Но вместе с тем он и сильный. Это я говорю не потому, что я отобрался на Кубок мира, с чем ты меня, видимо, хотел поздравить. Но ещё и потому, что я знаю, как это было для меня сложно, и сколько сильных шахматистов не отобрались. Можно вспомнить и Пономарёва, который всё время сидел на первых столах, а в итоге проиграл и не отобрался. Блестящие шахматисты Коробов, Лазничка и многие другие – можно посмотреть таблицу - тоже не попали. Но вместе с тем это был самый слабый турнир. И это объективно так, потому что не приехало огромное количество сильных шахматистов. Не было ни одного азербайджанского шахматиста, много европейцев не приехало, естественно, не было никого из Сербии и из других мест. Думаю, что турнир мог бы быть  в два раза сильнее. Но это не умаляет, тем не менее, достижений победителей, поскольку всё равно турнир сильный. То есть он сильный запасом.

Е.СУРОВ: Так вот, о поздравлениях. Тебя хотел поздравить не только я, но и Юрий Волков, который задал этот вопрос, и он тебя поздравляет. А меня вот что интересует. Какое место ты там занял, восемнадцатое?

А.ДРЕЕВ: Это смотря как считать. Можно сказать, что это было шестое – двадцать шестое, а можно сказать, что восемнадцатое. Кому что нравится.

Е.СУРОВ: Хорошо, пусть будет шестое – двадцать шестое. Это для тебя является успехом? С этим действительно можно поздравлять? Если не брать в расчёт отбор на Кубок мира.

А.ДРЕЕВ: Секундочку, а как его можно не брать в расчёт? Там же любое место до двадцать третьего – это, по сути, первое место.

Е.СУРОВ: Ну как, а деньги?

А.ДРЕЕВ: Деньги, это, конечно, хорошо…

Е.СУРОВ: И титул чемпиона чемпионата Европы.

А.ДРЕЕВ: Ну да, но давайте первое место оставим в покое – это первое место. А вот между всеми остальными я уже никакой разницы не вижу. Ну, призёры, но это уже не имеет значения. Да, третье место получило больше денег, но это просто чтобы отбить расходы на дорогу, по сути. Всем ведь известно, что поездка была за свой счёт, хотя частично кому-то из шахматистов помогают, кому-то нет. Но всё равно в общем итоге эта поездка по расходам уходит в минус, вопрос только, в какой. Поэтому тут никакого значения не имеет, третье место у тебя или двадцать третье – это одинаково хорошо. Поэтому в данном случае, если бы меня спросили: ты хочешь третье место или двадцать третье? – я бы сказал: мне всё равно. Лишь бы оно было достаточным для квалификации на Кубок мира. Если же ты меня спрашиваешь о какой-то обычной ситуации, то, конечно, мне такое место не нравится, хочется получше. Но опять же, здесь это не имеет значения, здесь стоит задача – квалифицироваться. По крайней мере, для большинства вопрос стоит именно так. Есть совершенно отчаянные люди, которые борются за что-то ещё, доказывают что-то себе, окружающим. У кого-то получается, у кого-то нет. Но главное в том, чтобы квалифицироваться. А там уже в нокауте пытаться добиваться каких-то целей. То есть для меня главным было то, что на последних двух чемпионатах Европы я не смог отобраться. В Ереване у меня было "+3", а последнюю партию я проиграл. В Иерусалиме уже не помню, что было, но я тоже не попал. Так что отобраться – это довольно сложная задача, поверьте на слово. Те, кто отбирался, меня поймут. Это очень нервное занятие. Опять же, можно посмотреть на известных людей, на того же Руслана Пономарёва, который начал турнир просто блестяще, показал фееричную игру на старте! Причём играл он в такой манере, что мне показалось – вот это будущий чемпион Европы. Правда, он уже был чемпионом мира, поэтому ему это, может, не так надо. Но мне казалось, что у него будут лучшие показатели. И что вы думаете? Где-то к середине турнира что-то поменялось, потому что нервное и физическое напряжение высокое, и он не смог. Мне за него очень обидно! Потому что он проводил очень достойные партии, играл очень смело. Но, как видите, одной смелости оказалось недостаточно. Кому-то хватает одной смелости, а на кого-то действует нервное напряжение. Это всё очень тонкие материи. По крайней мере, даже такой великий шахматист, как Пономарёв – а он, безусловно, великий шахматист, - набрал в итоге всего лишь "+2". И этот список шахматистов можно продолжить. Так что всё это непросто. Поэтому своим местом я доволен, независимо от того, шестое – двадцать шестое оно или восемнадцатое, поскольку цель достигнута, и эта цель – выход на Кубок мира.


* * *

Е.СУРОВ: Был ещё такой вопрос: как восстанавливаться после поражения? Или мне он померещился? Но даже если и померещился, то почему бы на него не ответить?

А.ДРЕЕВ: Тут нет чётких рецептов и быть не может. Как сказал кто-то из шахматных классиков, "поражение – это маленькая смерть". Это так и есть, с этим ничего не сделаешь. Но есть люди, которые эту проблему как-то для себя решили.

Е.СУРОВ: А ещё они сказали, что "пораженья от победы ты сам не должен отличать".

А.ДРЕЕВ: Ну, говорить можно всё, что угодно. А на деле поражение – это страшная вещь. И я очень уважаю людей, которые это спокойно переносят. Я видел таких. Но на самом деле иногда думаешь о каком-нибудь сильном шахматисте: а почему он перестал играть в шахматы? Кто-то разочаровался в шахматах, кто-то перешёл на тренерскую работу (я сейчас не себя имею в виду, я как раз больше практик, хотя немножко работаю тренером, фифти-фифти), а на самом-то деле не все могут пережить поражения. Так что единого рецепта здесь нет, нужно просто сохранять спокойствие. Всё-таки шахматы – это мир иллюзий, и не надо так уж убиваться. Но на самом деле это всё слова, а на деле тяжело переносить поражение. И многие хорошие шахматисты просто не выдерживали этого состояния. Кто-то из тех, кто надёжно играет (по-моему, Ульф Андерссон, но боюсь ошибиться) сказал: "Для меня лучше три ничьи, чем две победы и одно поражение". И это не шутка, и если бы пришлось так выбирать, он выбрал бы три ничьи. Конечно, если посчитать: так полтора очка, а так два, и вроде две победы и одно поражение получается лучше. А вот не лучше! Потому что после поражения человек в состоянии стресса теряет здоровье и потом не может нормально играть, и он эти дополнительные пол-очка растеряет очень быстро.

Так что поражение – это очень большая проблема. Вот мы говорили про книги – о чём писать? Вот как раз такие темы очень интересны и очень злободневны, потому что поражения случаются у всех. И как после этого выходить, как приходить в нормальное состояние? Это очень сложно. Мы видим реакцию даже великих шахматистов на поражения. Даже в тех же блицах они очень нервничают, хотя можно сказать: что там нервничать, подумаешь – блиц! Но это только легко сказать. Я вообще обратил внимание, что чем более сильный шахматист, тем сильнее он переживает поражение и тем сильнее у него какое-то невменяемое состояние после него. А чем шахматист слабее, тем он легче его переносит. Вот в этом и отличие великих шахматистов – они не переносят поражений, они очень глубоко переживают! Конечно, внешняя реакция может быть разная: кто-то может что-то кричать, кто-то вообще замолчать на время. Но суть в том, что они все глубоко переживают поражения, и это признак великого шахматиста. Вот если шахматист не переживает после поражения – я не имею в виду внешний элемент, а именно внутри себя, - значит, это уже не чемпион мира, как мне кажется. Другое дело, что он может этого не показывать, быть очень сильным, и к таким людям я отношусь, как уже говорил, с большим уважением. Я сам не достиг в этом совершенства, мягко говоря.

Е.СУРОВ: То есть ты недостаточно переживаешь?

А.ДРЕЕВ: Нет, я переживаю достаточно, даже как чемпион мира. Но я не умею это скрыть. Я совершенно деморализован после поражения, и чтобы войти в ритм, мне нужно какое-то серьёзное время. А лучше – тут же за доску садиться и играть следующую партию. Это, кстати, одна из скрытых причин, почему я – за короткий контроль (я так плавно, но неожиданно перешёл на тему контроля). Потому что можно тут же отыграться. И стресс как-то уходит, когда ты борешься. А если ты проиграл партию, а потом у тебя ужин, а потом выходной день, а потом опять обед и ужин, потом подготовка, то ты в этом стрессе находишься очень долго.

Е.СУРОВ: Даже не выходной день. Достаточно ужина, потом времяпрепровождения вечером, потом сна, которого может и не быть, потом подготовка к следующей партии… И ты уже не в том состоянии, в котором нужно.

А.ДРЕЕВ: Конечно. Клин можно вышибать только клином, то есть следующей партией. Так что из этого состояния можно выйти, только если после проигрыша – следующая партия, и чем быстрее она будет, тем лучше. Хотя, конечно, и при коротком контроле после какой-то партии всё равно будет перерыв на следующий день, за один день ведь турнир не играется. Но всё равно как-то больше вероятность, что ты что-то сделаешь нормально. Я даже заметил, что если проиграл партию, а потом в хорошей партии упустил шансы и сделал ничью, то всё равно как-то другое состояние, чем просто проиграл. Хотя, казалось бы, чему радоваться? Ещё одна неприятность случилась, упустил шанс. Но всё равно оно как-то веселей. Не знаю, почему так происходит, это тонкие психологические моменты, о которых люди знают, но ещё никто никогда не проводил их анализ. А ведь многие вещи можно увидеть и сделать какие-то выводы, дать какие-то советы. Но эта тема психологических факторов почему-то не очень обсуждается. Хотя в шахматах очень много всего такого.

Е.СУРОВ: А между прочим, на нашем сайте регулярно появляются статьи (как мы их в шутку называем, "басни Крылова"), которые пишет массажист-психолог (это такая профессия). И он как раз уделяет много внимания теме восстановления после партий, в том числе и восстановления после поражения.

А.ДРЕЕВ: Да, там есть любопытные моменты, я тоже эти статьи читаю по возможности. Там есть действительно ценные советы, что и говорить. Но хочется послушать в этой ситуации  мнение тех, кто в этой ситуации находится, а не тех, кто рядом. Это всё-таки разные вещи. Хотя, конечно, на этот счёт интересно любое мнение. Хотя он пишет о состоянии тех, кому помогал, но он сам всё равно не может влезть в эту шкуру полностью, ощутить это на себе. Он наблюдал всё это со стороны. Но всё равно, любые наблюдения на этот счёт интересны, и попытка это популяризировать тоже интересна. Конечно, с чем-то можно соглашаться, а с чем-то нет – это другой вопрос. Но в любом случае такая тема есть, и хорошо, что кто-то её поднимает. Потому что психология в шахматах – это очень серьёзно, а я не вижу на этот счёт каких-то глубоких научных статей. Может быть, я что-то не то читаю. В советские времена, помнится, этим всё-таки занимались, были такие проекты, ныне позабытые. Но сейчас этого нет.


* * *

А.ДРЕЕВ: …всё-таки мыслить нешаблонно – это очень важно. Но этому надо учиться, это просто так не возьмётся. Если человек всю жизнь мыслил чужими мыслями, то как ты будешь нешаблонно мыслить? Но это сложная тема.

Е.СУРОВ: Алексей, во всех сферах, и не только в шахматах, процентное соотношение таково, что 4/5 – грубо говоря, идиоты, и 1/5 – думают своей головой.

А.ДРЕЕВ: Я бы не стал использовать слово "идиоты". Ведь человек, которого ты хочешь назвать идиотом, на самом деле, может быть очень умный, просто у него нет какой-то силы воли (опять немножко штамп получается, но зато понятно) думать иначе, чем другие. Или он не может выделяться, такие у него психологические особенности. Разве он идиот? Совершенно не обязательно. Просто у него такая защитная реакция. Как в животном мире – не выделяться, затаиться, не высовываться. Или, если ты в какой-то большой толпе, делать, как все, и тогда тебя тоже незаметно. Это защитный ресурс вообще любого живого существа, и не надо думать при этом, что человек – идиот. Он может быть гораздо умнее того, кто действует необычно, по-другому. Если кто-то делает что-то необычно, то это не значит, что он умнее, чем тот идиот, который делает что-то, как все. Это сложнее вопрос. Но я, наверное, сейчас не туда куда-то пошёл в своих рассуждениях.

Е.СУРОВ: Так это я тебя увожу не туда своими философскими высказываниями.

А.ДРЕЕВ: Ну, это интересно всё-таки.


* * *

Е.СУРОВ: Вот тут один англоязычный читатель в Твиттере спрашивает, нельзя ли твиттить цитаты Алексея Древа на английском языке. Ребята, а нам некому! Если кто-то из энтузиастов возьмётся, то мы будем только рады. Поскольку у нас в Твиттере идут цитаты из того, что говорит Алексей Дреев, а у него «что ни слово, то Цицерон с языка слетел»… Видимо, люди переводят с помощью Гугла, и настолько им это интересно, что они хотят, чтобы и на английском тоже писали.

А.ДРЕЕВ: Если ты заметил, я сегодня достаточно сдержан в оценках. Но я не знаю, что там за цитаты, надо посмотреть, насколько это объективно интересно.

Е.СУРОВ: Если кто-то из желающих возьмётся за это, мы будем только рады.

А.ДРЕЕВ: На самом деле, можно спросить меня перед тем, как публиковать, на самом ли деле я так думаю или просто так сказал. Это нелишне будет.

Е.СУРОВ: Как?!

А.ДРЕЕВ: Ну а что?

Е.СУРОВ: Удивительный у меня собеседник! Который что-то говорит, а потом у него ещё надо уточнить: так ли он думает на самом деле, или он это просто так сказал.

А.ДРЕЕВ: Естественно! А ты знаешь статистику, сколько люди говорят неправду в обычной жизни? Я просто сейчас боюсь в цифрах ошибиться, но они постоянно говорят неправду, и это считается нормальным. Поэтому прежде чем печатать, надо всё-таки спросить у меня, действительно ли я это имел в виду? Переспросить нелишне. Двойная нокаут-система по Халифману, например. Помнишь, была такая? Но это уже шахматы.

Е.СУРОВ: Да, для беседы это уже слишком.

А.ДРЕЕВ: Здесь я тоже предлагаю ввести двойной нокаут и лишний раз переспросить: а действительно ли ты так думаешь? Или просто говоришь.


* * *

А.ДРЕЕВ: Всё-таки шахматы – удивительно богатая игра! Чем больше я занимаюсь шахматами, тем больше понимаю, что она просто какого-то неземного происхождения.

Е.СУРОВ: А я вот всё пытаюсь свести к философскому смыслу. Вот смотрим мы партию, играют два шахматиста. Хорошие шахматисты, играют интересно, творчески. А мы смотрим эту партию на компьютере: такой-то ход правильный, такой-то неправильный, тут такая оценка, тут другая оценка. В чём смысл всего этого?!

А.ДРЕЕВ: Красота меняется. В разное время всё менялось: вкусы, стиль одежды, внешность, поведение. Разное время давало разных героев, и красота воспринималась по-разному. Если говорить о картинах, то когда-то рубенсовские женщины кого-то привлекали, а сейчас… Тебе виднее, ты по музеям ходишь, а у меня нет времени. Но красота бывает разная. Сейчас вот такая красота стала – немножко компьютерная.

Е.СУРОВ: Чтобы понять, какие женщины красивые, мне даже в музей необязательно ходить.

А.ДРЕЕВ: Достаточно прийти на работу, что ли? А то есть такие отдельные товарищи, которые и на работе могут оценить какие-то стили и направления. Но у меня рабочего места нет, поэтому приходится как-то больше самому догадываться о том, что есть что.

Е.СУРОВ: У меня оно есть. Оно там, в верхней части моего тела. Там моё постоянное рабочее место. Другого у меня тоже нет.

А.ДРЕЕВ: Я считаю, что в каком-то смысле за тебя можно порадоваться.


* * *

А.ДРЕЕВ (о ситуации на доске): А здесь у нас что? Ой-ой-ой! Как говорят, не разберёшь без… Ладно, не буду заниматься пропагандой алкоголизма.

Е.СУРОВ: Почему? А тут как раз и вопрос есть Вконтакте, и мне он почему-то нравится. Марк Вебер спрашивает: "Почему шахматисты бухают?".

А.ДРЕЕВ: Почему-почему… Потому что с трудом переносят поражения! Это основная причина. От того напряжения, о котором я говорил, хочется уйти. У кого-то всю ночь варианты в голове крутятся, а кто-то, образно говоря, "укололся и забылся". Конечно, понять людей можно, но всё-таки пропагандировать этот способ не будем. По крайней мере, какие-то его отчаянные формы. Да, бывает, когда нужно как-то расслабить нервную систему, но тут каждый сам выходит из этого состояния. А состояние это неприятное, я уже об этом говорил.

Е.СУРОВ: Вообще из этого вопроса можно подумать, что шахматисты в целом бухают больше, чем представители других профессий. Это так или нет?

А.ДРЕЕВ: Нет, думаю, что меньше. Потому что, как правило, после поражения турнир не заканчивается, его нужно продолжать играть. А если ты уходишь в такое пике, то, конечно… Только отдельные сильные личности могут это позволить себе. Такие тоже есть в шахматном мире. Они могут себе позволить и то, и другое: и напряжение снять, и ещё прилично играть при этом. Но всё-таки даже и у них силы немножечко начинают сдавать. Поэтому я всё же не рекомендую. Я понимаю таких людей, более того – я им сочувствую, но рекомендовать этого не буду. Это неправильно. По крайней мере, после одного поражения. После двух, может быть, уже и можно! Но после одного надо ещё как-то надеяться на лучшее и радоваться тому, что нет выходного.


* * *

Е.СУРОВ: Буквально только что Андрей Пунин опубликовал вопрос: "Алексей, вы написали хорошую книгу по защите Каро-Канн. В связи с этим у меня есть вопрос. В книге вы отметили, что после 3.e5 Bf5 4.h4 лучшее продолжение - это 4...h5. Тем не менее, в партии чемпионата Европы, совсем недавно, против Андриасяна вы делаете сомнительный ход 4...h6 и, грубо говоря, не выходите из дебюта".

А.ДРЕЕВ: Именно так. Это единственная партия, которую я проиграл. Сожалею об этом, и в следующий раз пойду 4…h5.

Е.СУРОВ: Андрей продолжает: "Мне как мастеру ФИДЕ интересна причина такого казуса".

А.ДРЕЕВ: Да нет здесь никакого казуса, и для человека мастерского уровня это совершенно очевидно. Просто люди со временем привыкают к каким-то вариантам – и к хорошим, и к плохим. Я привык к 4…h6. Но похоже, что, действительно, пора отвыкать. 4…h5 – это на самом деле сильнейший ход, но здесь противоречия нет, хотя все его ищут. Если пишешь в книге, что 4…h5 – это сильнейший ход, а сам играешь 4…h6, то все думают, что что-то тут не так. На самом деле, всё легко объяснимо. 4…h5 – это сильнейший ход, но я его до этого никогда не делал, поэтому пошёл так, как ходил до этого десять раз – то есть 4…h6. Но после этой партии, наверное, действительно пора уже что-то менять в своей жизни и ходить 4…h5. Хотя замечу, что Наер пошёл 4…Qc7, правда, тоже проиграл, по-моему. Вообще вариант с 4.h4 довольно интересный, но думаю, что ходом 4…h5 надо его встречать, и здесь моя рекомендация, написанная в книге, - правильная. Так и надо играть, а вот 4…h6 играть не надо. Но я в следующий раз всё равно могу сыграть 4…h6, поскольку в той партии я имел нормальную позицию, просто потом немножко ошибся.

Е.СУРОВ: Не так давно Леонид Парфёнов сказал: ерунда это всё, что умный учится на чужих ошибках. В лучшем случае – на своих. И это ещё хорошо, если свои ошибки можно переосмыслить. У меня в жизни тоже так часто случается – я знаю, что та иная развилка приведёт к худшему (я сейчас говорю не о шахматах, а просто провожу некую параллель). Но всё равно пока сам не попробуешь, пока сам эту ошибку не сделаешь, ничего не поймёшь.

А.ДРЕЕВ: Там нет никакой ошибки. Это всего лишь третий ход, поэтому никак нельзя назвать ход 4…h6 ошибкой. Ошибка случилась потом. Другое дело, что сам тип позиции несколько нестабильный, но и после хода 4…h5 он не такой уж стабильный. Так что здесь нужно много и долго разбираться. Но ход 4…h5 действительно более надёжный, поэтому я его и рекомендовал. Ну а сам играю ненадёжный – что же тут поделать? Кому-то же надо демонстрировать ненадёжность.

Е.СУРОВ: Кому-то же надо двигать теорию.

А.ДРЕЕВ: В общем, нет тут никакой загадки.

Е.СУРОВ: Вопрос с сайта Chess-News. Mik их прислал целых пять, хотя они идут друг за другом. Он пишет: "С момента выхода вашей книги "Сто избранных партий" прошло почти десять лет. Было ли продолжение рассказа о вашей спортивной карьере, о ваших партиях? И пишите ли вы продолжение этой книги?".

А.ДРЕЕВ: Мысль вообще-то любопытная. Но я просто не знаю, интересно ли это кому-то. Но какие-то хорошие партии за это время появились, просто нет уверенности, что это будет кому-то интересно. Хотя со стороны трудно это оценивать. Если бы я почувствовал, что к этому проявляется какой-то минимальный интерес, то можно, наверное, сделать и продолжение. Мысль нормальная, но я просто хочу быть объективным: найдутся ли желающие это читать? Сейчас многие шахматисты пишут свои сборники, но я ни одного не видел.

Е.СУРОВ: Как минимум, один желающий есть – тот, кто задаёт этот вопрос.

А.ДРЕЕВ: Вот когда этих вопросов станет больше, тогда, видимо, стоит заняться написанием продолжения. Но вообще писать книги – дело кропотливое. Намеренно плохо я писать не умею, пытаюсь писать хорошо, а уж как там получается – не мне судить. Но это отнимает довольно много сил и не так легко.

Е.СУРОВ: Но есть ещё такой способ. Можно нанять какую-нибудь красивую девушку-машинистку, и ты будешь просто надиктовывать, а она будет печатать. Это хорошее решение вопроса во всех смыслах.

А.ДРЕЕВ: Нет, услугами машинисток я не пользуюсь, поэтому придётся всё делать самому. Поэтому я знаю наперёд, что это – дело непростое, так что тысячу раз подумаю, прежде чем начать. Совсем недавно я закончил книгу, поэтому знаю, что это трудно. Это у меня, по-моему, уже шестая книга. Нельзя сказать, что они приносят какие-то дивиденды, но люди читают и даже иногда хвалят, и это на самом деле приятно.

Е.СУРОВ: И не только читают и хвалят, но и цитируют. Тот же Mik цитирует фразу из той книги: "В том возрасте и в той стране мне никто не мог что-то подсказать и помочь в решении моих проблем. Фактически я был предоставлен самому себе." И вопрос: "Что изменилось сейчас в шахматной жизни России и в вашей шахматной жизни, по сравнению с той, что была в "той стране"?".

А.ДРЕЕВ: Вообще-то сначала бы надо вспомнить, о чём там идёт речь. Насколько я помню, речь там идёт о событиях тридцатилетней давности – это так, на всякий случай.

Е.СУРОВ: Тут важно ещё уточнить: действительно ли ты тогда так думал или просто так сказал?

А.ДРЕЕВ: В тот момент я вообще ни о чём не думал в силу возраста – мне было семнадцать лет. Но спустя какое-то время (по крайней мере, когда писал книгу) пытался это осмыслить. Так что оценки были даны уже сильно после. Но тогда действительно была другая страна, и некому было подсказать. Я считаю, что это большое счастье – иметь рядом людей, которые не только болеют за тебя, говорят тебе "давай, давай!", но и что-то ещё подсказывают. У меня в этом смысле как-то не сложилось в жизни в определённый момент. До какого-то момента такие люди были, а потом как-то… Так что та часть книги совершенно соответствует действительности.

И вторая часть вопроса – "что изменилось?". Время ушло. То, что было важным тогда, сейчас неважно. Сейчас есть люди, у которых можно спросить мнение, но это уже не имеет значения, поскольку их советы уже не слишком актуальны. Всё изменилось, до чего ни дотронься. Поэтому то время останется там, нынешнее будет здесь, и аналогии здесь проводить неуместно. Это просто совершенно разные ситуации. Что изменилось? Тогда мне было семнадцать, а сейчас мне сорок семь. Этих изменений недостаточно, ещё нужны какие-то?

Е.СУРОВ: Хорошо. Тогда в следующем вопросе ещё одна попытка аналогии, но уже в несколько ином плане. "Согласны ли вы с тем, что интерес к шахматам в современной России намного ниже, чем в советской России или даже в России дореволюционной? И почему забыты такие формы культурной спортивной работы в России, как шахматное турне? Ласкер, будучи чемпионом мира, совершал турне по России: Орёл, Тула, Серпухов, Рязань... А в советское время активно выступал в городах России, к примеру, Ботвинник. Выступаете ли вы в сеансах одновременной игры с любителями шахмат?".

А.ДРЕЕВ: Я не считаю, что отношение к шахматам в России изменилось к худшему, и что они когда-то были более популярны, чем сейчас. Просто формы популяризации шахмат изменились, и мы когда-то в эфире уже говорили б этом. Я знаю, что очень многие гроссмейстеры с помощью Российской шахматной федерации организовывают какие-то шахматные школы, дают там сеансы. Просто об этом нигде не пишут и в программе "Время" не показывают, как это было раньше. Так что формы пропаганды чуть-чуть изменились, как-то дополнились, но они есть, люди работают. Шахматы очень популярны везде. И про школьную программу шахмат мы знаем, и действительно дети в школах ими занимаются, когда такое было? В Советском Союзе этого не было. Так что сказать, что стало хуже, нельзя. Просто шахматы частично ушли в интернет, как ты знаешь. Да и средства массовой информации… Была, скажем, передача у Макарычевой, её закрыли – видимо, там неинтересно, всё больше людей уходят в интернет и имеют возможность оттуда наблюдать. Да, я могу вспомнить те времена, сравнить их с сегодняшним днём, и у меня нет ощущения, что мы занимаемся чем-то забытым и непопулярным. Ничего подобного! Шахматы сейчас очень популярны, и мне кажется, что они только набирают популярность, особенно с приходом интернета. Так что я в этом смысле достаточно оптимистичен.

Другое дело, что в шахматах возникли колоссальные проблемы. Это и проблема контроля, и проблема читерства. Вот над этими проблемами надо думать, а не над тем, популярны шахматы или нет. Здесь вопроса для меня нет: они популярны и, может быть, более, чем когда-либо.

Е.СУРОВ: Я боюсь, что думать над этими проблемами уже поздно и бессмысленно. Надо просто дождаться того времени, когда человек сможет гуглить что угодно при помощи встроенной в сетчатку глаза микротехники, и на этом шахматы можно будет просто закрыть.

А.ДРЕЕВ: Никогда ты не закроешь шахматы! Но их можно улучшить.

Е.СУРОВ: Нет, я никогда их не закрою у себя дома. Можно играть с кем угодно в парке на лавочке. Но я имею в виду те профессиональные шахматы, которые мы сегодня комментируем.

А.ДРЕЕВ: А почему они закроются? Шахматам угрожает только читерство.

Е.СУРОВ: Так это и есть читерство, оно и будет развиваться с развитием техники.

А.ДРЕЕВ: Значит, надо находить способы борьбы с ним. Кстати, недавно известный шахматный организатор Олег Скворцов, который уже не первый раз проводит турниры с очень интересным контролем, там такая смесь классического с рапидом, чтобы уйти от классики в сторону рапида, но не полностью… Вот он предложил некую формулу, которая, на мой взгляд, близка к идеальной. Конечно, там надо что-то дорабатывать, нужна какая-то практика, а её пока, к сожалению, мало. Но это что касается контроля. А что касается читерства, то он предложил использовать детектор лжи. Это кажется пока фантастикой, но если эту тему погуглить, то выясняется, что все эти приборы на самом деле есть, они работают и не так дорого стоят. Дешевле на турнире иметь такого человека с прибором, чем всех этих охранников, все эти сканеры, через которые мы проходим, все эти металлоискатели. И главное – это надёжнее. Потому что оказывается, что с научной точки зрения детектор лжи даёт надёжность девяносто процентов! Более того, его уже используют в судебных органах. Конечно, там можно от него отказаться. А в шахматах от него нельзя будет отказаться. Отказываешься – значит, к тебе можно применить какие-то санкции.

Е.СУРОВ: Алексей, я, конечно, читал это мнение Скворцова. Более того, я с ним согласен. Я только удивляюсь твоей невнимательности, хотя я знаю, что ты давний читатель сайта. Потому что ещё в 2011 году у нас на сайте мы говорили об этом в интервью с Сергеем Долматовым, и это была его мысль. По крайней мере, в шахматном эфире её впервые озвучил именно он. Мысль действительно интересная. Я, например, сейчас, с позиции сегодняшнего дня, считаю, что другого способа борьбы с читерством-то и нет.

А.ДРЕЕВ: Я не читал интервью Долматова, но не потому, что мне это неинтересно, а просто, видимо, был где-то в отъезде.

Е.СУРОВ: Или просто забыл, что читал.

А.ДРЕЕВ: Когда я прочитал эту мысль у Скворцова, то мне она показалась свежей. И когда это говорит шахматный организатор, то это достаточно весомо. Хотя если и Долматов об этом говорил, то это тоже интересно. Так что, как видишь, и организаторы, и шахматисты в разное время приходят к одной и той же мысли. Но проблема в том, что её никто не поддерживает!

Е.СУРОВ: Просто люди приходят к этой мысли методом исключения – если другие способы уже не действуют.

А.ДРЕЕВ: И самое главное, что этот метод эффективен. Я тут подумал – а почему бы и нет? Это сняло бы многие вопросы, потому что проблема читерства действительно фантастическая. Большинство моих коллег, конечно, этим не занимаются. Но достаточно одного из пятидесяти – и всё рушится, всё уже становится не так, уже результаты этого турнира никому не нужны, если хотя бы один играет нечестно. Если он где-то сзади играет, то и бог с ним, хотя на результаты это тоже влияет. А если он впереди, то это, конечно, ужасно. И надо всё это пресекать и исключать. Не просто подозревать кого-то: этот слишком хорошо играет, а эта женщина вдруг заиграла слишком хорошо. Да человек может и пять партий подряд выиграть, и шесть, и необязательно он читер. Но надо вообще снять подозрения. Выиграл пять партий подряд – иди на проверку, нет проблем! Ну потратишь ты на неё пять минут, что тут такого? Так что проблема решается, но почему-то нет желания её решать. Если мы исходим из того, что детектор лжи существует, если его данные точны на девяносто процентов (а при повторном обследовании это уже девяносто девять), то почему бы этим не воспользоваться? Это же снимает все проблемы. И оборудование недорогое. Неужели лучше закрывать на это глаза: нет, у нас все честные и благородные? Но мы же знаем, что это не так. Находятся нечестные люди. Конечно, это не элитные шахматисты, я надеюсь, но даже среди среднего звена такие находятся, и мы их знаем. А скольких мы ещё не знаем!

Е.СУРОВ: Мы потом спросим мнение юристов: может быть, тут имеются какие-то юридические препятствия?

А.ДРЕЕВ: Трудно сказать. В судебной практике человек может от этого отказаться. Но в каких-то случаях отказаться нельзя. Например, при приёме на работу в такие службы, которые, связаны с органами власти, люди проходят через детектор лжи, и это считается нормальным. Но в шахматах мы можем сами установить свои законы, было бы желание. Всегда устанавливаются какие-то правила – то же "зеро толеранс", например, -  и все ему подчиняются. Эти правила легко ввести, если будет этому общественная поддержка. Просто надо как-то это доносить до общественности. Вот Олег Скворцов в интервью газете "Спорт-Экспресс" написал про это, но этого мало. Надо, чтобы об этом говорили ещё и ещё. И не только говорили, но и попробовали это, в конце концов.

Е.СУРОВ: Вот мы и говорим.

А.ДРЕЕВ: Да, мы говорим. Но хочется, чтобы на каком-нибудь турнире это уже и появилось. Это же интересно даже для болельщиков. Одно дело – смотреть партии, а тут же дополнительный интерес: вот, кого-то отправили на проверку! Ага, интересно, а что же там будет? И это нормально, ничего плохого в этом нет. В спорте же существуют различные антидопинговые комиссии. Что-то они находят, что-то не находят, но это считается нормальным. А в шахматах этого нет, потому что нет смысла проверять на допинг – это не совсем то. А вот на читерство проверять неплохо. И для тех людей, которые в чём-то подозреваются, это тоже, кстати, неплохой способ реабилитировать себя, если ты ни в чём не виноват. Есть же такие люди, на которых возводят напраслину. Мы сейчас не будем вдаваться в подробности и называть фамилии, но у них есть такой способ реабилитироваться. То есть дело-то хорошее и не слишком дорогое. Так что хочется, чтобы эта инициатива, от кого бы она ни исходила, нашла какую-то поддержку. По крайней мере, попробовать надо.

Мне кажется, что если тебе эта тема интересна, то можно попытаться найти какого-нибудь специалиста в этой области, и с ним провести беседу. Не со мной, поскольку я не специалист, а с тем, кто этим хоть как-то занимается, кто может назвать какие-то точные научные данные, кто подтвердит, сколько процентов точности даёт детектор. Я читал, что девяносто, но хотелось бы профессионального подтверждения. И это было бы продвижением неплохой идеи. Я понимаю, что она немножко научно-фантастическая, но при спокойном изучении этого вопроса она бы стала реальной. Если так шахматы так изменились, то почему нельзя изменить и форму проверки, с помощью того же компьютера? Ведь детектор – это, по сути, тот же компьютер.

Е.СУРОВ: Я бы сказал, что не шахматы изменились, а жизнь.

А.ДРЕЕВ: Да. То же самое – контроль. Но здесь я уже устал говорить, что надо пробовать разные контроли, разумеется, в сторону уменьшения. На эту тему я неоднократно высказывался. А тема проверки на читерство, на мой взгляд, актуальна. Потому что именно это угрожает шахматам. Никакие компьютеры шахматы не убьют, они не понимают массы позиций! Я убеждался в этом неоднократно. Помнишь, Накамура смеялся над Со, образно говоря? Хотя, может, и не образно. Что вот, у белых, скажем, стоит "+1", а у них уже проиграно, а он не понимает этого, потому что – компьютер не показывает. И таких примеров очень много, когда компьютер не понимает. И даже если он начнёт что-то понимать, в чём я лично не уверен, потому что в последнее время компьютеры как-то затормозились, и доверия к ним нет. Смотришь с помощью движка какие-то позиции, сложный дебют, а доверия к нему нет. Очень важно, как ты им пользуешься, куда ты его ведёшь, и как-то еле-еле ты его куда-то выводишь, но голову на отсечение никогда не дашь, потому что он может ошибаться. Так что, возможно, компьютерный прогресс замедлился. Но я, опять же, не специалист, не буду давать этому точные оценки. Но как бы там ни было, даже если у них будет всё идеально, всё равно шахматы не умрут от компьютеров. Шахматы умрут от подозрительности, от недоверия, от читерства. Поэтому здесь все методы борьбы с этим хороши, даже такие научно-фантастические. Проблема серьёзнейшая, и закрывать глаза на неё нельзя.

Е.СУРОВ: Если вернуться от научной фантастики к реальности, то многие задают такой вопрос. Он неоригинальный, но всем интересен: "Ваше мнение о предстоящем матче между Карлсеном и Карякиным".

А.ДРЕЕВ: Фаворитом, конечно, является действующий чемпион мира по совокупности определённых данных. Но в любом случае это преимущество не слишком большое. Поэтому по ходу дела, в реальной ситуации всё может измениться, поскольку разница между ними очень маленькая. Всё будет зависеть от психологической ситуации. Карлсен в одном из интервью сказал, что он не боится Карякина, то есть он уже начал делать подобные заявления заранее, начал себе создавать заранее некий психологический фон, заранее сам себя подбадривает. Когда человек говорит, что чего-то не боится, он, скорее всего, именно этого и боится. Это я уже по своим наблюдениям знаю. А Карякина мы знали несколько лет назад одним, сейчас он другой, возмужал, окреп в психологическом плане. Так что там будет, конечно, борьба нервов, поскольку обе команды очень сильные. В российской команде тех, кто помогает Карякину, не самые плохие аналитики и практики. То же самое можно сказать и о команде Карлсена. Так что команды примерно равноценные, и всё будет зависеть от психологического настроя. Конечно, у Карякина есть перед Карлсеном небольшой страх, или даже не страх, а просто он пока ещё не может раскрыться полностью перед ним. Но это у всех бывает перед чемпионами мира. Мне кажется, что Карякин  над этим уже задумался и работает на этот счёт. Так что придёт к матчу уже с бесстрашным настроением, и не на словах, а на деле. И там может случиться всё, что угодно, поскольку разница в классе, при всём уважении к Карлсену, небольшая. Хотя Карлсен, конечно, уникальный шахматист, но всё-таки многое будет зависеть от психологии. Но прогнозы давать – дело неблагодарное.

Е.СУРОВ: А люди ждут прогнозов.

А.ДРЕЕВ: Выиграет либо один, либо другой – вот такой мой прогноз, причём самый стопроцентный. Я не исключаю победы ни Карякина, ни Карлсена. Карякин уже доказал, что он может. Никто не считал его фаворитом в турнире претендентов, а вот на тебе, пожалуйста! Убедительно или неубедительно, но выиграл. Убедительно вообще невозможно выиграть этот турнир, потому что там всё решается на нюансах. Но, в общем, достаточно убедительно выиграл. По крайней мере, никто не говорит, что ему просто повезло или ещё что-то. Последнюю партию он хорошо сыграл против Каруаны, то есть показал, что может играть и в нервной обстановке. И вообще хорошо играл. Конечно, где-то и ошибки допускал, но в любой партии можно найти кучу ошибок, это нормально. Кто не ошибается?


* * *

Е.СУРОВ: Алексей, вопрос по вашей книге "Система Коцио". Теперь понять бы ещё, что это такое, я просто эту книгу не читал.

А.ДРЕЕВ: А зря, хорошая система.

Е.СУРОВ: Цитирую вопрос: "Через пару лет после ее выхода теория какого из вариантов, описанных там, более других шагнула вперед?". И всё-таки поясни сначала, что это за система Коцио?

А.ДРЕЕВ: Это возможность избежать испанки чёрными, не идти на эти испанские пытки и в берлинский эндшпиль, а на 3.Bb5 сыграть 3…Nge7 и потом g6, Bg7. Там, конечно, масса нюансов, которые описаны в книге. Но суть простая: до сих пор эта позиция достаточно богатая. Существуют разные мнения, которые я слышал от своих коллег: там лучше, там лучше, - но я не очень согласен с этим. Всё не настолько очевидно. Конечно, какие-то проблемы должны быть, не без того, но это не та система, которая будет слишком актуальной, поэтому очень часто это является неожиданностью для белых. Просто так открыть базу и посмотреть, что вот здесь надо играть так, а вот здесь – эдак, найти на что-то чёткий ответ или даже прочитать эту мою книгу, которая написана за чёрных, то за белых найти ответ сразу сложно. А в условиях подготовки к партии, когда время ограничено, это и вообще трудно. Там много чего неясно, много белых пятен. То есть я отвечаю на вопрос: за два года не слишком много изменилось. По-прежнему всё это можно играть чёрными, и никто этого не опроверг, скажем так. То есть книгу можно покупать, и деньги всё-таки будут потрачены не зря. Хотя не могу сказать, что она лучше, последняя моя книга, может быть, даже более актуальная. Потому что Коцио – это всё-таки редкий вариант, а здесь ферзевой гамбит с Вf4, над которым бьются лучшие умы мира. Причём по компьютеру эта позиция равная, но, тем не менее, её все играют, вся шахматная элита. Хотя, казалось бы, что там играть, если написано "равно". Но я там объяснил, почему это равно такое игровое, и почему на практике на самом деле трудно играть чёрными. Эта книга написана со стороны белых, и она более актуальна, чем Коцио. Но Коцио – это совсем другая ниша, хотя тоже достаточно важная вещь.


* * *

Е.СУРОВ: Знаешь, о чём я сейчас подумал? Вот классические шахматы – да, думают долго, устают. Может быть, на каком-то этапе играют более качественно, и от этого более обидно поражение, не правда ли? Потому что, играя в рапид, ты знаешь изначально, что игра может носить достаточно поверхностный характер. Ну проиграл – так проиграл, выиграл – так выиграл. А в классике ты сидишь два с половиной часа, делаешь сорок пять хороших ходов, затем делаешь сорок шестой плохой – от ужасной усталости, проигрываешь партию. И это настолько обидно, что ты идёшь  в номер и начинаешь бухать. Вот о чём и спрашивали раньше: почему шахматисты бухают? Так может быть, уменьшение контроля приведёт и к уменьшению пьянства среди шахматистов?

А.ДРЕЕВ: Правильно, пьянству – бой! Поэтому контроль надо уменьшать, совершено с тобой согласен. Действительно надо уходить в короткие шахматы, сделать хотя бы две короткие партии в день, чтобы если человек проиграл одну партию, то тут же смог сыграть вторую. А если уж проиграл и вторую, то тоже можно найти какое-то успокоение. По крайней мере, у него будет шанс реабилитироваться.

Так что не стоит так уж держаться за классику, это ничего не даёт. Хотя это очень непростой вопрос. Конечно, и полностью в рапид уходить не стоит. Я раньше за рапид был, но тогда я всё-таки занял крайнюю позицию. А сейчас я считаю, что полностью в рапиде тоже спасения нет. Но хорошо бы добиться такого контроля, чтобы можно было сыграть две партии в день. Это даёт колоссальное преимущество. Я уже не говорю про организаторов, которые будут тратить меньше денег на меньшее количество дней проведения турниров. И нам, шахматистам, это даст очень многое. У нас будет больше возможностей, больше времени будет оставаться. Вопрос лишь в том, где эти оптимальные цифры? Сколько нужно на партию? Час? Час десять? Час пятнадцать? Во всяком случае, надо сделать так, чтобы можно было играть две партии в день. Допустим, девять туров играется – и мы можем закончить турнир за пять дней. А так мы играем бесконечно долгое количество дней. А в тех условиях жизни, когда ускорилось всё, абсолютно все процессы, включая и политические... А у нас всё как было, так и осталось – одна партия в день, выходной, потом ещё один выходной… Это можно с ума сойти! И главное – ради чего? Ради тех ужасных ошибок, которые мы видим сейчас на ровном месте? Может быть, я неправ, но у меня вот такие аргументы в пользу подобного контроля времени. Я не претендую на какую-то истину в последней инстанции, просто обращаю внимание на такой момент.


* * *

Е.СУРОВ: Игорь Вахламов спрашивает: "Как настраиваться на борьбу с более сильным соперником?".

А.ДРЕЕВ: Тут надо понимать, насколько он более сильный. Если соперник очень сильный, то только молиться. А если не очень сильный, то всё-таки как-то пытаться навязать свою игру, в которой ты ему не уступаешь. Или как-то использовать дебют. Есть разные возможности. Если шахматист сильнее тебя, то это не значит, что ты обязан ему проигрывать. А как настроиться? Пытаться разыгрывать свои сильные струны, что ещё можно сказать умного? Не паниковать, надеяться на лучшее. Кто-то надеется, кто-то молится, кому что помогает. Безнадёжных ситуаций не бывает.

Е.СУРОВ: Ещё такой вопрос: "Многие шахматисты считают вас физически очень сильным человеком. Помогает ли вам занятие спортом в шахматах?".

А.ДРЕЕВ (вздыхает): Не помогает. Всё равно я делаю ошибки.

Е.СУРОВ: Но утверждение в этом вопросе правильное насчёт физически сильного человека?

А.ДРЕЕВ: Видимо, да, но я это никогда не использую. Если, грубо говоря, надо будет поднять какую-нибудь тяжёлую штуку, то я смогу это сделать лучше, чем подавляющее большинство шахматистов. Но в остальном я совершенно не кровожаден. Так что с этой частью вопроса согласиться можно. Но что касается использования физической силы в шахматах, то ответ будет отрицательный. А что касается вообще физических нагрузок во время турниров или перед ними, то могу сказать такую вещь. Никаких серьёзных физических нагрузок во время турниров! Если только чуть-чуть, чтобы просто кровь разогнать, какие-нибудь лёгкие отжимания, и то немного. Вот сейчас на первенстве Европы я решил, что буду делать отжимания, и то гораздо меньше, чем я это обычно делаю. И мне это помогало. А намеренно тяжёлую нагрузку я не давал себе, и здесь расчёт очень простой. Когда организм нагружается, он потом требует отдыха. И как правило, если ты нагружаешь его перед партией какими-нибудь ободряющими пробежками, то во время партии ты будешь отдыхать. И если в твои планы не входит отдых во время партии, то лучше этим не заниматься. То есть вся физическая подготовка должна быть перед турниром. Конечно, это страшно важно, с этим никто не спорит, но во время турнира не надо этим заниматься, за редким исключением. Может быть, есть люди, которые могут всё, но чаще всего после нагрузки наступает реакция торможения. Так же, как после еды вам хочется спать и совсем не хочется играть. Поэтому некоторые шахматисты вообще не обедают, и это, кстати, хорошая тактика. Вообще лучший режим, к которому я пришёл, такой. Надо стараться высыпаться, спать как можно больше, минимум девять часов, а лучше десять. Соответственно, лучше раньше ложиться и вставать к завтраку, чтобы ты мог пойти позавтракать и уже не обедать. Обед не нужен, никакого обеда! Но поесть-то нужно. Вот поэтому нужно завтракать. А для этого не нужно вставать в два часа дня. Иначе ты встаёшь, бежишь есть – неважно уже, завтрак это или обед, - а потом, вместо того, чтобы играть, ты сидишь и перевариваешь пищу, хочешь ты этого или нет.

Я знаю, что мой покойный друг Максим Сорокин не ел перед партией вообще. Ни завтракал, ни обедал, вообще ничего. Это тоже заставляет задуматься: очень умный и очень образованный человек вот так подходил к этому вопросу. Но я склоняюсь к компромиссному решению, чтобы просто завтракать, но не обедать. Это очень важно, но многие это недооценивают. Они считают, что нужно есть завтрак, обед, ужин, но не задумываются, для чего это нужно.

Е.СУРОВ: Понимаешь, я-то лично с тобой согласен. Но я думаю, что людям всё-таки не стоит тупо слушать, кто что говорит, а прислушиваться к своему организму, в первую очередь. Например, Каспаров, наоборот, рекомендовал перед партией плотно поесть. Но это был его организм, и его организму, наверное, так было лучше.

А.ДРЕЕВ: Не знаю, может, он специально это рекомендовал, чтобы другие ели, а сам он не ел? Я к тому, что стоит попробовать и так, и так. Я же тоже раньше всегда обедал, поздно просыпался. А потом решил, что, может быть, с возрастом надо как-то менять свой режим. Надо пробовать разные методы, потому что режим влияет на игру – вот что я хочу сказать. И не только его явные моменты, но и скрытые, в том числе такой, как еда. Как питаться? Непонятно. Я лично пришёл к тому, что не надо обедать, но зато плотно завтракать. И я буду придерживаться такого режима питания. Можно что-то взять с собой на партию, некоторые, например, берут шоколад. Но я этого не делаю, и это уже слишком сильно не влияет. Правда, помню, я в Косово шоколадку съел и тут же проиграл. А как раз до неё всё нормально было. Так что здесь непонятно. Но это вопрос серьёзный, и каждый должен подходить к нему по-своему. У всех есть компьютеры, у всех есть знания, есть какие-то движки, анализы и так далее. Всё основное есть у всех. И тогда на первый план выступают какие-то дополнительные вещи, какие-то психологические факторы, уверенность в себе, правила распорядка дня и тому подобное. Ведь многие сейчас играют примерно на одном уровне, а за счёт этого можно немножко выходить вперёд.

Например, посмотри на чемпиона Европы Эрнесто Инаркиева – кстати, поздравляю его с этим большим достижением. Видно, что он завязан на борьбу, у него фантастическая концентрация. Как я слышал, возможно, это благодаря занятиям спортом, причём серьёзным спортом. А вот как не терять эту концентрацию? Это очень важно. Или, например, Коваленко. Шахматист не очень стабильный – у него недавно было 2700, потом он опять ушёл куда-то в массы, а сейчас опять большой успех, он претендовал на первое место. За счёт чего? А он за счёт колоссальной мотивации и колоссальной уверенности в себе. Я бы таким уверенным не мог быть на его месте, но он уверен, и это ему даёт какие-то дополнительные силы, что в итоге выражается в какой-то дополнительной концентрации или в мотивации. И он выжимает из себя даже больше, чем есть на самом деле, в хорошем смысле слова. Этот список можно и дальше продолжать, приводить примеры как положительные, так и отрицательные. Но в любом случае я хочу сказать, что общий уровень у всех уже примерно одинаковый, за исключением единиц. Понятно, что тот же Карлсен, тот же Карякин, Мамедъяров – они всё-таки повыше. Но в целом уровень одинаковый, и сейчас на первый план выходят даже не анализы дебюта, а чисто физические или психологические моменты, какой-то настрой, уверенность в себе, а в конечном счёте – концентрация. А вот как её не терять – это большой вопрос, и советы в рамках нашего эфира я дать не могу. Хотя у меня есть рекомендации, как не терять концентрацию, как себя пытаться контролировать во время партий. Но это тема большая и сложная, и о ней можно писать, как минимум, продуманную научную статью. Но это очень важная вещь. Мы говорили о том, как поддерживать физическую форму, и это не праздный вопрос. Все мы знаем, что и Крамник играет в теннис, например. Конечно, каждый это делает в силу своих возможностей. Не обязательно заниматься карате или ещё чем-то подобным. Но спорт всё-таки нужен шахматистам, потому что нагрузки у них фантастические! У меня недавно появился друг, профессиональный хоккеист с мячом. Я не буду называть его имя, но он не россиянин, хотя играет в России за одну из команд. Так вот он увлекается шахматами и говорил мне, что ему гораздо легче сыграть матч или провести тренировку по хоккею, чем сыграть в шахматном турнире (он сыграл в одном мемориальном турнире, причём это был рапид-турнир). Он говорит: "Это такое напряжение! Как вы вообще живёте?!".

Е.СУРОВ: Интересно! То есть профессиональный хоккеист с мячом играл в шахматном турнире?

А.ДРЕЕВ: Да. Он – профессиональный спортсмен и делает такие вещи, что не сделает ни один шахматист. Может, только Карлсен сможет, потому что он всё может. Хотя даже он не сделает. И этот профессиональный спортсмен нам, шахматистам, сочувствовал! Потому что он побывал в этой шкуре, сравнил и понял, что в шахматы играть намного энергозатратнее, намного тяжелее физически, чем играть в его вид спорта, причём далеко не самый лёгкий. И даже если он немножко комплимент сделал шахматистам, то всё равно это немножко. Для меня вообще очевидно, что в шахматы гораздо труднее играть. Потому что происходит какая вещь? Когда ты играешь за команду, то если команда проиграла, то непонятно, кто виноват. Ты можешь сыграть хорошо, а нападающий или вратарь сыграл плохо. Но ты знаешь, что ты-то сыграл хорошо! И ты идёшь спокойно ужинать. Конечно, ты расстроен, но всё равно конкретно на себя это не берёшь. В шахматах такого нет. Если ты проиграл, то виноват только ты. Это первый момент. И второй момент – это фантастическое напряжение. Конечно, если ты на самом деле играешь в шахматы, а не делаешь вид, что играешь. И это напряжение невозможно выдержать! Мозг в какой-то момент начинает отключаться. Я всем своим знакомым рассказываю такую теорию – она не моя, но не все шахматисты задумываются над этим, хотя работают головой. Мозг имеет такую особенность: когда у него случаются перегрузки, он не выдерживает такого напряжения и, как компьютер, начинает отключаться. Знаете, когда в компьютере движок включишь, и если у тебя компьютер с плохим вентилятором, то он перегреется и выключится. И дай бог, чтобы он вообще перезагрузился через несколько минут, а не вообще сгорел! То же самое с мозгом. Это постоянное напряжение (даже не в течение одной партии, а в течение турнира, а иногда и двух) в какой-то момент приводит к каким-то совершено невиданным ошибкам. Потому что мозг перегрелся. А чтобы он не перегревался, как раз и нужно спортом заниматься и всеми этими вещами. И тогда перегревов будет меньше. Например, у меня на компьютере стоят два вентилятора. Вот и надо, образно говоря, поставить себе второй вентилятор, а не играть с одним. Потому что когда компьютер с одним вентилятором работает один час и не перегревается, он показывает то же самое, что компьютер с двумя вентиляторами. А когда он работает пять часов, то он обязательно перегреется, экран погаснет, и произойдёт ошибка. Так что это напряжение надо каким-то образом учитывать, а многие его не учитывают. Игра в шахматы довольно трудная, поэтому люди, которые смотрят за баталиями шахматистов и видят какие-то нелепые ошибки, должны понимать их природу. Даже когда нет цейтнота, происходят какие-то сбои, потому что напряжение слишком сильное. И у кого этих сбоев меньше, тот и наверху. Не в силу каких-то шахматных причин (они тоже, несомненно, есть), а во многом ещё и в силу неснимаемого напряжения. Если человек без каких-то явных ошибок, то он большего добивается, хотя он может быть по таланту одинаковым.

Е.СУРОВ: Я бы уточнил: без явных ошибок в заключительной части партии, вот что ещё важно. Ошибиться-то можно, но желательно не последним.

А.ДРЕЕВ: Да, ошибки бывают разными.


* * *

Е.СУРОВ: Ещё один вопрос. Он длинный, и я его хочу немного подсократить. Спрашивают об интервью Халифмана в журнале "64", где он чуть-чуть говорил о тебе. Цитата оттуда.

А.ДРЕЕВ: Ой, может не надо, если цитата длинная? Сначала меня надо подготовить к этому, а то я уже волнуюсь, что же там Саша про меня сказал, и вообще помнит ли он об этом.

Е.СУРОВ: И всё-таки цитата: "Любит напустить загадочности. До нелепости. На вопрос: "Тебе чай или кофе?" - реагирует уклончиво: "Старичок, с кондачка не ответишь". То ли считает, что это характеризует его как человека ироничного, то ли начитался в детстве шпионских романов. Повсюду мерещатся враги, подковёрные течения, интриги. Если не пригласили на турнир, заводит одну и ту же песню: "Кто-то встал на моём пути". Пытаешься воззвать к здравому смыслу: "Лёш, да просто у них рейтинг выше". – "Нет-нет, ты не понимаешь, под меня копают". В связи с этим вопрос: вы действительно считаете, что вас обходят вниманием организаторы ряда турниров, или всё по справедливости?".

А.ДРЕЕВ: Что я хочу сказать? По поводу чая или кофе. Был и продолжается ряд публикаций, некие мемуары разных людей. Все эти истории про шахматистов, ныне живущих и уже ушедших, безусловно, интересны. Но мне это всё, мягко говоря, не нравится, хотя этим занимаются вполне уважаемые люди, а некоторые даже пишут на эту тему книги. Всё-таки мы все коллеги, все знают друг про друга, кто хороший, кто плохой, кто не очень хороший, кто не очень плохой, тем более люди меняются. А, как говорится, что написано пером, не вырубишь топором. И по поводу этого вопроса. Когда я прочитал эту цитату, я не придал этому значения. Мне вообще неважно, что именно там написано, мне важно, что это вообще написано. Мне кажется, что об этом не надо писать. У нас настолько узкий круг шахматных профессионалов, что если мы будем ещё друг о друге писать или рассказывать какие-то истории (которые были или которых вообще не было, или которые будут), то это всё будет как-то некрасиво. Я не приветствую подобные откровенности, я в этом вопросе за закрытость. Это как в семье – не надо сор из избы выносить.

В данном случае ничего плохого не прозвучало, а насчёт чая или кофе я скажу: однозначно кофе.

Е.СУРОВ: А вопрос был не в этом! Вопрос был: "Вы действительно считаете, что вас обходят вниманием организаторы ряда турниров?".

А.ДРЕЕВ: Нет, это какие-то запредельные фантазии. Конечно, я так не считаю. Если бы у меня было 2800 и меня не приглашали, может быть, я бы так считал. Но я прекрасно понимаю, какой у меня рейтинг. И если меня куда-то приглашают, то спасибо им. Здесь совершенно нет проблем. И проблемы "чай или кофе" тоже нет. Кофе! Десять чашек в день.

Е.СУРОВ: Ну зачем ты так? Только недавно мы говорили, что бухать нельзя, а десять чашек кофе, оказывается, можно.

А.ДРЕЕВ: А кто сказал, что кофе вредно? Кофе, кстати, очень полезно.

Е.СУРОВ: Так это смотря в каких количествах. Десять чашек в день – я сильно сомневаюсь, что это полезно.

А.ДРЕЕВ: Сомневаться можно но, опять же, нет данных. Я читал на этот счёт разные статьи. В одних пишут, что кофе – это ужасно вредно. В других – что кофе спасает от всех болезней. Не знаешь, кому верить. Я пью, и пока тьфу-тьфу-тьфу! Так что я могу только на своём примере понять, что и как. Я же не медик, как я могу сказать? Наверное, что-то хорошее есть в кофе, и многие люди его пьют. Более того, я недавно читал про человека, который перестал пить воду и заменил её на красное вино. Ему недавно исполнилось 90 лет, и он принципиально не пьёт воды, кстати, ни кофе и ни чай не пьёт тоже. Любую жидкость он заменяет красны вином. На фотографиях он выглядит вполне довольным жизнью, у него нет никакого Альцгеймера (хотя он шахматами не занимается), он жив-здоров, сидит в окружении внуков и правнуков. Может быть, это и утка какая-нибудь, не знаю. Но вроде была нормальная заметка, нет оснований не верить. Так что здесь всё очень индивидуально.

Кстати, в шахматах ведь очень много правил, которые нужно забыть, если ты хочешь играть очень хорошо. В жизни, наверное, тоже можно подобные аналогии провести, в ней тоже много надуманного. Одна пишут, что надо есть три раза в день, другие – что надо есть шесть раз в день, но по чуть-чуть, третьи – что один раз в день, потому что древние люди питались раз в день, им некогда было по ресторанам ходить. То есть версии разные. Кто-то говорит, что не надо есть мясо, потому что мы не мясоеды. В общем, сколько людей, столько теорий. Начиная с того, что в мире несколько основных религий, и каждая провозглашает своё. А сколько есть левых религиозных сект! Кто-то верит в одно, кто-то в другое. Высоцкий пел об этом в одной из своих песен. Я отношусь ко всем этим мнениям и религиям с большим уважением, но просто не надо думать, что есть один ответ для всех. Его нет. Всё многогранно. Поэтому надо задумываться над тем, чай или кофе? Может быть, вообще что-то третье. И это нормально, когда человек об этом задумывается. Я сейчас не только чай и кофе имею в виду. И не надо человека, если он задумался над тем, какой напиток ему выпить, обвинять сразу во всех грехах. Просто человек задумался, и ничего страшного не случилось. Но в данный момент даже этого вопроса нет. Я выбираю кофе и рекомендую его всем. Кстати, я стараюсь пить натуральный, потому что растворимый невкусный, и вообще – кофе ли это? Так что надо взять зёрна, смолоть их, сварить в турочке – вот это кофе!  И я не вижу пока никаких ухудшений здоровья от этого. Но может быть, кому-то и чай подойдёт, пожалуйста.

Так, на этот вопрос мы ответили?

Е.СУРОВ: Ещё как подробно! То есть ответили мы, конечно, не на тот вопрос, который задавался. Но зато теперь уже нельзя будет сказать про Дреева, что на вопрос "кофе или чай?" он отвечал как-то уклончиво.

А.ДРЕЕВ: Да, на этот вопрос я ответил очень чётко, так что придётся придумывать что-то другое.

Е.СУРОВ: Сергей Тернопольский пишет вот что: "Алексей, шахматную деятельность можно разделить, грубо говоря, на три-четыре категории: игрок, тренер, популяризатор и чиновник. Недавно в Вейк-ан-Зее вы доказали, что все еще являетесь серьезным профессиональным игроком. Тем не менее, ваш пик как игрока уже позади. В связи с этим вопрос: каковы ваши дальнейшие стратегические планы? В какой из вышеуказанных четырех категорий вы себя видите в перспективе?".

А.ДРЕЕВ: Вот опять! Призываю всех, кто хочет совершенствоваться в чём-либо и особенно в шахматах, не отталкиваться от ложных утверждений. Я сейчас позволю себе побыть немножко тренером-преподавателем, а не игроком. Какое мы здесь видим утверждение? Что пик прошёл. На чём оно основано? На каких-то штампах. Какой первый штамп? Допустим, рейтинг стал чуть-чуть ниже. Но он не такой уж плохой, а сейчас ещё чуть-чуть повысился. Возраст смущает? А давайте вспомним Смыслова – когда у него был второй пик? В 63 года, когда он играл матч с Каспаровым. Может быть, конечно, это был меньший успех, чем когда он стал чемпионом мира. А может быть, и больший в шахматном смысле, потому что ему играть было уже гораздо труднее. Я помню, что играл в том межзональном турнире с Василием Васильевичем, откуда он вышел в турнир претендентов. Я, кстати, тоже оттуда вышел, если не путаю. Хотя нет, глупость говорю! Он вышел раньше, а потом мы с ним играли в межзональном турнире, и оттуда он уже не вышел. Там он упал с трапа. Смешного мало, конечно, но мне почему-то вспомнилась эта история. Просто он уже плохо видел, но я куда-то в другую сторону уже отошёл.

А смысл в том, что это утверждение ни на чём не основано. Есть море шахматистов, у которых пик пришёлся на вторую половину жизни. Ладно Смыслов. А вот Корчной. Когда он играл матч на первенство мира? А Карпов? Самый большой его успех был в Линаресе, когда он просто всех удивил! Кто-то говорил "везло – не везло", но он оторвался от всех на три с половиной очка! Это одним везением не объяснишь. Это же уникальный турнир! А было это когда? Ему было больше лет, чем мне сейчас. А посмотрите на Гельфанда, который совсем недавно играл матч с Анандом на первенство мира. В конце концов, посмотрите на Ананда. Почему мы должны отталкиваться от сомнительного утверждения, что пик прошёл? У Гельфанда самый расцвет его спортивной карьеры был ровно четыре года назад, когда он играл с Анандом. Не так уж давно. Мы с Борей одногодки, значит, тогда ему было сорок три. А тогда ему тоже можно было бы сказать: вот уже сорок лет, в таком возрасте не играют, пора из шахмат уходить… Я даже не хочу отвечать на этот вопрос, потому что на него нет ответа. Утверждение изначально неправильное, или, я бы сказал, спорное, и дальше уже нет смысла отвечать. А мы ведь как любим? Изначально вбрасываем какое-то утверждение, как шайбу, и идём на добивание. Бросили куда-то – лишь бы в нужную сторон полетела. "А вы уже очень старый! Что вы собираетесь делать?" – и четыре варианта ответа. И ты начинаешь бегать между этими четырьмя вариантами, и забываешь, что пропустил первый момент, когда вбросили шайбу. А я этот момент вижу. Я на него ни в коем случае не обижаюсь (хотя так может показаться человеку, задавшему вопрос), я просто считаю, что пока всё, возможно, не так. Если человек считает, что мне уже пора, то я так не считаю, поэтому не вижу смысла отвечать на этот вопрос и не хочу выбирать между тем, что мне предложено. Популяризатор? Мы все в той или степени популяризаторы. Чиновником быть точно не хочу. Тренером могу быть – я люблю кому-то помогать, и это совершенно нормально. Но я, в принципе, тренером был и когда мне было двадцать лет. Всегда с кем-то работаешь, кому-то помогаешь, так что в какой-то степени все мы тренеры. Очень многие ребята в раннем возрасте становятся просто профессиональными тренерами. Тот же Марк Дворецкий, который ушёл из шахмат в тренерскую работу, тоже будучи на пике шахматной формы. Так что уход в тренеры может со мной случиться, но я всё-таки пока больше ощущаю себя игроком. Может быть, в силу каких-то обстоятельств, играю реже, но хочу сказать, что ещё не вечер.

Е.СУРОВ: Ещё спрашивают про Каруану: "На ваш взгляд, действительно ли Каруана на сегодня по силе второй шахматист? Или просто многие так хотят этого?".

А.ДРЕЕВ: Второй шахматист после кого?

Е.СУРОВ: После Дреева, наверное. Поскольку мы выяснили, что предыдущее утверждение неверно.

А.ДРЕЕВ: Да, Дреев ещё всем покажет! Я всё жду, когда приеду на чемпионат Европы. Сейчас чемпионат Европы очень хороший для ветеранов, там с пятидесяти лет начинаются дополнительные призы, причём неплохие. Я там ходил и облизывался, думал: ну почему мне не пятьдесят? Но потом решил, что оно того не стоит.

И о Каруане. Опять же – а почему он второй шахматист? И после кого? Я его, например, никогда не считал вторым.

Е.СУРОВ: А у меня вот такой вопрос (и тебе, и тому, кто задал вопрос): а разве рейтинг – это не показатель?

А.ДРЕЕВ: Нет, рейтинг – это ерунда. Показатель – это какой-нибудь матч или серьёзный турнир. Вот там можно расставить все приоритеты. А рейтинг – это ерунда.

Е.СУРОВ: Ерунда – не ерунда, но всё-таки второй, а не двадцатый. Вопрос может быть лишь в том, второй он, третий или четвёртый.

А.ДРЕЕВ: Конечно. Ну, скажем, неявно второй. Почему тот же Карякин не может быть вторым, выиграв турнир претендентов? Как Каруана может быть вторым после итогов претендентского турнира? Это абсурд! Сейчас второй человек – это Карякин. Конечно, всё может в любую секунду измениться.

Е.СУРОВ: Лёша, но сейчас спрашивают не формальности – кто выиграл турнир претендентов, - а твоё личное мнение.

А.ДРЕЕВ: Считаю ли я Каруану вторым шахматистом? Нет, не считаю.

Е.СУРОВ: А кто второй, на твой взгляд?

А.ДРЕЕВ: Так я и пытался на это ответить.

Е.СУРОВ: Но это ты говоришь с точки зрения победителя турнира претендентов. А я спрашиваю по-честному.

А.ДРЕЕВ: В шахматах нет вторых, есть только первые. Все вторые одинаковые, они все на одно лицо. А первый – он один. И мне совершенно неинтересно, кто второй, мне интересно, кто первый. Первый шахматист у нас пока что есть. И есть человек, который бросил первому перчатку, разумеется, заслуженно, отобравшись на турнире. Вот пусть между собой теперь и выясняют. Есть первый и есть второй, который пока что второй. А все остальные неинтересны. В шахматах имеет значение первый. Зачем говорить про пятого, седьмого, десятого?

Е.СУРОВ: Хорошо. Вот только что поступил вопрос от Владимира: "Допустим, вы играете матч в блиц и чувствуете, что соперник переигрывает вас. Вы начинаете его ненавидеть или уважать? Или на себя злитесь?".

А.ДРЕЕВ: Конкретно я? Конечно же, сначала на противника злюсь. А потом, если он исправляет ошибку и начинает играть хуже… Ко мне недавно друг приезжал – я не буду называть его имени, но не тот, который в хоккей играет, - он играет в шахматы. И мы с ним сыграли два матча по шесть партий. И как, ты думаешь, они закончились?

Е.СУРОВ: Неужели оба матча 4-2 в пользу твоего друга?

А.ДРЕЕВ: Нет, конечно! Друг-то, слава богу, неглупый человек. Конечно, они оба закончились вничью 3-3. Ко всеобщему удовлетворению.

Так что я сначала, конечно, злюсь на противника. Правда, эта злость длится первые пять-шесть минут. Потом на него совсем не злишься, поскольку совершенно ясно, что сам виноват. Потом чуть-чуть злишься на себя, а потом уже совсем не злишься. Но первая реакция, как и у любого другого нормального человека – виноват не ты!

Е.СУРОВ: Но я бы обратил внимание, что независимо от того, на кого человека злится, он всё-таки злится. И с этой точки зрения надо ещё подумать: что за игра такая – шахматы? Если она вызывает у человека такие эмоции.

А.ДРЕЕВ: Вообще-то не все злятся. Я тоже думал об этом. Всё-таки очень многие люди ведут себя достойно после поражения. Я себя к таким людям не отношу, сразу хочу сказать. Я не такой белый и пушистый, и я уже об этом честно сказал. Я считаю, что это мой недостаток, но что есть, то есть. Но был очень приятный пример. Я сыграл партию с Вокатуро – это молодой итальянский гроссмейстер. Он проиграл и после партии сказал, что, да, он что-то не понял, что-то недооценил, мы чуть-чуть поговорили. Очень достойно держался! От него не исходило ни злости, ничего такого. Но есть и обратные примеры, когда люди психуют. Не хочется говорить, но на чемпионате Европы почему-то прошла незамеченной совершенно уникальная история. Человек долго бился в истерике после партии, это было просто что-то совершенно неадекватное. Так тоже действует проигрыш на людей. Потому что напряжение колоссальное, я повторюсь, а турнир отборочный, и не все его выдерживают. И даже те, от кого не ожидаешь, могут выкинуть что-то такое… На них не надо обижаться, это не от неуважения, а просто некая реакция, и надо понимать, что такие срывы тоже бывают. Но шахматисты это понимают. А для людей, которые в шахматах наблюдатели, это всё очень удивительно, они делают какие-то свои выводы. А какие тут выводы могут быть? Понятно, что у человека просто не выдержали нервы. Я в этом смысле спокойно к такому отношусь. Мы видели, что даже Карлсен на чемпионате мира по блицу, когда проигрывал, начинал швыряться фигурами, то есть просто себя не контролирует, хотя, казалось бы, уж ему-то что? Но это то самое напряжение, и не надо думать о Карлсене плохо только из-за этого. Надо сначала оказаться в этой шкуре, а тогда уже делать выводы.

А вообще в шахматах очень важна объективность. Допустим, в книгах Каспарова много объективности. Я не уверен, что то, что он говорит, всегда объективно по нешахматным вещам. Но то, что он говорит о шахматах, предельно объективно. И это качество – быть объективным – обязательно для чемпиона! Карлсен, кстати, тоже очень объективен. Он может куда-то швырнуть ручкой, но он всё равно объективен. И когда он остывает, то всегда очень чётко по полочкам правильно расставляет. Так что когда не можешь себя объективно оценить, не достигнешь больших высот. Но большинство шахматистов всё-таки этим качеством обладают.

Е.СУРОВ: И ещё вопрос: "Уважаемый Алексей, не хотелось бы вам лично принять участие в борьбе с организованной преступностью в шахматах?". Вопрос задал Валерий Салов.

А.ДРЕЕВ: Вот так даже? Валеру Салова я помню, мы с ним и в детстве были знакомы, и шахматист он действительно незаурядный. Я даже помню, как с его помощью не попал в турнир претендентов, но там я сам был виноват – слишком хотел выиграть. Но это чисто шахматный момент. А по поводу вопроса… Он мне не совсем понятен. О чём идёт речь? О каких-то заговорах чиновников? Или самих шахматистов? Я не совсем понимаю, поэтому не знаю, на что мне отвечать. Женя, может быть, ты мне поможешь?

Е.СУРОВ: Я могу лишь предположить, но я не могу точно гарантировать, что имел в виду Валерий.

А.ДРЕЕВ: Вот мне тоже не совсем понятно. Я, конечно, не очень доволен тем, что происходит в шахматах, но сказать, что в шахматах существует организованная преступность… Это звучит как-то слишком устрашающе. Конечно, есть какие-то вещи, которые в шахматах надо менять, и мы сегодня о некоторых из них говорили. Отдельные вещи происходят, читерство, допустим, - это тоже преступление, но оно пока что уголовно ненаказуемо, это просто мошенничество. И как с ним бороться, мы сегодня обсуждали. А так я не знаю никакой организованной преступности. Я не увиливаю от ответа, я просто действительно не понимаю, на что отвечать.

Е.СУРОВ: Тогда следующий вопрос от Аристотеля: "Есть ли у вас тренеры, помощники, консультанты? И кто, на ваш взгляд, сегодня является лучшим тренером по шахматам в мире?".

А.ДРЕЕВ: О как! Здесь опять же, хороший тренер не для всех хорош, и очень трудно быть объективным. Не могу сказать, кто является наилучшим тренером. Но вот кто внёс наибольший вклад в тренерское дело, так я думаю, что это Марк Израилевич Дворецкий. Он создал систему. Её, конечно, тоже надо применять с осторожностью, она может не всем подходить. Но всё-таки он этой системой охватил большинство шахматистов. Я знаю, что есть люди, которые иронизируют по поводу его методов, но, тем не менее, стремятся с ним позаниматься. Я не знаю, насколько сейчас Марк Израилевич занимается в силу здоровья и возраста, хотя дай бог ему здоровья, может быть, с кем-то и занимается, но не так интенсивно. Однако нет людей, которые могут соперничать с Дворецким. Да, какие-то отдельные тренерские успехи есть, но в целом надо отталкиваться от того, что он в своё время сделал и продолжает делать. Это база для будущих тренеров. Лучше всего того, что он сделал и систематизировал, уже сделать нельзя. Другое дело, что можно подходить индивидуально. Допустим, какой-то молодой тренер, опираясь на ту же работу Дворецкого, кому-то больше подходит в силу характера или по возрасту. Это нормально. Но это не значит, что он лучше. Он лучше для какого-то одного конкретного человека. Но лучше Дворецкого я тренера не знаю. Я с ним занимался в своё время, видел, как он работает, и все его ученики так или иначе становятся на тренерскую тропу. Я где-то тоже начинаю становиться. Но умнее и лучше его метода никто придумать не смог. Так что все мы используем его методы в своей работе. Может быть, чуть-чуть модернизируем, но в целом вся база осталась. Единственное, у меня к нему вопрос с детства остался. У него была такая тема "Запасной вариант", и я до сих пор не могу понять, как им пользоваться. Ну ладно. Смысл там был в том, что ты считаешь варианты, и на всякий случай у тебя должен быть ещё один вариант. Иногда бывает такая комбинация, когда ты хорошо видишь, что и так хорошо сыграешь, и так пойдёт. Но это в простых ситуациях. А в более сложных, когда ты должен потратить время для того, чтобы этот запасной вариант найти, то в реальности ты этим не пользуешься. Но он, видимо, имел в виду простые случаи.

Так что не зря он признан авторитетом всеми, тут ему соперников просто нет. Ведь что делал Дворецкий? Он, грубо говоря, вызывал ученика на ковёр, просчитывал, что тот из себя представляет с помощью своих тестов или каких-то наборов позиций, делал свой вывод (как правило, верный) и потом над этими вещами начинал работать. Не брезговал он в хорошем смысле слова и психологией. Например, перед первенством мира он мне сказал такую вещь: "Мы едем на чемпионат мира, ты займёшь первое место, и потом мы делаем то-то и то". И подробно рассказывал, что мы делаем потом. Я рот открыл: "Как? Я стану чемпионом мира?". Для меня это был шок, я же ещё и отборочный турнир не выиграл, а он говорит о чемпионате мира. И что вы думаете? Всё так и случилось. То есть он вселял уверенность, но эта уверенность была не на пустом месте. Не знаю, может быть, кто-то и сейчас так делает. В любом случае, это только психологическая составляющая. А вообще у него много действительно сложных тем, которым я раньше даже значения не придавал. Он глубоко смотрел в шахматы и многое видел. Не только расчёты, интуиция – это само собой. Там были более сложные темы, психологические. Он задумывался о самом главном – о мышлении шахматиста. О том, каким образом принимается решение, и как на это можно влиять. Потому что мышление должно быть правильным. И он этим занимался. Нельзя сказать, что все его ученики были сверхталантливыми, но он и не брал себе второй или третий разряд, а хотя бы перворазрядников. Но это тоже не бог весть что, правильно? Но он доводил их до такой высоты, что у него абсолютно все становились чемпионами мира до 20 лет. Это началось с Чехова, потом Долматов, Юсупов. Я не стал чемпионом до 20 лет, но зато дважды был чемпионом до 16. И среди женщин тоже – Нана Александрия, например, в претендентских матчах играла в своё время. То есть у него послужной список очень большой. И я его ставлю очень высоко. Так что вопроса о том, кто лучший тренер, у меня нет. Конечно, это не значит, что кто-то сейчас не добивается больших успехов. Но просто надо очень постараться, чтобы я подумал, что кто-то круче, чем Дворецкий. А таких людей на данный момент я не вижу. Включая самого себя, естественно.


* * *

Е.СУРОВ: Михаил только что задал вопрос: "В чём секрет шахматного гения Карлсена?".

А.ДРЕЕВ: Может, в отсутствии жизненных проблем? Если человек имеет талант плюс  концентрацию на шахматах, и если больше его ничто не отвлекает, то… Ведь мы видим большое количество талантливых людей, которые либо очень разносторонние – кто-то пытается лишнее образование получить, кто-то ещё что, либо у кого-то какие-то проблемы в жизни. И тогда они не доходят, потому что место в истории оставляют первые. Бывает, что и вторые тоже, но первое место есть первое место. И оно пока у Карлсена. Думаю, что помимо присутствия таланта у него нет жизненных бытовых проблем. Его же с малых лет защищали, поддерживали. Много для этого сделал его отец. То есть он, может быть, с отрицательными моментами реального мира ещё и не сталкивался. Может быть, сейчас это уже и не так, но сейчас он уже сформировался. А может, ещё и столкнётся, жизнь такая непредсказуемая. В любом случае, мне кажется, что в детстве он был от этого защищён и во многом из-за этого он стал тем, кем стал. Но, конечно, Карлсен – это особое явление, и не мне, наверное, лучше о нём говорить, а тем, кто его лучше знает. Но он, безусловно, выделяется.

Но это не значит, что его нельзя подвинуть на троне. Ничто не вечно, и есть люди, которые вполне могут это сделать. В данном случае это попробует Карякин, и я думаю, что и ветераны ещё не сказали своего последнего слова. Я думаю, что многие бы с ним могли посоперничать – тот же Крамник, например, если бы он на него вышел. Крамник – игрок очень коварный. В своё время так переиграть Каспарова, практически до матча! То есть он может разработать свою стратегию. Правда, на матч трудно выйти, потому что нужно ещё турнир претендентов выиграть. Крамник – неплохой боец. Правда, он проигрывал в своё время и матчи, но, тем не менее. Так что такие люди есть. Даже когда был матч Ананда с Карлсеном, я грешным делом думал, что у Ананда шансы есть. Может, я, конечно, какой-то большой оптимист. Но у Крамника шансы определённо есть, правда, сама система не очень… Пробиться на матч очень трудно, даже имея на то основания.

Е.СУРОВ: Я напомню, с чем был связан твой оптимизм, по крайней мере, в их первом матче, в 2013 году. Ты считал, что Карлсен неправильно согласился играть в Индии.

А.ДРЕЕВ: Да, я думал, что на родине шахмат ему всё-таки будет трудновато в силу разных причин. Но оказалось, что для Карлсена это не явилось помехой. Видимо, он всё предусмотрел. По крайней мере, у него не было никаких жалоб на организацию.


* * *

А.ДРЕЕВ: Женя, а почему у тебя ко мне не было никаких вопросов?

Е.СУРОВ: Почему, у меня были вопросы, и я их задавал. Ты просто не заметил, потому что я их задавал невзначай. Хотя некоторые темы мне всё-таки удалось поднять. Мне с тобой интересно поговорить о жизни, о том, зачем мы здесь. "Зачем мы здесь" в широком смысле и конкретно сегодня в эфире.

А.ДРЕЕВ: Я в последнее время начинаю убеждаться, что мы здесь затем, чтобы твитнуть. Без этого никак жизни нет, особенно современной жизни. А на самом деле смысл один – заявить о себе. Слава богу, сейчас технических возможностей для этого много, и все начинают: "Я проснулся! Я выпил чашку кофе (или чая)! Я сделал то-то!". О каждом своём шаге надо сообщить миру.

Е.СУРОВ: Видишь ли, в чём дело. Написать о том, что ты выпил утром, - это ещё не заявить о себе. Хотя мы знаем массу примеров, когда блогеры, которые именно таким образом заявляют о себе, пользуются популярностью.

А.ДРЕЕВ: Популярные люди, как правило, популярны в своей среде, там, где это востребовано. Поэтому это не всегда объективно.

Е.СУРОВ: Я-то считаю, что ты сегодня заявил о себе одним сегодняшним эфиром, и его расшифровка будет служить тому доказательством.

А.ДРЕЕВ: Да нет, я бы не хотел этого, у меня нет цели заявлять о себе, мне это не нужно, правда. Тогда возникает вопрос: а зачем нужны эти эфиры? Может быть, где-то не хватает шахматного общения. Наверное, мне действительно нужно популяризировать шахматы и ездить по городам, как мне сегодня советовали. У меня есть какая-то такая черта популяризатора. Но именно шахмат, а не себя в шахматах.

Е.СУРОВ: Нет, во-первых, надо понимать. Мы с тобой сидим здесь уже пять часов – мы с тобой такие больные люди, которые пять часов говорят на шахматные или околошахматные темы. При этом мы считаем, что кому-то, кроме нас, это тоже может быть интересно, и ищем себе подобных, таких же больных людей. И что-то в этом есть!

А.ДРЕЕВ: Я бы не сказал, что мы – больные люди. Просто люди устали от реальности, которая очень тяготит. А тут – красивый мир иллюзий, возможностей. Почему бы в нём не побыть какое-то время? Это совершенно нормально. А что, лучше всё время находиться в реальном мире и считать это нормальным? Может, это как раз и ненормально. Ведь любое творчество – это, по сути, уход в нереальный мир. Вот мы говорим "музыка". А что такое музыка? Некие совершенно непонятные вибрации с точки зрения нормального человека, который ходит на работу, ездит куда-то в отпуск. Какая-то музыка… А кто-то картины какие-то пишет, вроде тоже непонятно чем занимается. А кто-то также думает про шахматы. Ну, про нас, шахматистов, чего только не говорят! Я служил раньше в спортроте и знаю, что спортсмены о нас думают. Может быть, сейчас это мнение уже изменилось, но там все какими-то чудиками нас считали.

На самом деле, любого творческого человека большинство людей не воспринимает, вот и всё. А шахматы – это всё-таки творчество, пусть и с серьёзными элементами спорта. Так что вопрос: а что нормально – быть в этом мире иллюзий или же в реальности? Я не уверен, что тут есть однозначный ответ.

Е.СУРОВ: "Двуличие, изнанка, маска - скверное дело, согласен, но если б в настоящий момент все бы явились, как они есть на лицо, то, ей-богу, было бы хуже".

А.ДРЕЕВ: Что-то знакомое. Но не для шестого часа эфира. Хотя мы тут занимались совершенно нормальным делом, и не надо жалеть о том, что кто-то время потратил. Хотя такие длинные эфиры порой утомительны чисто физически, но мы же делали паузы.

Е.СУРОВ: И поскольку у нас они не ежедневные, то мы выкладываемся по полной. Хотя, мы всегда выкладываемся по-максимуму.

А.ДРЕЕВ: Невозможно же не сказать про себя, любимого! Так вот, я хотел бы популяризовать шахматы, и объясню, почему я это делаю именно на сайте Chess-News. Потому что нет другого места! Если бы было, я бы, может, и ещё где-то выступал, ты уж извини. Но другого такого русскоязычного ресурса в интернете пока нет. Чтобы была вот такая обратная связь. Да, можно где-то написать какую-то статью и не знать, что о ней подумали. А здесь всё-таки и онлайн, и какая-никакая, но обратная связь. Вопросы были? Были. Мы на них отвечали? Отвечали. А где ещё есть такая связь, я не знаю. Да, есть хорошие журналы, только они обратной связи не имеют. А для меня этот момент важен.


* * *

Е.СУРОВ: Если хочешь ещё философского вопроса, то Михаил Гендельман спрашивает: "Скажите, можно ли, будучи перворазрядником в 30 лет, стать гроссмейстером?".

А.ДРЕЕВ: А почему нет? Конечно, можно. Необязательно даже исторические примеры приводить, того же Чигорина, который, по-моему, в 23 года только начал. Просто сейчас планка гроссмейстера прилично упала – сейчас это не тот гроссмейстер, что раньше, даже если посмотреть по их количеству. Мне даже страшно представить, какое количество гроссмейстеров сейчас существует, по сравнению с тем, что было лет тридцать назад. Так что гроссмейстером стать хотя и нелегко, но гораздо легче, чем раньше. А с точки зрения возраста… Тридцать лет – это же вообще юношеский возраст. Смешно! Если в сорок семь можно на Кубок мира отобраться, то почему же в тридцать нельзя стать гроссмейстером? Так это ещё не самые большие достижения возрастных шахматистов. К сожалению, Белявский в этот раз не отобрался, но я помню, как в позапрошлом чемпионате он блестяще отобрался и претендовал, у него были какие-то шансы, но что-то не сложилось на финише. Так что даже он имел шансы. Возраст – дело очень тонкое. Банальная истина, но это правда: у тебя такой возраст, на который ты себя чувствуешь. Так что я не вижу причин, почему человек в тридцать лет не может стать гроссмейстером. Если он в принципе не может стать гроссмейстером, то даже если бы он начал в десять лет, он бы всё равно им не стал. Так что это не зависит от возраста. Хотя, конечно, лучше начинать карьеру пораньше.

Е.СУРОВ: Я хочу поблагодарить Алексея Дреева. Мы сегодня о многом успели поговорить: о шахматах, о читерстве, о контроле…

А.ДРЕЕВ: …о способах борьбы с читерством – это очень интересная тема, на мой взгляд.

Е.СУРОВ: Спасибо, Алексей!

А.ДРЕЕВ: Всего доброго, до свидания!


  


Комментарии

Если бы детектор лжи был

Счет: 1

Если бы детектор лжи был панацеей,то с его помощью уже давно проводили бы проверку
на применение допинга.Увы...Во-первых,согласно законодательству большинства стран,тест
на детекторе не является прямым доказательством вины или невиновности.Во-вторых,принуждение к тестированию может считаться оскорблением человека,грубым вмешательством в его частную жизнь.Такое тестирование может быть оправдано при расследовании убийств или терактов,но читерство,очевидно,не из этого ряда.Так что,скорее
всего,придется бороться с читерством "по-старинке"-в первую очередь создавать такую игровую зону,в которую не могли бы проникнуть никакие сигналы,и лишь затем,в случае
очевидной необходимости,приступать к обыскам игроков.

Приятно читать умного

Счет: 5

Приятно читать умного человека...Много верных мыслей.

Замечательная работа двух

Счет: 7

Замечательная работа двух мастеров своего дела! Тонко, с юмором, масса перлов - полный абзац! Лично я получил удовольствие от прочтения этого интервью.
Алексей Дреев приятно удивил своей открытостью,откровенностью и желанием действительно неформально ответить на заданные вопросы. К примеру, почему шахматисты бухают, о читерстве и контроле времени, о технике написания книг без помощи девушек-машинисток, о питании, чаепитии, кофемании и т.д. Свежо прозвучали рассуждения о 4...h6 и 4...h5 в Каро-Канне и Who is Mister First и Mister Second в шахматном мире. На сакральный вопрос Главреда «зачем мы здесь в широком смысле» я тоже получил разумный ответ.
Евгений, в свою очередь, был просто «в ударе»! Вот пара моментов:
Е.СУРОВ: Чтобы понять, какие женщины красивые, мне даже в музей необязательно ходить.
Или вообще шедевр :
Е.СУРОВ: Ещё спрашивают про Каруану: "На ваш взгляд, действительно ли Каруана на сегодня по силе второй шахматист?...»
А.ДРЕЕВ: Второй шахматист после кого?
Е.СУРОВ: После Дреева, наверное. Поскольку мы выяснили, что предыдущее утверждение неверно.

Благодарю Алексея и Евгения за труд и подаренное настроение!

Содержательное интервью.

Счет: 4

Содержательное интервью. Алексей Дреев откровенный и умный собеседник. В его словах чувствуется вера в свои силы, что вдохновляет других.

Рассуждения о ходах h6 и h5

Счет: 3

Рассуждения о ходах h6 и h5 выглядят примерно так,как возможные рассуждения о третьем
ходе а6 или Кf6 в Испанской партии.Слава богу,пока еще в шахматах на начальных ходах есть довольно большой
выбор примерно равноценных продолжений.Кстати,Ботвинник в матче с Талем дважды сыграл
h6 и выиграл,а при других ходах сыграл вничью.А в целом на многие вопросы ответы были
даны с юмором,и далеко не всё нужно принимать всерьез.

Замечательное интервью.

Счет: 3

Замечательное интервью. Получил большое удовольствие от чтения. В прямом эфире возможно было еще интереснее. Очень искреннее, верю, что описание шахматных проблем объективное. Это очень ценно. Прекрасный материал для размышления. Хотя мои выводы и пути решения этих проблем отличаются от высказанных в интервью, это еще раз подчеркивает ценность первичной информации.
И еще хочу подписаться под следующими словами: "почему я это делаю именно на сайте Chess-News. Потому что нет другого места! Если бы было, я бы, может, и ещё где-то выступал, ты уж извини. Но другого такого русскоязычного ресурса в интернете пока нет. Чтобы была вот такая обратная связь". Большое спасибо.

приятно было прочесть,

Счет: 1

приятно было прочесть, особенно понравилась аккуратность в суждениях, неоднониточность и нетерпимость к штампам. ярких побед Алексею!

Мне показалось очень

Счет: -2

Мне показалось очень интересным следующее признание Алексея: "Просто люди устали от реальности, которая очень тяготит."

Реальность тяготит, отталкивает и пугает людей тем больше, чем менее она понятна. Отсутствие точного знания о "политических процессах" и понимания действующих сил, а тем более – контроля над происходящим, порождает естественный и неизбежный страх.

Однако в масштабах общества бегство от реальности не является решением проблемы. Вообще от реальности еще никто не убегал – она всегда придет, поставит перед фактом и заявит о себе в лицо. Как писал В.О. Ключевский, "история не учит, а наказывает за невыученные уроки".

Во Всемирном Совете игроков мы создали оптимальные условия для освоения игроками базовых знаний по политике, истории, философии и метафизике шахмат. Понимание стало доступным всем, однако страх каждому придется преодолевать самостоятельно, наедине с собой.

Михаил Гендельман спрашивает:

Счет: 3

Михаил Гендельман спрашивает: "Скажите, можно ли, будучи перворазрядником в 30 лет, стать гроссмейстером?".
Смотрите где стоит запятая !
Алексей отвечал на вопрос как-будто запятая стоит после слов "будучи перворазрядником" (тут) и далее - стать гроссмейстером в 30 лет!
нет, вопрос стоит иначе - будучи перворазрядником в 30 лет! то есть сегодня Михаилу Гендельману уже 30, он только перворазрядник.
Мне кажется вопрос технического плана - чтобы стать кмс, потом мастером, надо попадать в соответсвующие турниры, то есть 30 летнему сидеть в окружении 15-ти леток (тут мешают психологические мотивы), потом попасть в турниры мастеров международного класса и т.д.
P.S. Когда после гражданского ВУЗа мы стали лейтенантами, то несколько человек подали рапорт в ВС СССР с просьбой служить. Всем было отказано с объяснением что т.к. нам стаж института не засчитывается в стаж службы, то звездочки мы будем получать позже на 5 лет, а вы после такого ВУЗа поумнее чем выпускники военных училищ и со временем будете "разъедать" армию изнутри, а армии это не надо!

По-моему,этот вопрос из той

Счет: 1

По-моему,этот вопрос из той же серии,как вопрос "какой разряд мне присвоят,если я
обыграю Таля,Спасского и Фишера.Сейчас у меня второй разряд".Кроме как с юмором на такие
вопросы не ответить.В первую очередь задашь встречный вопрос:"Зачем тридцатилетнему
перворазряднику ставить цель стать гроссом"? Ему что,больше делать нечего?

А вот не скажите, дорогой

Счет: 1

А вот не скажите, дорогой echo2011. Как там его фамилия? Гендельман? Для попадания в будущие издания Шахматной Еврейской Энцикклопедии вовсе не безразлично, перворазрядник ты или гроссмейстер. Так что, г-н Гендельман, трудитесь на шахматной доске или же начинайте собирать шахматные книги и журналы, и место между бюрократом из ФИДЕ Израэлем Гельфером и замечательным этюдистом Александром Гербстманом (слинял из совка еще в 1980) вам будет обеспечено...

А статья о Геннадии Исаевиче

Счет: -3

А статья о Геннадии Исаевиче Туннике есть в Шахматной Еврейской Энциклопедии?

Есть,не волнуйтесь.Впрочем,не

Счет: 4

Есть,не волнуйтесь.Впрочем,не знаю,хорошо это или плохо.Помнится,составители таких энциклопедий неоднократно обращались к Смыслову с вопросом о его еврейских корнях,и он
с такой страстью их отрицал,как будто против него собирались завести уголовное дело.
Так что не все хотят попадать в такую энциклопедию.

Уважаемый iruska! Просветите,

Счет: 1

Уважаемый iruska! Просветите, пожалуйста! Сколько, в смысле количества, нужно собрать шахматных книг и журналов (спецбюллетени идут в зачёт?), чтобы претендовать на попадание в ЕШЭ. Гроссмейстером в 66 лет я уже вряд ли стану, а вот книг и журналов у меня - как у дурака махорки...

Очень просто.Узнав,что

Счет: 3

Очень просто.Узнав,что готовится к изданию такая энциклопедия,нужно любой ценой связаться с её автором Игорем Бердичевским,и,назвав свои ФИО и добавив,что у Вас
шахматной литературы,"как у дурака махорки",попросить его на этом основании включить себя в эту книгу.Быть может,автор бы выполнил просьбу...

Геннадий Исаевич, почему же

Счет: 1

Геннадий Исаевич, почему же "любой ценой"? Цены никакой нет).Связаться со мной проще, чем попасть в книгу. Можете найти меня, например на ФБ.

В шахматах всё возможно.

Счет: -1

В шахматах всё возможно. Гроссмейстерами становились и после 50-ти. Но, гроссмейстер гроссмейстеру - рознь.
А уж в нынешних реалиях, когда "гроссов", играющих в силу советского кмс, развелось как собак нерезаных, и подавно. Таким "носителей высшего звания" настоящий гроссмейстер, и даже небезизвестный Дамянович, может давать сеансы одновременной игры.
Был в ФИДЕ и период банальной, правильнее сказать циничной, распродажи международных званий. Из-за которого шахматы и потеряли свой привлекательный ореол.
Итог печален. Какая-нибудь "каменная башка" в любой из многочисленных версий профессионального бокса за чемпионское звание получает несоизмеримо больше, чем абсолютный чемпион мира по шахматам.
Вот такие гримасы и парадоксы времени, в котором мы живём. Кому нужны такие шахматы, когда для победы в "супертурнире" достаточно набрать +2, или даже +1. Бледная немочь поразила шахматы...

С тем же основанием можно

Счет: 2

С тем же основанием можно задать вопрос,кому нужен такой футбол,в котором победы в лиге
чемпионов добываются в серии послематчевых пенальти,или такой бокс,в котором один из
боксеров на первой минуте получает нокаут.И,может быть,то,что сильные советские кандидаты и мастера не стали гроссами,это проблемы советских,а не современных шахмат? Жаль,что
Нежметдинова или Иливицкого об этом уже не спросишь.

Ответ очевиден. Чрезмерная

Счет: -3

Ответ очевиден.
Чрезмерная коммерциализация всего и вся давно превратила спорт, особенно это наглядно в футболе, в соревнования денежных мешков. И в расширенной, опять же ради бабла, Лиге чемпионов, стали играть команды никогда чемпионами не бывавшие, а занимающие 5-6 места в национальных первенствах. (Для наглядности картины привожу камент с одного из футбольных сайтов: Футбол – игра артельная.
Околофутбольный народец совсем эпнулся на "звёздах". Всё эта возня свидетельствует лишь о потере контроля над трансферным рынке игрочишек. Причём умышленно организованный дельцами и воротилами от футбола. Типа Мавроди. Пирамида называется. А вернее, мыльный пузырь. Похоже, скоро этот гандон лопнет и вся нечисть вывалится наружу во всей своей мафиозной красе. Спор денежных мешков к спорту не имеет никакого отношения. Я бы для тусовки-междусобойчиков этих "грандов" и "суперклубов" придумал бы ещё Вселенскую Суперлигу под условным названием Чемпионат Антарктиды с вручением победимтелю Окуенного Кубка "Большой Пингвин").
У Эстонии, которую я имею несчастье представлять, годовой бюджет - миллиард евро. Так вот Неймар нынче "стоит" пятую этого бюджета. Всего лишь пару-тройку лет назад 100 миллионов за Бейла казались фантастическими. Что это и каким словом такое, при трезвом размышлении, можно наиболее полно характеризовать? Можете подсказать? Ну, кроме ненормативной лексики. Или зелёненькие талеры-ефимки и разноцветные еврики действительно превратились в фантики?
Подозреваю, при таких темпах миром будет править не Вашингтон, а эта самая футбольная мафия.
А ссылка на Нежметдинова лишь подтверждает вышевысказанную мысль. Лучше быть классным мастером, чем захудалым гроссмейстеришкой (ну если только для того, чтобы попасть в Еврейскую Шахматную Энциклопедию).
Странный всё-таки, мы евреи, народ.

А Вы - это кто? То, что

Счет: -5

А Вы - это кто?

То, что Неймар "стоит" много процентов от бюджета Эстонии - проблема не Неймара, а Эстонии.

Про советских КМС и прочую фигню напишу уже не тут, а у себя на фейсбуке, это заслуживает отдельной темы.

Дед Пихто! Как спросили, так

Счет: 2

Дед Пихто! Как спросили, так и ответил. Вам, что биографию с фотографией? IQ?
Или ещё какую "фигню"?
Чувствую, что Вас устроит следующее: наставник чемпиона NATO по шахматам.

Ну я хотел бы убедиться, что

Счет: -3

Ну я хотел бы убедиться, что Вы - слабый гроссмейстер. Ибо всё, что Вы понаписали в комментариях, укладывается в симптомы синдрома слабого гроссмейстера. Фигня - это именно фигня. :)

Никакого синдрома слабого

Счет: 4

Никакого синдрома слабого гроссмейстера здесь нет.Просто человек плохо понимает,как
устроен профессиональный спорт вообще и футбол в частности.Шахматы живут совсем по другим законам.

Хотелось бы узнать, что

Счет: 2

Хотелось бы узнать, что мешает сильному мастеру ФИДЕ Владимиру Шляхецкому стать слабым гроссмейстером в свободное от работы время.

Я даже не сильный мастер

Счет: -2

Я даже не сильный мастер ФИДЕ. :) Что мешает? Абсолютная ненужность мне этого звания. Работать надо не по-детски, а отдачи - ноль. И благо, мне есть на что тратить свободное время.

Про советских КМС подробно

Счет: -3

Про советских КМС подробно изложил у себя на фейсбуке, думаю Вы сможете его найти.

Вы какой из

Счет: 2

Вы какой из Коньков-Горбуньков будете? В Facebook их с дюжину.

Туник неожиданно расшарил,

Счет: -2

Туник неожиданно расшарил, ищите у него. :)

вы про футбол не судите, как

Счет: -1

вы про футбол не судите, как и о политике. надо быть футболистом или политиком. а такой, как ваш, комментарий о футболе, похож на фантазии: сам себе придумал, сам себе написал. возьмите футбольный мяч, хотя бы попробуйте, что это такое, прежде, чем писать о футболе.

Смотрите также...

  • Е.СУРОВ: Московское время 19.24, прямой эфир Chess-News, всем добрый вечер. Последний тур чемпионата Европы еще продолжается, а у нас на прямой связи Алексей Дреев, который уже сыграл последнюю партию. Алексей, здравствуйте. Как вы сыграли, кстати? Трансляция задерживается.

    А.ДРЕЕВ: Привет, Жень. Выиграл я черными у Ковалева.

    Е.СУРОВ: А, вот теперь вижу. Ну что ж, поздравляю! Конечный результат какой?

  • Е.СУРОВ: С нами Владимир Крамник. Приветствую вас! Скажите, когда две партии белыми на старте, есть ли у вас какая-нибудь особенная стратегия? Ясно, что таких случаев в вашей практике, наверное, было бесчисленное количество в разных турнирах. Надо ли по максимуму набрать очки на старте? Или это всего лишь обычный турнир?

  • Е.СУРОВ: Это Chess-News, мы в поселке Новханы, что близко к Баку, на фестивале «Баку-опен». Вместе со мной – рейтинг-фаворит фестиваля Шахрияр Мамедъяров, который, впрочем, пока что держится в тени.

    Ш.МАМЕДЪЯРОВ: Да. Как ни странно, турнир сложился не самым удачным образом.

  • Е.СУРОВ: Владимир Крамник, матч окончен. Когда только стало известно, что матч состоится, вы говорили о том, что вы его прежде всего рассматриваете как тренировку к турниру претендентов. Но так получилось, что турнир теперь уже будет относительно нескоро - через год. Что вы сейчас думаете о матче именно как об этапе подготовки к чему-то?

  • Запись прямого эфира: 06.05.2013, 20.20

    Е.СУРОВ: 20.19 московское время, прямой эфир Chess-News, всем добрый вечер. У нас довольно-таки неожиданное включение из Легницы, с чемпионата Европы, где работает наш корреспондент Мария Боярд, и рядом с ней сейчас один из участников и фаворитов – Павел Эльянов, который выиграл сегодня и во втором туре. Приветствую и Марию, и Павла!

    П.ЭЛЬЯНОВ: Здравствуйте, Евгений!

  • Е.СУРОВ: 21.04 московское время, прямой эфир Chess-News. Вот мы наконец дождались – на прямой связи Легница, наш корреспондент Мария Боярд и гроссмейстер из Украины – уже второй гроссмейстер из Украины на сегодня – Александр Арещенко, который завершил свою партию. Александр, слышно ли нас?

    А.АРЕЩЕНКО: Да, добрый вечер!

    Е.СУРОВ: Добрый вечер. Правильно ли я понимаю, что ваша партия на первой доске с Романовым завершилась вничью?

  • (по телефону)

    Е.СУРОВ: Сегодня завершилась Высшая лига. Ваши впечатления от турнира?

    И.ЛЕВИТОВ: Ну какие впечатления? Мне кажется, получился хороший турнир. Все боролись, у всех до конца сохранялась мотивация. Так что все нормально. Единственное – меня как-то семисотники разочаровали.

    Е.СУРОВ: Да, это правда.

  • Е.СУРОВ: Прокомментируете? Ваши впечатления?

    И.ЛЕВИТОВ: Мои впечатления? Что тут скажешь-то? Провал. Провал...

    Е.СУРОВ: С чем связан, как считаете?

  • Длительность: 2 мин. 38 сек.

    Е.СУРОВ: Шахрияр Мамедъяров, победитель турнира по блицу в Сочи. Сложно было победить?

    Ш.МАМЕДЪЯРОВ: Вы знаете, после первого дня я думал, что все будет не так сложно, потому что играл интересно. Думаю, что сегодня я играл лучше, чем вчера, как ни странно.

    Е.СУРОВ: Правда?

  • Е.СУРОВ: Это Chess-News, я Евгений Суров, вместо со мной две очень красивые девушки. Одна из них действующая чемпионка мира Александра Костенюк, и ее дочка Франческа. Александра, у меня к вам такой вопрос. Через несколько дней вы едете в Турцию на чемпионат мира отстаивать свое звание. Зачем вам нужно было все, что здесь происходило, на Гоголевском бульваре?