Муртас Кажгалеев. Правила жизни

Среда, 13.04.2016 12:25

Оригинал - на сайте Esquire.kz

В конце 2011 года я переехал в Ташкент из Уральска. По двум причинам: первая – театр «Ильхом», вторая – нужно было сменить обстановку.

Я первый человек в истории «Ильхома», который, чтобы ходить на его спектакли, переехал в Узбекистан из другой страны.

В Ташкенте вся моя личная жизнь сейчас. Английский, плавание, вокал, танцы, уроки актерского мастерства. Еще литературой занимаюсь. Для чего? Чтобы узнать себя лучше. Здесь вообще все очень серьезно, очень по-настоящему. Люди скрупулезно подходят к изучаемому делу. Хотя шахматист, в каком бы городе ни жил, проводит в нем лишь около 5 месяцев в году, остальное время на выезде.

Я могу жить и обеспечивать себя в любой стране, где развиты шахматы.

Один из моих плюсов – легкая на подъем задница, но это же порой и минус. В свое время я чисто случайно уехал во Францию. Сидели с товарищем, он сказал: «А давай к нам на год». Я подумал секунд 15… и остался там на пять лет.

Во Франции зарабатывал в основном тренерством и игрой в турнирах, брал призы.

Шахматист- гроссмейстер за рубежом на турнире в случае победы может заработать в среднем 3-5 тысяч долларов.

После школы родители сказали: «Запихаем тебя в любой институт в Уральске». А я: «С идиотами местными учиться не буду». В результате после неудачной попытки поступить в МГУ на философский я решил серьезно заниматься шахматами и собой – что-то читал, учил, занимался бегом. У меня до сих пор нет никакого диплома.

Одна из причин, по которой я стал заниматься шахматами, – возможность путешествовать. Мне тренер сказал: будете хорошо играть – будем ездить в другие города.

В прошлом году я пробежал Московский марафон (42 км за 4 часа 4 минуты), готовился к нему 3 месяца. Понял, что заниматься марафонским бегом регулярно – очень вредное занятие. Вместе с тем бег меня многому научил.

Фитнес-клубы ненавижу. За их комфорт, буржуазность, улыбочки и полную некомпетентность тренеров. В Уральске, например, меня не смогли обучить даже базовым принципам плавания кролем. 

Я сплю 5 часов ночью и час днем. Даже когда спишь, ты тренируешься.

Бизнесом никогда не занимался, к счастью. Мне предлагали люди из областного акимата в Уральске открыть шахматную школу, говорят: напиши бюджет. Я написал на 30 тысяч, попросили увеличить, переписал. Придумал все, что можно, получилось 35 тысяч. После этого ко мне никто из акимата не обращался – видимо, хотели, чтобы бюджет был на 300 тысяч.

Объективно сейчас уровень у меня ниже, чем был 5-6 лет назад, потому что с 2011 года я занимался очень многим, но не шахматами. Но мое положение в Казахстане (второе место в рейтинге шахматистов РК. – Esquire) дает мне право получать стипендию, быть на зарплате Министерства культуры и спорта, выступать в олимпийской сборной.

Шахматы очень капризны. Они знают не хуже женщин, кто им верен, кто нет. Верным они платят благодарностью.

Есть шахматисты, которые играют на одном хорошем уровне многие годы, их это не смущает. Я так не могу. Я слишком многого хочу на стороне. Для меня жизнь «гостиница – турнирный зал» – не вариант. Мне важно увидеть, что вокруг.

Было время, когда я 6-8 часов в день тренировался, а еще 6-8 часов думал о том, как тренироваться – вот тогда я был настоящим спортсменом.

Я был молодым наивным игроком: все думал, что мне нужно еще немножко – месяц-два – поработать, и я стану классным шахматистом. Но через несколько лет я осознал, что никогда не пойму, как играть, хотя к тому времени уже стал сильным игроком.

Нужно, чтобы профессия тебя любила. У меня не плохой уровень, но и не выдающийся, хотя я играл с Топаловым, Карлсеном (действующий чемпион мира по шахматам. – Esquire), Карповым и Анандом.

Многие родители моих учеников относятся ко мне с опаской: мол, он может направить не туда. Ведь я говорю детям: делай то, что тебе нравится, а сами родители детям внушают: надо деньги зарабатывать, диплом получить.

Я общаюсь с человеком до тех пор, пока он говорит мне что-то интересное.

Перед собой у меня обязательство: никогда не отказываться от шансов. Я никогда не променяю перспективы на сытую комфортную работу. Мне испанский еще выучить надо.

Общество скептически относится к людям, которые даже в 35 лет начинают увлекаться новым для себя делом. Но я ищу, пробую, и таких осуждающих никогда не слушаю. Я хочу показать, что можно жить легко, счастливо, свободно, полной жизнью. Нужно очень много работать, но и крепко отдыхать.

С одним тренером-французом мы вывели три компонента, которые нужны в работе: финансы, атмосфера и перспектива. Три совпадают редко. Но если два компонента тебя удовлетворяют, можно соглашаться на такую работу.

Детство? ничего особенного. Футбол смотрел. Шахматами увлекался. Хотя помню шок от книги «Фиеста» Хемингуэя. После этого заболел Парижем. «Шокнуло», что тебя могут вытащить из постели телефонным звонком, чтобы погудеть всю ночь в ресторане, а в 8 утра ты идешь на работу. В маленьком советском Уральске жизнь заканчивалась в 8-9 вечера.

Фильмов, которые меня поразили, было три. Я очень хотел быть похожим на Мюнхгаузена Янковского: жить по возможности честно, лазить по лестницам, устраивать 32 мая. Совершенно случайно наткнулся на «Вальсирующих»: его герои, с одной стороны, постоянно работали над собой, с другой – не отказывались от простых человеческих радостей. И «XX век» Бертолуччи: жизнь простых людей на фоне больших исторических событий.

Мне повезло с поколением. Нам разрешили знакомиться с западной музыкой, дозированно, через цензуру, но проходило только крутое и классное – Beatles, Rolling Stones, Creedence, Doors, Боуи, потом еще русский рок пошел. Мы влюбились в западную культуру, как наши родители – в итальянские сапоги. Потому что все шло очень высокого качества. Советские цензоры правильно направляли: мы получали то, что нужно. А нынешнее поколение просто тонет в потоке информации.

Среди шахматистов очень много глупых людей, даже полных идиотов, неадекватных, но у них есть какой-то определенный кодекс чести, за рамки которого они никогда не выходят.

Один шахматист сказал как-то: «Почему необходимо проходить через процедуру дарения трупов, которые начинают разлагаться на глазах, почему нельзя вести себя в жизни честно?» Но попробуй всегда говорить правду, и тебя не поймет никто.

Мир людей, которые занимаются политикой, меня не захватил. Я видел только PR и желание сохранить свое место. Уровень интеллектуальный и моральный большинства политических лидеров меня разочаровывает. Поэтому я всегда делал все возможное, чтобы в политику меня не приглашали и никуда не выдвигали.

Любая система в любой стране будет давить на человека. Чтобы обрести минимальную независимость от этого, нужно в своей области обрести уровень явно выше среднего.

Я не очень слежу за собой, мне лень, жалко на это времени. Не верю, что это выгодное вложение. Но иногда я люблю покупать себе дорогую одежду. И красные или желтые брюки мне гораздо легче купить, чем синие джинсы.

Как-то я пришел на вручение награды в областной акимат в рубашке от Versace в гавайском стиле. Мне сказали: «Муртас, ты что, совсем?»

В шахматах очень жесткая конкуренция и честная. Мат – он на доске, все видно.

Когда шахматист-гроссмейстер обдумал свой ход, он условно ощущает запах розы. Он понимает, что поймал ту ноту, которая нужна. Любитель этого не поймет.

Один французский международный мастер пытался соблазнять девушек, хвастаясь тем, что играет сицилианскую защиту. Думал, что это сексуально, что ли.

Моя дочь не играет в шахматы, ее главная задача – быть счастливой.

Хотелось бы, чтобы в современном мире было побольше настоящего, чтобы было популярно не то, что раскручено, а то, что лучше. Надо смотреть не на соседа, а на того, кто выше тебя уровнем. И почти обязательно заниматься любимым делом.

Не хочу на пенсию. Многие хотят.


ОРИГИНАЛ


  



Комментарии

Муртасу респект.

Счет: 1

Муртасу респект.

Смотрите также...