Лев Новожёнов: "Раньше ни одна редакция не обходилась без шахмат"

Время публикации: 22.11.2015 05:49 | Последнее обновление: 22.11.2015 15:53

Известный писатель, журналист, телеведущий Лев Новоженов в эфире программы "Отцы и дети" на радио "Серебряный дождь" поделился воспоминаниями о детстве и не только. Приводим фрагмент беседы.
Оригинал на сайте "Серебряного дождя"

Лев Новоженов: ...Мы жили в центре Брянска, дали квартиру. Отцу дали квартиру, не сразу, но довольно быстро, в центре города, рядом с драматическим театром. Улица, естественно, называлась улица Ленина. Памятник Ленину, обком, горком, КГБ и доска почета. И стоило чуть-чуть отойти в сторону, и там начинались овраги, потрясающие овраги, русло пересохшей реки. От нее остался ручей один. И это было местом наших игр детских.

Михаил Козырев: Лучшее, что можно представить для игр – это овраги.

Лев Новоженов: Да. И все это было похоже, может быть, на детство Тома Сойера и Гекльберри Финна – мне так казалось, во всяком случае.

Фёкла Толстая: Это то, что вы читали в детстве?

Лев Новоженов: Да, у отца была большая библиотека, и это самое интересное, что было в моем детстве – книги. Отец все время был на работе.

Фёкла Толстая: А что такое быть журналистом? Вы - человек, который всю жизнь проработал журналистом в тех или иных средствах массовой информации. Насколько похоже это на то, как работал ваш отец? И мне кажется, сам образ журналиста, отношение людей к журналистам было другим.

Лев Новоженов: Образы детства моего очень похожи на фильм «Мой друг Иван Лапшин», даже эти типы людей, эта одежда, они все время курили. Шахматы – обязательно шахматы.

Фёкла Толстая: Вы играете в шахматы?

Лев Новоженов: Играл, да. Вообще, раньше ни одна редакция не обходилась без шахмат. На телевидении этого нет, на телевидении я не встречаю шахмат.

Михаил Козырев: Удивительно, что мой папа был скрипачом симфонического оркестра, и дома он, конечно, со мной играл в шахматы, а самой популярной игрой за кулисами на репетиции оркестров были нарды, они еще в нарды резались.

Лев Новоженов: Это Средняя Азия какая-нибудь?

Михаил Козырев: Это Урал, Екатеринбург, но шахматы все равно были неотъемлемым.

Лев Новоженов: Но все-таки восток, Урал, да.

Фёкла Толстая: Скажите – я пытаюсь представить свою журналистскую жизнь – в какой момент играют в редакции в шахматы? Когда есть на это время? Или ритм был другой?

Лев Новоженов: Во-первых, играют в блиц. Был очень популярен блиц, играли 5-минутки, быстро.

Михаил Козырев: Это когда часы – дыщ, дыщ!

Фёкла Толстая: А что, были с часами?

Лев Новоженов: Нет, это не Ролекс часы, а это шахматные часы, они гораздо дешевле.

Фёкла Толстая: Но это же надо купить, поставить.

Лев Новоженов: Ну это было признаком интеллектуальной элиты, хотя это слово тогда не употреблялось – элита. Но все-таки это была думающая интеллигенция, журналисты. Это было очень престижно. Сейчас их так много, что где-то профессия стала в престижности терять сильно. А тогда это означало довольно высокий социальный статус и как-то выделяли человека. А шахматы были признаком умного человека.

Михаил Козырев: Герои же были – Алехин, Ласкер, Капабланка, Таль.

Лев Новоженов: Ну советская шахматная, и русская шахматная школа – это была гордость! Такая же гордость, как космос, балет и прочее. Впереди планеты всей.

Михаил Козырев: Много удавалось времени с папой проводить или он все время был на работе?

Лев Новоженов: Мало. Но я помню запах редакции, когда мне приходилось появляться в редакции. Вот этот запах, эта суета праздничная.

Михаил Козырев: А запах – это чем пахло?

Лев Новоженов: Запах свежей типографской краски, газета – газета пахла типографской краской, типографской краской и табаком, потому что курили очень много. И, естественно, выпивали, конечно. Потом это продолжилось традиционно, уже когда я сам начал работать в газете (а начинал я курьером в «Вечерней Москве»), алкоголь, табак, шахматы – почитайте Довлатова, там у него все описано с фотографической точностью.

Фёкла Толстая: Все так?

Лев Новоженов: Абсолютно.

Михаил Козырев: Еще на ощупь свежая газета, прикосновение к свежей газете.

Фёкла Толстая: Черные пальцы будут!

Лев Новоженов: Конечно, и звуки – звуки, хруст газеты утренней, или вечерней, неважно. В Москве выходило две вечерние газеты. Это были «Известия», вечерний выпуск (они выходили два раза в день, почти как "Нью-Йорк Таймс"), и «Вечерняя Москва», за которой выстраивались очереди в киосках . Когда люди ехали с работы, в киоски поступала «Вечерняя Москва», и длинные-длинные очереди за газетой, это я хорошо помню. И до сих пор у меня ностальгия, потому что интернет, ноутбук – это не то, что взять газету за завтраком- газета, кофе.

Фёкла Толстая: Вы читаете сейчас газеты?

Лев Новоженов: Нет.

Фёкла Толстая: Не приходят вам по почте газеты, не подписаны?

Лев Новоженов: Не подписан, сейчас это не имеет смысла - увы, бумажная пресса уходит в небытие.

[...]

ОРИГИНАЛ


  



Комментарии

Неплохо было бы матч по блицу

Неплохо было бы матч по блицу он-лайн провести между г-ном Новоженовым и его оппонентом на ниве сантехнического обустройства квартир, г-ном Зусмановичем.
Интересно, кто бы победил?

Смотрите также...