Владимир Крамник: "Камбэки даются всё труднее"

Вторник, 04.11.2014 02:13
Аудио: 

You may need: Adobe Flash Player.

Длительность - 22 мин. 35 сек.

Е.СУРОВ: Владимир Крамник в Москве, на открытии Мемориала Петросяна. Приветствую вас! И, наверное, первый вопрос будет логичный: кто для вас был Тигран Петросян? Был ли он вашим шахматным учителем? И вообще, ваши впечатления о нем как о шахматисте.

В.КРАМНИК: Он – один из чемпионов мира, а я изучал партии всех чемпионов мира. Правда, сегодня я подумал о том, что он – единственный чемпион мира, начиная с Ботвинника, которого я лично не знал, не встречался с ним лично. Потому что в школе Ботвинника я учился и Ботвинника хорошо знал – в детском возрасте, конечно. С Василием Васильевичем Смысловым мы, безусловно, общались, я и дома у него был. С Михаилом Нехемьевичем Талем я почти не знаком, но мы с ним сыграли в одном турнире, где я даже  его опередил – это было в 1991 году. Конечно, тогда он уже был не тот Таль. Но мы успели с ним сыграть даже одну партию в блиц и одну – в быстрые шахматы. Так что я его запомнил. Ну и, разумеется, Борис Васильевич Спасский – я с ним общался и дома у него был. И, конечно, Анатолий Евгеньевич [Карпов], и Гарри Кимович [Каспаров] – ясно, что я их хорошо знаю. И вот как-то так получилось, что Тигран Петросян – единственный чемпион мира, которого я никогда не видел, никогда не встречал.

Тем не менее, я тут подумал, что в моей победе над Каспаровым он сыграл, может быть, самую большую роль, потому что если задуматься, то стратегия, которую я выбрал на матч с Каспаровым, была, по большому счету, стратегией Петросяна. Это игра от обороны, с очень вязкой, плотной обороной, с позиционным давлением белыми. И я тогда  не проиграл ни одной партии, что тоже очень типично для Петросяна. Так что, можно сказать, что этот матч, да и вообще какой-то период времени, лет пять, с конца 1990-х до начала 2000-х я, наверное, играл в стиле Петросяна. Потом я стиль поменял. И до этого у меня был другой стиль, и сейчас другой. Но в тот момент, когда я завоевал звание чемпиона мира, из всех мне, пожалуй, был ближе по стилю Тигран Петросян. И этим он для меня очень значим.

Е.СУРОВ: Значит ли это, что для завоевания титула для вас конкретно или вообще стратегия Петросяна может оказаться наилучшей?

В.КРАМНИК: Вы знаете, это зависит от соперника и от тебя лично. Если ты привык атаковать, а тут начнешь защищаться, и тебе неприятно и скучно, то ничего хорошего из этого не будет. Это у меня просто такой вкус к игре от обороны, или, я бы сказал, что это, скорее, профилактика. Мне это, наверное, привил Сергей Долматов – мы с ним работали в середине девяностых довольно много. У него тоже такой, довольно оборонительный, профилактический стиль игры. И вот это же – в партиях Петросяна. Я просто почувствовал вкус к этому. Потому что, скажем, в начале девяностых у меня еще совсем не было такой игры, когда я вошел в элиту. А потом, когда почувствовал вкус, почувствовал, что в ней тоже есть интерес и какая-то своя красота, и поиграл какое-то время в этом стиле. Потом поменял, оно как-то само натурально поменялось.

Но, тем не менее, этот «петросяновский» период был для меня самым памятным, потому что именно тогда я завоевал титул чемпиона мира.

Е.СУРОВ: А сейчас все поменялось настолько, что я вспомнил даже свежую фразу Дмитрия Андрейкина, который вас выделил в числе двух игроков современности, которые отказываются от ничьих, играют на победу в любой позиции, даже, по его словам, необоснованно. Чего о Петросяне не скажешь.

В.КРАМНИК: Может быть, это связано с тем, что… Помните, как было в детском четверостишье: «Дедушка старый, ему все равно» - это когда он бросил гранату в окно местного райкома… Хотя не знаю, мне хочется получать удовольствие от шахмат, я пытаюсь играть с интересом. Как-то у меня поменялась философия, я стал меньше заботиться о результате – что, конечно, сразу же на результате и сказывается. Но больше пытаюсь играть каждую отдельную партию так, что если есть возможность продолжить игру, и позиция достаточно интересная, то я стараюсь это делать. Так что пытаюсь получать какое-то удовольствие от игры на старости лет. Потому что если вы – чемпион мира или боретесь в турнире претендентов, или отстаиваете звание чемпиона мира, то понятно, что результат, как ни крути, имеет главенствующее значение. А в данный момент времени я не играю матч на первенство мира, я все-таки пытаюсь какое-то творчество показать, просто жить шахматами, как-то играть на полную катушку. Это как-то жизнь поменялась, я сейчас немножко по-другому воспринимаю шахматы. Наверное, это идет в ущерб результату.

Е.СУРОВ: Неужели в турнире претендентов это тоже сказывалось?

В.КРАМНИК: Немножко да. Потому что когда ты начинаешь так играть, то потом трудно перестроиться. Я же в том турнире тоже играл очень рискованно и остро. Особо не хотел этого, но у меня не всегда получается перестроиться – играя очень жестко, потом играть классически и осторожно. Но опять же, пока у меня нет каких-то перспектив, я играю обычные турниры – этот в Москве, потом в Катаре опен, потом в Лондоне. Это просто обычные хорошие турниры, я хочу в них просто играть, показывать интересные шахматы, это основная задача. Так что не знаю… Может быть, я буду стараться в этом турнире играть по-другому, более построже, как получится. Вы знаете, я иногда даю себе такой зарок перед турниром, но не могу… У меня в Ставангере было что-то безумное! Перед турниром были какие-то дела, потом я еще и заболел прилично, кашлял, был весь в простуде. Приехал на турнир – елки, что же делать-то?! Такой мощнейший турнир, а я весь простуженный, совсем никакой, с температурой. И думаю: все! Буду играть очень крепко, надежно, в классические шахматы. И вдруг у меня +2 после пяти туров! То есть я играл очень надежно, крепко, вдруг начал выигрывать, у меня все получается, все отлично! И в какой-то момент «Остапа понесло», я думаю: надо уж тогда попробовать выиграть турнир, раз все пошло. И пошел с Топаловым шашки наголо, с Грищуком! Ну, и закончил 0,5 из 4. Поэтому я говорю, что иногда я хочу, но не получается. Надеюсь, что хоть один раз я захочу – и все получится, все срастется. Чтобы просто посмотреть, что из этого выйдет. Может быть, здесь – не знаю, завтра перед партией решу.

Е.СУРОВ: Опять же, можно вспомнить стратегию Петросяна, который говорил, что после любого результата – 1 или 0 – нужно сделать ничью на следующий день. Неважно, выиграл ты или проиграл.

В.КРАМНИК: Дело в том, что сейчас шахматы уже другие. Сейчас нет таких турниров, чтобы через партию ты «расписал» или быстро ничью предложил. И опять же, если есть еще какие-то амбиции, желание бороться за первое место... А турниры сейчас не по 19 туров, где можно спокойненько сделать 5-6 ничьх и продолжать играть. Сейчас уже каждая ничья – особенно в коротких турнирах – тебя отдаляет от первого места. Поэтому такая стратегия, особенно в коротких турнирах, не думаю, что она правильная. Но дело даже не в результате, а в постановке игры. Если пытаться лезть в какие-то ненужные авантюры, пытаться слишком много рисковать – что, к сожалению, у меня в последнее время очень часто бывало, то есть какой-то неоправданный риск, - то… Но я говорю, что часто такие вещи происходят вне твоего желания, что-то внутри, какой-то пионерский огонь начинает внутри тебя гореть, хочется пойти в какую-то агрессию, сам не понимаешь, почему. Хотя тебе самому это не нравится. Вот как у меня было с Топаловым в Ставангере. Иду в турнире «+2», шикарно, по дебюту вообще ни одной проблемы, ничью могу сделать, как угодно. Правда, и большего ничего нет. И вдруг что-то меня заклинило – нет, ну надо попробовать выиграть, какая-то жертва качества перед глазами… Ну не проходит, ерунда это, ерунда! И вот я сорок минут сижу, думаю: ну не проходит, зачем мне это нужно… А потом смотрю: уже сорок минут сижу! И думаю: да ладно! (смеется) Вот желательно, чтобы такого не было. Все-таки надо пытаться этого избегать

Е.СУРОВ: А нет такого, что вы сидите за доской и думаете: «да зачем мне это нужно?» Эта же фраза, но в другом смысле. «Зачем мне всё это нужно?»

В.КРАМНИК: В смысле, сама игра?

Е.СУРОВ: Да.

В.КРАМНИК: Нет, такого нет никогда.

Е.СУРОВ: Я имею в виду: сейчас, с возрастом, не возникают такие мысли?

В.КРАМНИК: Нет, конечно. Если они возникнут, я просто перестану играть. Но пока я играю осознанно. Во-первых, мне это по-прежнему интересно. Конечно, когда играешь лучше, то это интереснее, но все равно это интересно. Во-вторых, я все-таки довольно четко понимаю, что если такая мысль начнет закрадываться через партию, то я быстро закончу играть. Зачем мне это нужно? Для того, чтобы обеспечивать семью, мне шахматы не нужны, я думаю, что могу в других областях зарабатывать больше, скажем так, если уж очень захочу. Конечно, тоже придется работать, но думаю, что смогу. Поэтому я, конечно, играю не ради этого, а играю только потому, что мне это еще интересно.

Е.СУРОВ: А на рейтинг вы смотрите? На вас не давит то, что вы снизились в рейтинг-листе и уже не входите в десятку?

В.КРАМНИК: Нет, уже не давит. Знаете, когда ты уже до такой степени упал, то тебе неважно, 12-ый ты или 15-ый (смеется). Конечно, неприятно. У меня был какой-то совершенно невероятный турнир в Дортмунде, где я потерял почти 20 пунктов рейтинга. Но это дело наживное. К тому же я все-таки знаю свой уровень. У меня нет каких-то иллюзий, но я все-таки знаю, что мой уровень нормальной игры – это уж точно десятка. Поэтому я понимаю, что если войду в нормальное состояние, начну нормально играть в средние шахматы, то я, конечно, в десятку вернусь. Поэтому как раз это меня не так сильно тревожит. Конечно, этот спад, который был в последнее время, неприятен, тем более, что как-то так все сразу пошло, и такого плохого периода у меня не было очень давно. Хотя, на самом деле, в течение карьеры у меня были спады и очень серьезные. Это когда я заболел, потом взял полугодовой перерыв… У меня был рейтинг 2812 и упал до 2728 – почти сто пунктов потерял. Так что я к этому отношусь очень спокойно. Другое дело, что с годами понимаю, что все тяжелее устраивать все эти «камбэки». Но я думаю, что у меня пока еще есть потенциал для этого. Хотя, конечно, наступит момент, когда это падение пойдет только вниз. Но надеюсь, что сейчас это еще не тот момент. Мне кажется, что не тот. Хотя кто знает…

Е.СУРОВ: А вы не рискуете, участвуя в опен-турнире в Катаре?

В.КРАМНИК: А чем я рискую?

Е.СУРОВ: Тем же рейтингом, например.

В.КРАМНИК: Я об этом сильно не думаю. Можно ведь и наварить рейтинг, необязательно терять. Катар – это будет очень сильный опен, но, по сути, это та же олимпиада, первая доска олимпиады. Я вот сейчас играл на Олимпиаде, у меня была первая доска. И в Катаре турнир по составу будет примерно такой же. А там я нормально сыграл, при своих остался. Так что это же не совсем уж какой-то левый опен. Мне кажется, что там играют двадцать человек за 2700, шестьдесят – за 2600, так что очень приличный опен. Конечно, в первой паре туров будут соперники 2400-2500, но дальше уже пойдут 2650, 2700. Там ведь играют и Вашье-Лаграв, и Мамедъяров, и Бакро, и Карякин хотел играть, но у него не получилось. Нет, это сильный турнир.

Е.СУРОВ: То есть вы предполагаете, что это будет для вас как обычный круговик с участием тех, кого вы назвали?

В.КРАМНИК: Ну да. Но опять же, мне было просто интересно, когда я получил это приглашение. Во-первых, когда я его получил, еще не было никакого другого турнира. Соответственно, я просто боялся вообще всю осень просидеть дома. Ну, и плюс – что-то интересное. Вы же знаете, я все время играю в одних и тех же турнирах: Дортмунд, Москва, Лондон – всё по программе. Просто как-то разнообразить надо, чуть оживить что-то. Катар – это же интересно. Погода там хорошая – я перед тем, как принять приглашение, проверил среднюю температуру там в конце ноября. Мне показалось, что хорошо, 27 градусов, и я посчитал: о, то, что надо! Да и страна новая. Я единственный раз был в этом регионе, когда играл матч в Бахрейне, но это было уже очень давно, в 2002 году, кажется. Что-то новенькое, почему бы не сыграть хороший опен, не попробовать? Я к этому нормально отношусь.

Е.СУРОВ: Можно спросить: а в Казани вы проверяли температуру в ноябре?

В.КРАМНИК: Проблема с Казанью в том, что это уже было позже. Я уже подписал контракт с Катаром и с Лондоном, поэтому в Казань у меня уже, по сути, не было возможности поехать. Но если бы возможность была, я бы сыграл в Казани. Конечно, с температурой там похуже. Но пока еще одна из вещей, которая мне не удавалась, - это выиграть чемпионат России. И я бы хотел совсем уже перед пенсией как-нибудь попробовать это сделать. Но в этот раз просто не получилось по срокам, к сожалению.

Е.СУРОВ: Я слышал, что у вас произошли некоторые перемены в личной жизни? Я имею в виду, что вы переехали и живете теперь не там, где жили.

В.КРАМНИК: Да, мы не так давно перебрались в Женеву всей семьей. Уже давно хотели это сделать, просто у меня несколько лет не было на это времени. Потому что это требует все-таки… Вот сейчас у меня было свободных два с половиной месяца, наконец появилось какое-то время. Начали переезд мы чуть пораньше, но вот сейчас переехали и очень довольны. Нам просто нравится страна Швейцария, мы давно хотели вести чуть-чуть провинциальный образ жизни, особенно с двумя детьми. До этого мы жили в самом центре Парижа, а это такой мегаполис – не Москва, конечно, но все-таки. И для семейной жизни, тем более, когда родился второй ребенок, мы начали подумывать о том, что надо бы нам обосноваться где-то с чуть лучшей экологией, в чуть более спокойном месте. И мы как-то выбрали место в Швейцарии. Приехали, и пока нам нравится, все очень довольны. Но это не имеет принципиального значения.

Е.СУРОВ: Понятно. Выбираете, где комфортнее душе.

В.КРАМНИК: Не только это, но еще и язык важен. Это же французская часть, поэтому французский язык – это самое главное. Мне все равно, где жить, по большому счету. Но с точки зрения семьи – я-то много езжу, а семья живет на месте, - им важен французский язык. Соответственно, это могла быть либо какая-то другая часть Франции – но французская провинция все-таки уж очень тоскливая. По крайней мере, мне так показалось. А здесь все-таки некий микст между приятной провинциальностью и международным городом. Здесь много людей самых разных национальностей, все говорят по-английски, плюс у меня здесь есть какие-то приятели, так что все вот так совпало. Поживем пока там, а потом посмотрим. Может, в Россию когда-нибудь переберемся. Надо же хотя бы подтягивать язык детей.

Е.СУРОВ: Вы уже, кстати, не раз говорили об этом в наших интервью.

В.КРАМНИК: Да-да, это возможно. Не сразу, не сейчас, но возможно. Потому что я все-таки хочу, чтобы дочка идеально говорила по-русски. Она сейчас подтягивает язык, но пока не идеально. Ну и сын, конечно. Он пока только начинает говорить, но все же. Ну, и не только из-за этого.

Е.СУРОВ: Еще непонятно, какой у сына будет основной язык?

В.КРАМНИК: Пока те несколько слов, которые он знает, все больше на русском. Ну, «папа, «мама» - это на всех языках. А так он говорит «дай» - очень важное слово!, –  говорит «идем». Ну, и пару каких-то слов по-французски. Пока это такой микст. Но посмотрим. Я не люблю так уж далеко заглядывать. Жизнь - она такая динамичная, все быстро меняется, посмотрим, что будет дальше. Пока мы в Швейцарии поживем пару лет точно, а потом будет видно.

Е.СУРОВ: Тогда последний вопрос. Вы упоминали о Тале, а у нас на сайте на днях выйдет очень большой материал о Тале от Генны Сосонко. Может быть, вы и о нем скажете несколько слов? Какие у вас воспоминания о нем, тем более, что вы с ним играли?

В.КРАМНИК: Какие у меня воспоминания… Честно говоря, тяжелые. Потому что когда я его впервые увидел – по-моему, это было в 1989 году, - тогда игрались турниры, я уж забыл, как они назывались – PCA, ПША… В общем, организация Бессела Кока. И один из них игрался в Москве. Я в него неожиданно отобрался, хотя мне было тогда всего 13 лет. Это был большой-большой опен, и вдруг его посетил Таль. Он не играл, а просто пришел. Я, конечно, был в шоке. Потому что я его видел только на фотографиях, а живьем он выглядел настолько больным, настолько худым, минимум лет на семьдесят. Я был шокирован, увидев его. Потом как-то попривык. Но в нем, тем не менее, была колоссальная энергия. Я помню, что в опен-турнире, где мы с ним играли в 1991 году – кстати, там играли и Рафаэл Ваганян, и Дреев, то есть тоже был хороший опен, - Таль был очень живой. При том, что выглядел он, конечно, не лучше, чем раньше, а уже очень неважно – я, честно говоря, понимал уже тогда, что ему недолго осталось жить, - но энергии в нем было море! Он любил со всеми анализировать партии, каждый вечер он был в баре – если я спускался выпить чашку кофе, то видел, что он там был всегда. И он был все тем же Талем. Я помню, что в выходной день мы сыграли блицтурнир и турнир по быстрым шахматам по 15 минут. Блицтурнир тогда выиграл Ваганян, насколько я помню, а мы с Талем поделили второе и третье места. Для меня тогда это был колоссальный успех. Мне было всего пятнадцать лет, я уже неплохо играл, но все равно. Тем более – в блиц. Но Таль играл тоже здорово. Я помню это очень хорошо, и даже позицию в нашей партии помню более или менее. Наша партия мне очень хорошо запомнилась, потому что в какой-то момент – идет блиц-игра, мы только разыграли дебют, - я вижу, что могу сделать ход, но там есть такой замаскированный удар в ответ и я теряю пешку. Но с другой стороны, это все равно блиц, и я думаю: да не найдет он! Конечно, Таль великий, но он так плохо выглядит, тем более, это блиц… И я пошел. Мгновенный ответ! Как только я сделал ход, он тут же нанес этот удар! Я потом спасся каким-то чудом, просто повезло. Но этот случай помню.

А в быстрые я даже смог выиграть. Даже помню начало той партии. То ли он меня недооценивал, то ли просто играл в свое удовольствие. 1.е4 с5 – я играл черными, 2. Nf3 Nc6 3.Nc3 e5 4.Bc4-d6 5.d3 Be7. И он пошел быстро 6.Ng5. Это известная некорректная жертва фигуры, я сыграл 6…Bхg5 7.Qh5 Be7 8.Qхf7+ Kd7 9.Qхg7, там развился Nf6... В итоге фигуру реализовал. Немножко компенсация есть, пару трюков надо выдержать, но все-таки фигура есть фигура. Но он просто по сути отдал партию. То ли он считал, что какой-то мальчик сидит, то ли просто играл в удовольствие. Вот эти партии я запомнил. Когда играешь с Талем, особенно в таком возрасте, запоминаешь очень хорошо, это трудно забыть. Ну, а так я смотрел его партии – конечно, он гений, что тут можно еще сказать? Совершенно гениальный, уникальный человек, он вот такой, другого быть не может, не было и не будет. Есть несколько таких фигур в шахматном мире, типа Фишера, - вот Таль такая личность, такая комета, которая промелькнула, и ее нельзя ни с чем сравнить. Могу о нем сказать одно: да, это гений в полном смысле. Есть всего несколько шахматистов, о которых можно с уверенностью сказать, что это гении, Таль – один из них.

Е.СУРОВ: А кто еще, кроме Таля?

В.КРАМНИК: Каспаров, конечно. Фишер, конечно. Капабланка, конечно. Может, кто-то еще. Не хочу никого обидеть, это я навскидку назвал. Но это все – точно гении. Остальные – может быть, тоже, но это уже надо думать.

Е.СУРОВ: Спасибо.




Комментарии

Крамник - молодец! Андрейкин

Счет: 3

Крамник - молодец! Андрейкин абсолютно верно сказал, он борется. За это Влад. Борисовичу от всех любителей шахмат респект и уважуха! ;) Из топовых игроков так много "некорректно" жертвовал за последние годы, наверное, только Джобава )

Смотрите также...

  • Экс-чемпион мира Владимир Крамник в интервью нашему сайту рассказал о том, почему согласился участвовать в открытом турнире в Катаре, который пройдет с 25 ноября по 5 декабря этого года:

    "Пока у меня нет каких-то перспектив [в борьбе за титул чемпиона мира], я играю обычные турниры – сейчас Мемориал Петросяна в Москве, потом опен в Катаре, потом в Лондоне. Хочу в них просто играть, показывать интересные шахматы.

  • Е.СУРОВ: Владимир Крамник здесь, в Ханты-Мансийске, как и все остальные гроссмейстеры. Скажите, Владимир, сейчас многие шахматисты пользуются Твиттером, Фейсбуком, и благодаря этому мы кое-что знаем о них: как они готовились к турниру, где они были (один тут, другой там), кто когда приехал. А о вас мы не знаем ничего. Вы можете, не раскрывая больших секретов, все же рассказать, когда вы приехали, как и где готовились к турниру?

  • Е.СУРОВ: Это Chess-News, мы в поселке Новханы, что близко к Баку, на фестивале «Баку-опен». Вместе со мной – рейтинг-фаворит фестиваля Шахрияр Мамедъяров, который, впрочем, пока что держится в тени.

    Ш.МАМЕДЪЯРОВ: Да. Как ни странно, турнир сложился не самым удачным образом.

  • Длительность: 2 мин. 38 сек.

    Е.СУРОВ: Шахрияр Мамедъяров, победитель турнира по блицу в Сочи. Сложно было победить?

    Ш.МАМЕДЪЯРОВ: Вы знаете, после первого дня я думал, что все будет не так сложно, потому что играл интересно. Думаю, что сегодня я играл лучше, чем вчера, как ни странно.

    Е.СУРОВ: Правда?

  • Е.СУРОВ: Владимир Крамник, матч окончен. Когда только стало известно, что матч состоится, вы говорили о том, что вы его прежде всего рассматриваете как тренировку к турниру претендентов. Но так получилось, что турнир теперь уже будет относительно нескоро - через год. Что вы сейчас думаете о матче именно как об этапе подготовки к чему-то?

  • Е.СУРОВ: Мы снова на Мемориале Таля, я Евгений Суров, рядом со мной, наконец-то, Алексей Широв. С победой вас!

    А.ШИРОВ: Спасибо.

    Е.СУРОВ: Ваши ощущения. Простите за такой банальный вопрос, но первая победа в турнире…

  • Е.СУРОВ: Мы на открытии «Аэрофлота», которое уже закончилось. Алиса Галлямова, которая будет играть в «Аэрофлоте», рядом со мной. Алиса, вы теперь перешли на быстрые шахматы и блиц?

    А.ГАЛЛЯМОВА: Пока на быстрые. Во-первых, это отнимает не столько энергии, не так много дней, поэтому это интересно. Я решила приехать поиграть, увидеть знакомых, пообщаться. 

  • Запись прямого эфира: 06.05.2013, 20.20

    Е.СУРОВ: 20.19 московское время, прямой эфир Chess-News, всем добрый вечер. У нас довольно-таки неожиданное включение из Легницы, с чемпионата Европы, где работает наш корреспондент Мария Боярд, и рядом с ней сейчас один из участников и фаворитов – Павел Эльянов, который выиграл сегодня и во втором туре. Приветствую и Марию, и Павла!

    П.ЭЛЬЯНОВ: Здравствуйте, Евгений!

  • Е.СУРОВ: Мы на Мемориале Таля, вместе со мной Шахрияр Мамедьяров, я Евгений Суров. Шахрияр, я пока не поздравляю, но все-таки, наверное, после седьмого тура приятно идти в лидерах?

  • Е.СУРОВ: 21.04 московское время, прямой эфир Chess-News. Вот мы наконец дождались – на прямой связи Легница, наш корреспондент Мария Боярд и гроссмейстер из Украины – уже второй гроссмейстер из Украины на сегодня – Александр Арещенко, который завершил свою партию. Александр, слышно ли нас?

    А.АРЕЩЕНКО: Да, добрый вечер!

    Е.СУРОВ: Добрый вечер. Правильно ли я понимаю, что ваша партия на первой доске с Романовым завершилась вничью?