Дмитрий Андрейкин: "Важнее быть прилежным отцом и семьянином"

Время публикации: 02.11.2014 18:12 | Последнее обновление: 05.11.2014 05:44
Аудио: 

You may need: Adobe Flash Player.

Запись прямого эфира: 02.11.2014, 15.20
Длительность - 28 мин.

Е.СУРОВ: 15.21 московское время, это прямой эфир Chess-News, и вместе со мной на связи победитель второго этапа Гран-При Дмитрий Андрейкин. Дмитрий, приветствую! У нас неожиданная встреча, виртуальная, связь мы не проверяли, поэтому если будут какие-то неполадки, то заранее просим прощения у наших слушателей. Дима, мои поздравления! Я думаю, что к ним присоединятся многие шахматные любители, не только ваши персональные болельщики.

Д.АНДРЕЙКИН: Спасибо!

Е.СУРОВ: Для тех, кто прочитает или прослушает интервью в записи, я хочу сказать, что мы беседуем почти сразу после окончания вашей последней партии и уж совсем сразу после того, как стали известны итоги турнира в целом. Поэтому, наверное, правильнее будет спросить: какие ваши ощущения в данный момент?

Д.АНДРЕЙКИН: Да в общем-то, когда закончилась наша с Гири пресс-конференция, свои партии завершили и оба моих преследователя. Поэтому в принципе я уже как-то довольно давно понял, что займу первое место. Но ощущения прекрасные. Я, конечно, очень давно не занимал первых мест – наверное, с 2012 года, когда выиграл суперфинал. Это был последний серьезный турнир, который я выиграл единолично. Так-то я на два года вроде никуда не пропадал, играл неплохо, показывал какие-то высокие результаты… Но первое место есть первое место, тем более, что это действительно супертурнир, который, конечно, выиграть очень приятно.

Е.СУРОВ: И этот турнир шел практически сразу вслед за бакинским супертурниром, тоже из серии Гран-При, и там вы выступили, можно прямо сказать, неудачно.

Д.АНДРЕЙКИН: Я бы не сказал, что неудачно. Я не считаю, что это какой-то провал, даже если посмотреть, что я там потерял всего 5 пунктов рейтинга. Играл там нормально. Просто я долгое время перед этим не играл, поэтому… Конечно, изначально хотелось большего, но я считаю, что это все было в пределах допустимого, и не считаю это провалом.

Е.СУРОВ: Ну, а теперь главный вопрос, с моей точки зрения. Ясно, что играть подряд два таких турнира – это неимоверная нагрузка. И мы видим, что победители бакинского турнира здесь, в Ташкенте, проявили себя не очень – Борис Гельфанд так и вовсе разделил последнее место. Как вам-то удалось второй турнир подряд сыграть вот так, на одном дыхании, провести его от начала до конца?

Д.АНДРЕЙКИН: Вы знаете, как показывает практика, для меня лучше усталость, чем, наоборот, отсутствие игровой практики. Когда я долго не играю, то у меня, казалось бы, голова свежая, я вроде бы отдохнувший, с какими-то идеями. Но я не могу так сразу войти в турнир. Так было и на турнире претендентов, до которого я не играл порядка шести месяцев. И в Баку было то же самое – там несколько первых партий таких и было, когда ничего не получается, все валится из рук. Ну, а когда стартуешь 0 из 2 или 0.5 из 4, как я уже привык в последних турнирах, то, соответственно, и турнир уже не может заладиться ни при каких условиях. А турниром в Баку я все равно доволен, потому что там я смог собраться, показать несколько хороших партий и не так уж плохо закончить. Но, как я уже сказал, при плохом старте дальше невозможно хорошо играть.

А здесь я, конечно, чувствовал какую-то усталость, но, тем не менее, был уже "разыгран", были подготовлены какие-то дебютные идеи и так далее. Но еще и важный фактор, что в Баку я не шел на первых ролях, поэтому это было достаточно просто. Можно даже сказать, что это был турнир просто для удовольствия. Когда я понял, что большого места я не займу, а 8, 9 или 10 место – это уже не имеет большого значения, то я просто стал играть для себя, не вкладывая много сил. А здесь, в принципе, все начиналось довольно легко, но когда я в середине турнира выиграл у Карякина, уже вышел на +2 в дележке второго места, - тогда, конечно, бремя лидерства уже начинает давить. И вторая половина турнира сложилась достаточно тяжело.

Е.СУРОВ: Сейчас прозвучали знакомые слова "удовольствие", "для себя", и я вспомнил, что мы все это слышали во время турнира претендентов, где вы тоже играли. Кстати, после турнира о вас фактически ничего не было слышно до этой серии. Все-таки, чем отличается?.. Здесь вы тоже играете для удовольствия, для себя? Или здесь уже совсем другое?

Д.АНДРЕЙКИН: Конкретно на турнире претендентов я начал 0.5 очка из 4, если я не ошибаюсь. И при таком старте говорить о том, что я сейчас пойду, пять или шесть партий подряд выиграю и займу первое место, - это опрометчиво. Я считаю, что все-таки надо реально подходить к ситуации. И опять же, если там не сложилось, то занять 5, 6, или 7 седьмое место для меня не имеет большого значения. Поэтому я начинаю играть именно для удовольствия. Ну, может, не для удовольствия, а просто стараться находить какие-то интересные идеи. Я думаю, что это правильный подход в том плане, что, играя для удовольствия, я стараюсь цепляться за каждые пол-очка. Например, на турнире претендентов мне это очень помогло. В итоге я вышел в дележку третьего места, а это не так плохо во всех отношениях. Поэтому я как раз не считаю, что надо опускать руки. Говоря "играю для удовольствия", имею в виду, что я просто играю в шахматы. Это значит, что я защищаю тяжелые позиции, как было, например, с Анандом или Ароняном на турнире претендентов. Да, я стараюсь цепляться за каждые пол-очка, и мне кажется, что это правильный здоровый подход. Ну, а после того, как я стал лидировать, то, конечно, об удовольствии уже стало тяжело говорить. Например, вчера была тяжелая партия с Гельфандом – сначала тяжелая подготовка, потом долгая партия, где тебя белыми мучают-мучают, ты защищаешься. А что делать? Когда ты видишь, что турнирная ситуация выходит на передний план, то результат для тебя уже на первом месте, это понятно.

Е.СУРОВ: Не до удовольствий уже.

Д.АНДРЕЙКИН: Тут уже не до удовольствий, да. То есть в какой-то другой ситуации я с Гельфандом разыграл бы что-то более веселое, интересное. А так вчера пришлось помучиться, куда деваться?

Е.СУРОВ: Правильно ли я понимаю, что главной вашей партией в этом турнире стала самая первая, где вы выиграли у Мамедъярова позицию в эндшпиле, которую ну никак не должны были выиграть по объективным оценкам? Но тут сразу же зацепились за лидерство, и вот тут уже пошло-поехало.

Д.АНДРЕЙКИН: Да-да, это из той же оперы, о чем я сейчас и говорил. Вот в Баку старт сразу не сложился, и я шел где-то во второй половине. А здесь, наоборот, на старте повезло – и я, соответственно, делал все, что могу, чтобы занять более высокие места. Конечно, та первая партия стала очень важной.

Е.СУРОВ: Кто-то помогал вам из тренеров?

Д.АНДРЕЙКИН: Нет, я сейчас больше самостоятелен.

Е.СУРОВ: А физически занимаетесь? Во время турниров, после турниров?

Д.АНДРЕЙКИН: Сейчас, когда маленький ребенок, то мы и так довольно много времени проводим на свежем воздухе. Потом какие-то домашние дела, так что даже и некогда заниматься специально. Жизнь как-то так складывается, столько различных дел, что в любом случае есть и большая физическая нагрузка, и прочее. Так что после всех дел сплю хорошо.

А во время турнира – нет. Кстати, может быть, этого как раз чуть-чуть и не хватает. У меня нет какой-то определенной методики. Например, к концу турнира накапливается определенная усталость – такая моральная, шахматная усталость, когда в голове вьются различные варианты, которые были проработаны на протяжении всего турнира. При подготовке это, конечно, очень напрягает. Например, сегодня я в целом не смог отключиться от всего этого и просто выйти на одну партию, поэтому, наверное, так неудачно и разыграл дебют.

Е.СУРОВ: То есть мысли о всяких вариантах преследуют двадцать четыре часа в сутки?

Д.АНДРЕЙКИН: Именно. К концу турнира даже бывает так, что накапливается, и даже когда спишь, то в голове все равно происходят какие-то мыслительные процессы. Причем это никак не связано с нервами, нервы тут не присутствуют, тут именно усталость. Видимо, нужна какая-то методика, чтобы периодически очищать голову от этого всего.

Кстати, я могу сказать, что у меня было подобное состояние в 2012 году, как раз, когда я периодически выигрывал турниры. Наверное, для шахматиста это состояние полезное, когда голова в шахматах. Но насколько возможно быть счастливым человеком в таком состоянии, сказать тяжело. В повседневной жизни у меня в голове шахмат гораздо меньше, чем на турнирах, и я думаю, что это хорошо.

Е.СУРОВ: Вот я о повседневной жизни и хочу задать вопрос. Вы с семьей в Саратове живете?

Д.АНДРЕЙКИН: Нет, сейчас мы переехали окончательно в Рязань. Рязань – это мой родной город. Не так давно, месяца три назад, мы как раз переехали, сейчас там как раз довольно много дел, мы делаем в нашей квартире ремонт, поэтому сейчас мне есть чем заняться помимо шахмат. Идет обживание.

Е.СУРОВ: То есть вы пытаетесь быть и шахматистом, и прилежным отцом и семьянином?

Д.АНДРЕЙКИН: Безусловно. Для меня, например, быть прилежным отцом и семьянином – это на первом месте, нежели быть шахматистом. То есть я считаю, что на турнирах я должен профессионально относиться к своим обязанностям, и если еду на турнир, то это только шахматы. Но в повседневной жизни как раз шахматы не занимают у меня того места, которые они, может быть, должны занимать. Трудно сказать, так ли это, но на данный момент мне больше нравится так жить, как я сейчас живу.

Е.СУРОВ: А не боитесь, что жизнь такова, что рано или поздно все-таки придется выбирать что-то одно: или семья, или шахматы? Я имею в виду, для того, чтобы достичь в шахматах каких-то высоких целей.

Д.АНДРЕЙКИН: Думаю, что да, рано или поздно такой вопрос встанет. Но не "семья или шахматы", а просто встанет вопрос: готов ли я все бросить и заниматься только шахматами, если я прямо вот сейчас поставлю себе цель стать чемпионом мира? Такой вопрос, безусловно, возникнет, но я пока не ставлю себе таких высоких задач, поэтому, наверное, удается совмещать.

Е.СУРОВ: В нашей группе ВКонтакте пришли вопросы, уже люди успели что-то задать. Например, Антон Исаев поздравляет вас с победой и спрашивает: "Как вы оцениваете свои шансы на общий успех в серии?".

Д.АНДРЕЙКИН: Спасибо. Вот как раз еще один большой плюс того, что я выиграл этот турнир – причем выиграл единолично, - в том, что теперь турнир в Тбилиси для меня имеет спортивное значение. Я, естественно, пока не погружался ни в какие расчеты, но думаю, что дележка первого места или даже места в первой тройке дадут мне некоторые шансы на выход в турнир претендентов. Это очень хорошо, значит, есть к чему готовиться, есть, к чему стремиться.

Е.СУРОВ: А вы где больше хотели играть: в Тегеране или в Тбилиси?

Д.АНДРЕЙКИН: По правде говоря, в Тегеран не сильно хотелось ехать. Во-первых, просто не хотелось, во-вторых, 15 февраля – это для меня в принципе не очень удобная дата. Вообще больше хотелось сыграть в Ханты-Мансийске. Но раз уж так получилось, то я, конечно, предпочту Тбилиси.

Е.СУРОВ: А в Ханты-Мансийске почему? Потому что для вас это счастливый город в каком-то смысле?

Д.АНДРЕЙКИН: Нет-нет, ни в коем случае. Я бы сказал, что как раз наоборот: Ханты-Мансийск – город тяжелый в плане игры в шахматы, потому что у меня там никогда ничего не получается. Я там играл несколько раз Кубки мира и довольно рано вылетал, играл чемпионаты мира по блицу и рапиду – и тоже без особого успеха, и даже турнир претендентов давался очень тяжело. То есть мне играется в Ханты-Мансийске туго. Просто так по срокам, наверное, получилось, что для меня был бы более приемлемый вариант отъехать в мае, нежели в феврале.

Е.СУРОВ: Понятно. А если вспомнить еще раз турнир претендентов и Кубок мира, то скажите: у вас нет такой некоей спортивной злости и желания что-то доказать тем, кто считал вас в каком-то смысле случайным участником турнира претендентов? Вот еще раз выйти в турнир претендентов, чтобы уже раз и навсегда закрыть вопрос: Андрейкин случайно или неслучайно стал претендентом?

Д.АНДРЕЙКИН: Во-первых, я никому ничего доказывать не буду – я вообще это не люблю. А во-вторых, скажу так: на мой взгляд, люди не могут в принципе определять, достоин ли тот или иной человек, случайно вышел или неслучайно. Если мне шахматная судьба дала возможность сыграть в турнире претендентов, довела меня до финала Кубка мира, то, значит, это уже неслучайно. Это всегда странно звучит, когда человек говорит: ты достоин, а ты недостоин. Это неправильные слова в принципе. То, что уже произошло, люди ведь оспаривать не могут. И если это произошло, значит, это неслучайно. И это мы можем относить ко всем людям. Мы же не можем сказать: вот этот чемпион мира стал случайно чемпионом мира, а тот стал неслучайно. История в любом случае не знает сослагательного наклонения.

Е.СУРОВ: У вас в ряду чемпионов мира вообще нет разделения, скажем, на «настоящих» чемпионов и «не очень настоящих»?

Д.АНДРЕЙКИН: Да, если смотреть по старой системе, то получается, что я на Кубке мира был в шаге от звания чемпиона мира. Конечно, такая мысль иногда возникает, но я думаю, что надо всех уважать, всех любить. Потому что если тогда этот чемпионат считался чемпионатом мира, и в нем играли практически все сильнейшие, то значит, так тому и быть. Люди знали, за что они боролись – они боролись за титул и этот титул заслужили. О чем еще говорить?

Е.СУРОВ: Еще один вопрос пришел в группу ВКонтакте. Дмитрий Петухов тоже поздравляет с победой, причем он пишет: "Наши поздравления!". Потому что его дети тоже играют в шахматы, видимо, они тоже поздравляют. И он спрашивает: "Подскажите, пожалуйста, свои секреты или способы, как пережить проигрыш в решающей партии и восстановиться к следующему туру?".

Д.АНДРЕЙКИН: Действительно хороший вопрос, но довольно сложный. Тут все зависит от того, какое было до этого положение в турнире, то есть насколько сильно это поражение. И смотря, в какой ситуации получено это поражение. Если поражение объективное, то тут нет ничего страшного, надо просто после турнира посмотреть партию, проанализировать, почему так получилось, отдать должное сопернику. А если поражение обидное – такое, конечно, тоже неоднократно бывало, - то что можно сделать? Сейчас я пришел к выводу, что нужно просто послушать музыку, совершить прогулку на свежем воздухе, постараться отстраниться от этого, может быть, отстраниться от турнира в целом, посмотреть какой-то фильм… И на следующий тур выходить как ни в чем не бывало. Как показывает практика, этот способ действует более или менее неплохо. Удается не плыть по течению. Конечно, я против всякого рода химических вмешательств.

Е.СУРОВ: В этом турнире, кстати, вам не пришлось ни разу восстанавливаться после поражения. Тем не менее, вы смотрели какие-то фильмы? Или как-то отвлекались, пытались отвлечься?

Д.АНДРЕЙКИН: Безусловно, да, делал какие-то дела. Но в целом я действительно не переживал на этом турнире. Для меня довольно неожиданно, даже после Баку, что мне удалось избежать поражений. В какой-то партии -  уже не помню, где - у меня промелькнула мысль, что вот, уже близко поражение, но потом все стало нормально. Конечно, это действительно сохраняет много нервов и сил. Потому что поражение в любом случае отнимает много сил. А когда идешь по дистанции без этих перепадов, то это, конечно, очень приятно.

Е.СУРОВ: Вообще создается впечатление – и не только по этому турниру, - что вы шахматист чуть ли не с железными нервами. Вы согласитесь с этим?

Д.АНДРЕЙКИН: Конечно, железных нервов не бывает, но, может быть, для шахматиста у меня неплохие нервы. Именно для шахматиста. Если говорить, например, про врача или хирурга, то у меня не самые хорошие нервы. Но они, безусловно, присутствуют. Может быть, я стараюсь не подавать виду. Но вот сегодня, когда я получил не очень хорошую позицию после дебюта белыми, тогда я, конечно, все равно расстраивался во время партии, ходил по коридору, думал, почему так получилось, зачем пошел так, а не эдак, почему не пошел, скажем, четвертым ходом 4.g3 и не сделал ничью просто «рукой». Так что нервы у всех есть.

Е.СУРОВ: Говорят, это очень порочная практика: думать во время партии о том, что уже случилось, а не о том, что должно случиться.

Д.АНДРЕЙКИН: Да, безусловно, порочная, но тут никуда не денешься. В любом случае такие мысли возникают. Может быть, кто-то уже научился от этого отходить – это действительно хорошее дело, - но я пока не научился. Я сам прекрасно понимаю: зачем думать, если уже с тобой это все произошло, но, тем не менее, наверное, подавляющее большинство шахматистов думает: а что было бы, если бы я пошел так, а не так, хотя это уже ни к чему.

Е.СУРОВ: Еще один вопрос ВКонтакте. Рамиль Муллагильдин спрашивает: "Что, по вашему мнению, выделяет вас из ряда других молодых талантливых шахматистов?".

Д.АНДРЕЙКИН: Да я бы не стремился так уж сильно выделяться. Но в целом, как мне кажется, сейчас и молодые, и немолодые шахматисты в какой-то степени похожи. Поэтому трудно сказать, что меня выделяет. Может, выделяет более или менее хорошая нервная система. А худшую сторону выделяет, наверное, чуть худшая постановка дебютов. Я бы не сказал, что она катастрофична. Как показал этот турнир, я могу нормально закрывать и черный цвет, и белый. Но она, наверное, чуть похуже, чем у остальных. Но это, опять же, не относится только к отличию от молодых шахматистов.

Е.СУРОВ: Интересная тема о похожести шахматистов, в частности, молодых. А вы могли бы назвать кого-нибудь из молодого поколения, кто, по вашему мнению, выделяется из общего ряда, непохож на остальных?

Д.АНДРЕЙКИН: Вы имеете в виду, шахматным стилем игры или чем-то еще?

Е.СУРОВ: Необязательно. Я бы здесь в комплексе рассматривал.

Д.АНДРЕЙКИН: Например, я - один из немногих молодых шахматистов, у которого есть жена и ребенок. Но это, наверное, не то, что меня выделяет. А если про шахматы говорить, то я думаю, что все очень универсально. Тем более, что молодые шахматисты очень много сейчас, на мой взгляд, работают над теорией. А теория в шахматах, как мы знаем, небесконечна, в любом случае, варианты повторяются, они все схожи, поэтому так уж сильно, на мой взгляд, никто не выделяется.

Могу сказать, что мне симпатична игра Фабиано Каруаны, потому что он один из немногих топовых шахматистов – да еще он и молодой к тому же, - который значительно чаще, чем остальные, настроен на победу, любым цветом. Он чаще других отказывается от повторения ходов, и так далее. Вот этим мне симпатичны и Каруана, и Крамник. Хотя Крамник уже немолодой, но у него сохранился какой-то аппетит к шахматам. И в той позиции, например, где многие согласились бы на повторение ходов, скажем, уравняв черными по дебюту, на моих глазах происходило так, что Крамник отказывался. Причем, на мой взгляд, необоснованно. Я думаю, что просто человек еще не насытился шахматами и хочет играть. Это всегда приветствуется и всегда приятно видеть.

Е.СУРОВ: Кстати, Крамник тоже семьянин.

Д.АНДРЕЙКИН: Да, но мы с ним все-таки разных поколений.

Е.СУРОВ: Дима, что дальше? Какие планы, турниры? Или отдыхать будете в ближайшее время?

Д.АНДРЕЙКИН: Нет-нет, я жду Тбилиси, а до февраля нигде не буду играть. Буду отдыхать, заниматься повседневными делами, много времени проводить с женой, с дочкой, будем вместе гулять, ездить, в снежки будем играть. Я думаю, что как раз это хорошо, что я сейчас удачно закончил турнир, это дает хорошее настроение на длительный отдых. Но, конечно, подготовка все равно будет. Как я уже говорил, ведь теперь Тбилиси приобретает не только статус супертурнира, а имеет уже спортивное значение. Почему бы не попробовать еще раз отобраться в турнир претендентов?

Е.СУРОВ: С супругой уже успели поговорить сегодня? Она вас уже поздравила?

Д.АНДРЕЙКИН: Да-да, в первую очередь!

Е.СУРОВ: Что она вам сказала, если не секрет?

Д.АНДРЕЙКИН: Сказала, что я молодец. Я ей звоню каждый день и каждый вечер, мы общаемся довольно много, и списываемся, и созваниваемся, когда есть возможность. Так что она мне всегда помогала, и вот сегодня настал счастливый конец. Все рады, все довольны.

Е.СУРОВ: Спасибо, Дима. Успехов вам и вашей семье! И удачного возвращения в Рязань!

Д.АНДРЕЙКИН: Спасибо! До свидания.


  


Комментарии

Хорошее интервью. Андрейкин -

Счет: 1

Хорошее интервью. Андрейкин - гармоничный человек с верно расставленными приоритетами. Успехов, Дмитрий!

Смотрите также...

  • Длительность: 2 мин. 38 сек.

    Е.СУРОВ: Шахрияр Мамедъяров, победитель турнира по блицу в Сочи. Сложно было победить?

    Ш.МАМЕДЪЯРОВ: Вы знаете, после первого дня я думал, что все будет не так сложно, потому что играл интересно. Думаю, что сегодня я играл лучше, чем вчера, как ни странно.

    Е.СУРОВ: Правда?

  • Е.СУРОВ: Это Chess-News, мы в поселке Новханы, что близко к Баку, на фестивале «Баку-опен». Вместе со мной – рейтинг-фаворит фестиваля Шахрияр Мамедъяров, который, впрочем, пока что держится в тени.

    Ш.МАМЕДЪЯРОВ: Да. Как ни странно, турнир сложился не самым удачным образом.

  • Е.СУРОВ: Владимир Крамник, матч окончен. Когда только стало известно, что матч состоится, вы говорили о том, что вы его прежде всего рассматриваете как тренировку к турниру претендентов. Но так получилось, что турнир теперь уже будет относительно нескоро - через год. Что вы сейчас думаете о матче именно как об этапе подготовки к чему-то?

  • Е.СУРОВ: 21.04 московское время, прямой эфир Chess-News. Вот мы наконец дождались – на прямой связи Легница, наш корреспондент Мария Боярд и гроссмейстер из Украины – уже второй гроссмейстер из Украины на сегодня – Александр Арещенко, который завершил свою партию. Александр, слышно ли нас?

    А.АРЕЩЕНКО: Да, добрый вечер!

    Е.СУРОВ: Добрый вечер. Правильно ли я понимаю, что ваша партия на первой доске с Романовым завершилась вничью?

  • Е.СУРОВ: Московское время 14 часов ровно. У нас неожиданный выход в эфир: прямо из Пекина на связи Веселин Топалов собственной персоной. Веселин, приветствую.

    В.ТОПАЛОВ: Привет.

    Е.СУРОВ: Не думал я, что придется поздравлять по окончании этого турнира, но оказалось, что вы выиграли просто всю серию Гран-При. Это здорово, по-моему?

  • Е.СУРОВ: Шахрияр, поздравляю вас с победой! Удалось после Олимпиады отдохнуть, восстановиться?

    Ш.МАМЕДЪЯРОВ: После Олимпиады было, конечно, немножко тяжело. Такого результата от нашей сборной мало кто ожидал. И нам тем более было неприятно, что мы играли на родине, и хотели сыграть хорошо. И в какой-то момент я решил немного отдохнуть от шахмат и просто подготовиться психологически к следующему турниру. Но думаю, что мне до сих пор не удалось сделать этого...

  • Е.СУРОВ: Мы снова на Мемориале Таля, я Евгений Суров, рядом со мной, наконец-то, Алексей Широв. С победой вас!

    А.ШИРОВ: Спасибо.

    Е.СУРОВ: Ваши ощущения. Простите за такой банальный вопрос, но первая победа в турнире…

  • Е.СУРОВ: Это Chess-News, я Евгений Суров, мы на «Аэрофлоте», вместе со мной победитель еще не «Аэрофлота», а «Moscow open» Борис Грачев. Борис, не слишком ли – два таких сильных турнира подряд играть?

  • (по телефону)

    Е.СУРОВ: Сегодня завершилась Высшая лига. Ваши впечатления от турнира?

    И.ЛЕВИТОВ: Ну какие впечатления? Мне кажется, получился хороший турнир. Все боролись, у всех до конца сохранялась мотивация. Так что все нормально. Единственное – меня как-то семисотники разочаровали.

    Е.СУРОВ: Да, это правда.

  • Е.СУРОВ: Владимир Крамник здесь, в Ханты-Мансийске, как и все остальные гроссмейстеры. Скажите, Владимир, сейчас многие шахматисты пользуются Твиттером, Фейсбуком, и благодаря этому мы кое-что знаем о них: как они готовились к турниру, где они были (один тут, другой там), кто когда приехал. А о вас мы не знаем ничего. Вы можете, не раскрывая больших секретов, все же рассказать, когда вы приехали, как и где готовились к турниру?